Марк Энтони – Врата зимы (страница 60)
На следующее утро они проснулись довольно поздно и принялись завтракать посыпанными сахарной пудрой пончиками. Марти предложил сразу же после трапезы отправиться на поиски тех, кто мог бы что-нибудь рассказать о Спарксмене. Джей страдальчески сморщился и застонал.
– И ты туда же, Марти! Что это вы оба за болваны такие? Какое мне дело до старины Спарки?
– Ты не прав, Джей, – кротко промолвил его долговязый друг. – Он же человек, как же о нем не тревожиться?
– Дьявол вас всех побери! – чертыхнулся Джей, взмахнув измазанной сахарной пудрой рукой. – Да плевать мне на всех!
Марти долго смотрел на него, после чего встал.
– Пошли, Тревис! Мне кажется, нам нужно оставить Джея одного.
– Хватить дурью заниматься! – вскипел коротышка и вскочил на ноги. – Вы не бросите меня, парни! Если кто и собирается кого бросить, так это я вас. Только я, конечно, не сделаю этого. Так что заткнитесь и собирайтесь поживее!
Марти принялся скатывать одеяла, и Тревис успел заметить, что на его губах мелькнула улыбка. Тревис тоже невольно улыбнулся, несмотря на то что в желудке у него отчаянно урчало. Пожалуй, в этом странном тандеме старший не Джей.
Они снова пришли в центральный городской парк. Выпили кофе у прежнего уличного торговца и почти весь день расспрашивали всех, кто осмеливался вступить в разговор с тремя небритыми, неухоженными бродягами. Тем не менее выяснить что-либо определенное о Спарксмене не удалось, о тот день, когда он исчез, его никто не видел. Насколько Тревис понял, они с Джеем и Марти были последними, кто видел профессора.
Наконец, когда солнце начало опускаться за вершины гор, желудок Тревиса напомнил о себе громким урчанием. Джей изъявил желание отправиться к приюту, чтобы посмотреть, не осталось ли там что из еды, чтобы сэкономить остатки их скудной денежной наличности. Тревис неохотно согласился.
Когда они направились к выходу из парка, им навстречу неуклюже шагнул какой-то человек. Это был согбенный старик с седыми волосами и бородой, в которых виднелись желтые пряди. Из рваных вязаных перчаток торчали голые пальцы.
– Это вы расспрашиваете о бездомном парне, который раскатывает повсюду на кресле с колесиками и который недавно пропал? – спросил старый бродяга.
Тревис испуганно посмотрел на своих товарищей, затем снова перевел взгляд на старика. Он напомнил ему покойного Иезекиля Фроста, полубезумного горца из Касл-Сити. Правда, он встречал его сто лет назад.
– Откуда вы знаете? – спросил Тревис. Старик указал большим пальцем себе за плечо.
– Мой дружок сказал мне, что вы были в парке и пообещали дать доллар тому, кто что-нибудь знает о пропавшем старикашке-инвалиде.
– Доллар?! – фыркнул Джей. – Даже не надейся на то, что мы дадим…
Тревис толкнул его в бок и подтвердил:
– Да, верно, мы обещали доллар. Вы знали профессора Спарксмена?
– Нет, не знал, но я знаю Майру. Вы про такую слышали?
Тревис отрицательно покачал головой.
– Это такая старая пташка, все время ходит в розовой куртке. Обычно работает на Шестнадцатой улице. Любит петь религиозные гимны. Она пропала пару дней назад. Мы с ней собирались встретиться в Стальном Храме, чтобы посмотреть, чем там можно разжиться. Только вот она там не появилась, и я ее с тех самых пор больше не видел.
Лицо бездомного старика приняло тоскливое выражение. Глаза Джея сверкнули интересом. Вспышка гнева улеглась.
– Ну и как оно там, в Стальном Храме?
Старик хлопнул в ладоши и растянул губы в улыбке.
– Как у Христа за пазухой побывал! Теплая постель, вкусная горячая жрачка. Жаль только, что Майра этого не увидела. Сегодня опять туда пойду ночевать. – Глаза старика сузились. – Ну и где обещанный доллар?
– И это все, что вы знаете? – разочарованно спросил Тревис.
Старик кивнул и протянул руку за деньгами. Тревис выразительно посмотрел на Джея и тот, чертыхаясь, вытащил из кармана монету и шлепнул ее в ладонь старика.
– Вычту доллар из твоей доли, мистер Волшебник! – сообщил коротышка, когда они расстались со старым бродягой.
Тревис пропустил замечание мимо ушей. В словах старика прозвучало что-то важное, но что именно, он не мог понять, потому что устал и сильно замерз.
– Пару дней назад, – задумчиво произнес Марта. – Похоже, это был тот самый день, когда инопланетяне похитили Спарки.
Тревис неожиданно остановился. Все правильно. Майра исчезла в один и тот же день со Спарксменом. Ее тоже могли похитить, как и профессора.
– Чего это ты остановился? – подозрительно посмотрел на него коротышка.
Тревис торопливо изложил свои соображения новым друзьям. Майра и Спарксмен исчезли в одну и ту же ночь. Может быть, их даже похитили одновременно. Старик сказал, Что Майра собиралась прийти в Стальной Храм. Спарксмен тоже вполне мог отправиться туда. В конце концов, это было одно из немногих мест, где он мог найти приют на ночь.
– Как знать, может быть, кто-то видел, как они двигались к Стальному Храму, – закончил свой рассказ Тревис.
– Правильно мыслишь, Тревис, – улыбнулся Марти.
– Здорово! – согласился и его низкорослый приятель, Затягивая лыжную шапочку на уши. – Я уже давно хотел проверить, что это за местечко, да вот Марти мне все никак не позволял. Так что давайте-ка смотаемся туда да разузнаем, не слышал ли кто про нашего Спарки. Может, мы его как раз там и найдем, в теплой постельке с тарелкой какой-нибудь горячей вкуснятины.
– А как же каталка? – задал вопрос Марта. – Почему она лежала в парке?
– А черт его знает, может, чуваки из Стального Храма подарили ему новенькую, покрытую чистым серебром. Они же богачи, слыхали об этом? Я так думаю, если ты чист сердцем и набожен, то все эти молитвы о богатстве – истинная правда.
Марти поднял глаза к небу.
– Значит ли это, что если ты беден, то натворил что-то плохое и Всевышний не вознаграждает тебя?
Выражение лица Джея слегка смягчилась.
– Ты вообще не способен на дурные поступки, дружище Марти, плохое – это больше по моей части. Ну что, потопали, что ли?
Когда Джей и Марта двинулись в путь, Тревиса охватили сомнения. Он по непонятной даже ему самому причине не хотел идти в Стальной Храм. В данную минуту Тревис был не способен оформить свои ощущения в слова. Скорее всего дело в том, что ему просто не по душе это гигантское сооружение.
– Вы идите туда без меня и все разузнайте, – сказал он. – А я пойду, насобираю еще жестянок, чтобы восполнить деньги, что мы потратили на этого старика. Договорились?
Марти задумчиво посмотрел на него, а Джей пожал плечами.
– Как тебе будет угодно, мистер Волшебник. Пошли, Марти. Посмотрим, удастся ли нам разжиться доброй христианской милостыней.
Тревис согласился встретиться с ними позже в Конфлюэнс-Парк. Он проводил приятелей глазами, пытаясь отделаться от странного пугающего ощущения. Потом подхватил висевший на одной из урн для мусора чистый пластиковый пакет и принялся искать пустые жестянки.
– И тогда я увидела свет. Это было похоже на полное ослепление, но глазам не было больно смотреть.
Поиск жестянок привел Тревиса в южную часть парка, к самому краю амфитеатра под открытым воздухом, где летом обычно устраивались концерты и театральные постановки. С десяток подростков лежали или сидели на каменных скамьях, слушая переносной магнитофон, из которого раздавались ритмы музыки в стиле «техно». Несмотря на холод, они постарались обнажить как можно большие участки собственных тел, украшенных разнообразными татуировками и пирсингом.
Подростки говорили громко, стараясь перекричать шум музыки. Тревис, собравшийся заглянуть в очередную урну, замер на месте, когда снова услышал голос молодой женщины, рассказывавшей об увиденном свете.
– И вот он говорит мне: «Светлые» идут, они заберут тебя от меня, нам надо идти». И он хватает меня за руку, и мы как сумасшедшие куда-то бежим, и я чувствую, что мое сердце сейчас разорвется.
Для вящей выразительности рассказчица, одетая в безрукавку-дутик, ударила себя в грудь. Слушатели, внимавшие ей с величайшим интересом, одобрительно ахнули. Она была довольно хорошенькая, правда, излишне тощая и с жуткой прической – волосы неаккуратно выкрашены в пронзительный зеленый цвет – и безвкусно подкрашенными глазами, что придавало ее бледному лицу нездоровый вид.
– Наконец мы садимся в его машину, он заводит ее, и вот мы уже в другом месте. Я выглядываю в окошко и вижу ей-богу их – этих самых Светлых.
– Так это они забрали тебя, Джесси? – шепеляво поинтересовался подросток, которому мешали говорить металлические кольца в нижней губе.
Зеленоволосая Джесси положила руки на бедра и смерила его высокомерным взглядом.
– Я знаю, что тебе это трудно дается, но ты, Тодд, попытайся подумать. Если бы они забрали меня с собой, разве я сейчас разговаривала бы с вами?
Подросток потянул себя за кольца, что, видимо, означало крайнюю степень задумчивости.
Тем временем Джесси переключила внимание на Тревиса:
– Эй ты, старикашка, который копается в урне! Ты чего нас подслушиваешь?
Тревис вытащил руку из урны и выпрямился.
– Тебя трудно не услышать.
Его охватило непонятное волнение. Неужели девчонка просто мелет какую-то чушь, чтобы произвести впечатление на приятелей? Или она на самом деле видела что-то интересное? Что-то, что связано с ярким светом…