Марк Грени – Серый Человек. Цель обнаружена (страница 62)

– Ты теперь заделался гребаным политическим психоаналитиком? Ты оперативник, а не дипломат. У дипломатов есть своя работа, а у тебя своя. Аббуд должен умереть. Убей ублюдка! Это приказ!

Но Джентри не сдавался.

– Единственный способ остановить происходящее – это выставить живого Аббуда перед камерами, чтобы он рассказал своему народу о вмешательстве русских и китайцев во внутренние дела его страны. Это было первоначальное намерение, стоявшее за операцией «Ночной сапфир», поскольку это единственный рабочий вариант. Иначе ничего не получится.

– Значит, ничего не получится. Ты прикончишь его и приедешь к северной оконечности мангрового болота для эвакуации. Да что за чертовщина с тобой происходит? Я думал, ты будешь только рад понаделать дырок в этом чучеле.

– Да ладно тебе, Зак! Мы эвакуируем Аббуда, доставим его в Гаагу и сможем остановить войну!

– Прекращать войну – это не наша работа! Наша работа – выполнять задание, и теперь наше задание – прикончить Аббуда, свалить его труп в придорожную канаву и убраться отсюда к чертям собачьим!

Джентри стиснул зубы и откинул голову на задний бампер «Шкоды».

– Мне нужно подумать.

– Подумать? За кого ты себя принимаешь? Ты сделаешь, что…

– Я перезвоню тебе. Конец связи, – Корт прервал звонок, бросил телефон в траву и уронил голову на руки.

Проклятье. Корт знал, что он должен встать, вернуться в хижину и выпустить девятимиллиметровую пулю в голову президента Судана. Без тени сожаления. Этот человек был опасным чудовищем.

Иди и убей его. Просто встань, иди и убей его.

Но он понимал логику того, что теперь власть Орикса можно употребить против его же злодейств и использовать во благо. Да, было крайне несправедливо, что в конце концов Аббуд будет смеяться последним. Он будет трахать шлюх в Гаване после целой жизни убийств и коррупции.

Но в конце концов, подумал Корт, все это касается будущего. Он может по собственному усмотрению отправиться на Кубу и уравнять счет. Он убьет Аббуда за его преступления, но только после того, как наступающий хаос в послевоенном Судане будет сведен к минимуму.

А это могло случиться лишь в том случае, если Аббуд останется жив.

Русские ловко разыграли Корта: они лгали и убеждали его до такой степени, что он был готов поспособствовать началу очередной войны. А теперь ЦРУ подводило его к такому же результату после отмены операции «Ночной сапфир».

Нет. Он не убьет Аббуда. Он не мог этого сделать. Он выдаст его Международному уголовному суду, чтобы остановить одну войну и предотвратить другую.

Разумеется, приказ о ликвидации Корта Джентри будет восстановлен, но это была единственная надежда для тысяч невинных суданцев. Корт уронил голову между коленями и сцепил ладони на затылке. Ему хотелось поскорее вернуться в хижину, но не для того, чтобы застрелить Аббуда, а чтобы впрыснуть себе новую дозу морфина.

Эффект препарата быстро выветривался, пока он боролся за свое внимание, необходимое ему, чтобы обдумать события последних десяти минут.

Корт поднял телефон и перезвонил Заку.

Хайтауэр ответил сразу же. Корт понимал, что он в ярости, но Зак умел маскировать свои чувства.

– Ты с нами, братец?

– Ничего не могу поделать, Зак, – после долгой паузы ответил Корт.

Он ощущал напряжение на другом конце линии. Он ни разу не перечил Заку Хайтауэру за пять лет их совместной работы в «лихом отряде», – разумеется, до того дня, когда все полетело к чертям.

Наконец Зак заговорил. Его тон был легким, но угроза – более чем очевидной.

– Послушай, сынок. Сегодня я уже потерял двоих действительно хороших ребят. Мне не хочется терять еще и тебя. Давай-ка сделаем лимонад из лимонов. Пристрели засранца, поезжай туда, где я смогу забрать тебя, и мы поставим парус и уплывем в закат. Лэнгли отменит экстренную ситуацию. Мы доложимся, просремся, побреемся, примем душ и через семьдесят два часа будем попивать «Будвайзер» в уютном баре в Бетесде. Бутылку за нас, бутылку за наших корешей. Идет?

– Звучит отлично, Зак, да только этого не будет. Я все сделаю один, если придется, но я доставлю Аббуда в МУС живым и невредимым.

Гнев закипал в голосе Зака Хайтауэра, как будто каждое следующее словно только распаляло его чувства.

– Как ты собираешься это сделать? У тебя есть судно, самолет, армия?

– Нет, – тихо ответил Корт после тяжелой паузы.

– Нет, вот как? Я скажу, что у тебя есть. У тебя есть дырка в спине, которая так воняет, что может убить муху в деревенском сортире. Вот что у тебя есть! Врач тебе нужен гораздо больше, чем долбаный крестовый поход одиночки ради спасения самого ненавидимого человека на свете. Я знаю, что ты считаешь себя этаким Одиноким Рейнджером, но это самая тупая затея, какую только можно представить. Тебе нужны люди, пушки, снаряжение и куча дерзости. Признаю, что дерзости тебе не занимать, Корт, но всего остального катастрофически не хватает. Никакой одиночный оперативник не вытащит этого ублюдка из Судана! У тебя на хвосте будет суданская армия, НСБ и личная охрана Аббуда. Все будут искать президента и выкуривать парня, который похитил его… Ты реально хочешь пойти против меня в этом деле?

– Ты собираешься прийти за мной?

– Да, собираюсь, – без колебания ответил Хайтауэр. – Богом клянусь, если ты не прикончишь Орикса прямо сейчас, то я собираюсь доложить об этом Дэнни, и нам обоим хорошо известно, что он пошлет меня за тобой. Никто из нас не хочет этого, Корт.

Еще одна долгая пауза.

– Увидимся, Зак.

Новая пауза, теперь на другом конце линии.

– Нет, Джентри. Это я увижу тебя в прицел моего «Ремингтона-700» за секунду до того, как твоя башка превратится в розовый туман. Мы хотели, чтобы ты снова стал членом команды, но знаешь, что? Ты слишком долго действовал в одиночку, и ты не собирался играть в команде, парень. Полагаю, такой конец был неизбежен.

Зак прервал связь.

Корт поднялся с места и медленно вернулся в хижину. Разумеется, Орикс был на месте и стоял в центре темной комнаты. Было ясно, что он не слышал подробности телефонных переговоров, но он явно уловил общую тональность.

– Что происходит?

– Ничего. Нам нужно шевелиться. – Корт выдал местонахождение хижины оперативникам ЦРУ на «Ханне» и теперь чувствовал, что нужно убираться отсюда, пока Зак или кто-то еще не решит нанести ему визит.

– Скажите мне, Шестой. О чем эти споры?

Корт отрезал пластиковый наручник президента от центральной балки маленьким перочинным ножом. Он ничего не ответил, сложил нож и убрал в карман.

– Что происходит?

Аббуд был крайне взволнован. Корт полагал, что сам бы еще больше волновался, если бы не остатки морфина в организме. Оставалось лишь гадать, как это повлияет на скорость и координацию движений. Сможет ли он управлять автомобилем? Сможет ли он найти новое укрытие, не наткнувшись на множество людей, которые сейчас ищут его и его пленника?

Орикс снова начал спрашивать про телефонные звонки. Корт встал перед ним и достал из рюкзака новые пластиковые наручники, чтобы сковать руки президента перед туловищем. Он пожал плечами.

– Мне приказали убить вас.

– Американские актеры, – это не было вопросом, но было ясно, что Аббуд хочет знать. Он убрал руки за спину.

– Никак нет. Теперь ЦРУ тоже хочет видеть вас мертвым. Они пришли к единогласному решению. Дайте мне ваши руки, пожалуйста.

Лицо Орикса потрясенно исказилось, словно ему плеснули в лицо ледяной водой из ведра.

– Нет! У нас есть договоренность. Я нужен им живым! Европейцы…

– Успокойтесь и протяните мне руки!

– Они не могли так просто все изменить…

Корт достал свой «Глок». Морфин замедлил его движения, и его рука подрагивала. Тем не менее он прижал ствол к горлу Аббуда.

– Я же сказал, успокойтесь!

Орикс взметнул руки в знак капитуляции, а потом сразу опустил их, потянувшись к пистолету.

Глава 45

Президент Аббуд был крупным мужчиной – выше, шире в плечах и тяжелее, чем Джентри, – но ему было шестьдесят шесть лет, и он не обладал даже крупицей той физической и психической подготовки, какая была у американского военного. Схватка была неравной.

Если бы не морфин. Аббуд с первого удара выбил пистолет из рук Джентри и обхватил мясистыми руками запястья американца, вплотную приблизившись к нему. Корт двигался медленно и вяло; в первые несколько секунд он даже не осознал нападения. Он думал, что Орикс потерял голову от страха из-за того, что ЦРУ подвело его, и теперь просто наседает на него, как рассерженный ребенок.

Но когда Джентри рухнул на землю и ударился больной спиной, придавленный тушей суданского президента, опасность положения дошла до его притупленных чувств. Морфина было недостаточно, чтобы притупить мучительную боль, вспыхнувшую в его лопатке и переданную в мозговые рецепторы. Он закричал, и сверху на него посыпался град ударов. Корт закрыл руками лицо, сосредоточился на боли в спине, чтобы подхлестнуть адреналин, и включил свою мышечную память для избавления от жирного мерзавца.

В свете крошечного костра прищуренные глаза Корта определили траекторию следующего удара, правого хука сверху. Корт прервал этот удар своей атакой, резко двинув президента по носу. Президентский хук запоздал на четверть секунды и превратился в слабый удар раскрытой ладонью по скуле, а сам президент завалился на спину, хватаясь за сломанный нос и высмаркивая кровь, лившую из ноздрей.