Марк Грегсон – Край неба (страница 63)
От звериного рыка дрожит стекло, а потом я вижу устремленный на меня огромный золотистый глаз. Зрачок сужается, и, заглянув в него, я чувствую, как в душе у меня встает ото сна древний, первобытный ужас. Самец запрокидывает голову и раскрывает огромную пасть.
Дьявол!
Я бросаюсь к теплошару, чтобы отключить его, но тут окно раскалывает исполинский зуб. В воздух летят куски стекла и металла. В каюту с воем врывается ветер; хлопают страницами книги, вспархивают со стола бумаги.
– Он пробивается в мою каюту! – ору я в коммуникатор.
Об голову горгантавна, опаляя ему глаза, разрывается снаряд зенитки. Самец резко отлетает назад, попутно отхватив кусок от судна. Вернее, часть коридора и моей каюты. У меня пересыхает во рту, когда я вижу, что путь отсюда мне отрезан.
– Я застрял! – кричу.
– Громила! – орет Китон. – Спустись к Конраду. Элдон, уводи нас в сторону.
Корабль выстреливает во тьму, однако я чувствую, что самец все еще поблизости. Он преследует нас. Следит за нами.
Я хлопаю по металлической кнопке в основании теплошара, и красный свет гаснет, погружая меня в темноту. Только этого недостаточно. Самец знает, что мы здесь.
Хоть у меня и дрожат все мускулы, здоровой рукой я снимаю со стены гарпуномет. Пристроив его на столе, навожу острие в небо. Как только зверь вернется, пущу гарпун ему в ноздрю или же в нёбо – и поражу в самый мозг.
Ноги дрожат, поэтому упираюсь рукой в стол.
– Вот черт, – раздается из передатчика голос Громилы. – Палубы нет. Весь коридор вырвало! Мне не добраться до Конрада.
– Держись, капитан, – просит Китон. – Мы почти…
Дальше я ее не слышу, потому что новый взрыв зенитного снаряда показывает тень, которая мчится прямиком на меня. Его глотка – черная дыра смерти.
Я навожу гарпуномет, но, как только нажимаю на спуск, «Гладиан» дергается. Гарпун уходит в сторону, пронзая стену.
В слабом свете я вижу зверя, и все мое тело немеет. Скоро окажусь в желудке горгантавна, и барахтаться мне в кислоте. Что за идиотский конец. Сдохну потому, что уснул во время охоты. Сдохну, потому что велел Громиле включить теплошар.
Но вот когда горгантавн уже готов ударить, раздается тошнотворный хруст. Крюк когтепушки Родерика пробил тонкие пластины под челюстью и заодно свод черепа. Чудовище умирает моментально, однако по инерции все еще летит на меня. Я с криком ныряю за стол, а металлическая морда крушит то, что еще осталось от стенок каюты. И вот передо мной оказывается ограда из зубов. Из пасти горгантавна воняет гнилью и смертью.
Где-то наверху команда ликует.
– Конрад! – визжит Китон. – Конрад, ты в порядке?
Зверь вываливает язык прямо на стол, и плечи мне окатывает горячей слюной. От облегчения начинаю хохотать. Смеюсь до тех пор, пока силы не покидают меня окончательно. Так, застряв почти что в пасти чудовища, я падаю в обморок.
Даже с новой добычей мы все еще отстаем.
КАЛАМУС – 5,5
ГЛАДИАН – 5
ОРНАТУС – 2,5
СПИКУЛ – 2
ТЕЛЕМ – 2
МУКРОН – 1
КВИРИС – 1
СИКА – 1
ПИЛЛУМ – 1
КИПЛЕЙ – 0,5
САГГИТАН – 0
ЛАМИНАН – 0
ЯКУЛУМ – 0
Хуже того, цех остался не сильно впечатлен тем, что мы включили теплошар при ночной охоте. Чинить нас отказываются.
– Болваны, – сказала мне по коммуникатору мастер Коко. – Чем вы думали?
– Ну, я потерял много крови.
– Это как раз ясно!
Самое страшное то, что «Гладиан» не в состоянии охотиться. В борту зияет огромная пробоина, отсутствует целый кусок коридора, а пока мы стоим и сами пытаемся починить судно, «Каламус» продолжает, ищет добычу. И запросто может заработать еще очков.
Ветер дует в лицо Родерику, когда мы ступаем на самодельные мостки из досок, перекинутых через дыру в коридоре. Получился узкий, но вполне сносный переход. Заглядываем в развороченную каюту, и нам открывается вид на яркое дневное небо.
– Сколько займет ремонт? – спрашиваю.
– Ну, мы с Брайс тут прикинули… Я сварил несколько листов стали, из них сделаем новую стену. – Родерик указывает на дыру. – Выглядеть будет не то чтобы шикарно, да и каюта уже не будет такой роскошной, зато выйдет надежно. Уберем уязвимость в борту.
– Сколько потребуется времени, Род?
Он чешет косматый затылок:
– Два дня.
– Что?!
– Как минимум.
– У тебя шесть часов.
Родерик смеется.
– Мы развалимся на части. Сам глянь. – Он тычет пальцем в изуродованную балку у нас над головами. – Еще удар – и весь правый борт вомнется. Придется в шлюпки пересесть.
– Ладно, – вздыхаю. – Один день.
– Брань. Сделаю, что смогу.
Он укладывает на пол лист металла, а я тем временем оглядываюсь:
– Где, кстати, Брайс?
– Я отправил ее в арсенал за инструментами. Она должна была вернуться минут десять назад.
Я вызываю ее по передатчику:
– Брайс?
Ответа нет.
– Она, кстати, какая-то непостоянная, – замечает Родерик. – Может и не ответить. Видимо, не любит, когда ее отвлекают. – Тут он мнется: видимо, ему есть еще что сказать. – Мне кажется, Брайс иногда снимает свой коммуникатор.
– Что?
– Ну, может, там, если хочет уединиться в гальюне.
Я постукиваю по камушку, добиваясь синего свечения, чтобы связаться со всем экипажем: