Марк Энтони – Кровь тайны (страница 34)

– Значит, фейерверк делают при помощи той же самой алхимии, что используется для изготовления пуль и взрывов на рудниках?

– Совершенно верно, – сказал Тревис. – А вещество называется порох.

– Фейерверки привезли сюда люди из Доминиона, который называется Китай?

– Весьма возможно. Они уже много столетий изготовляют фейерверки.

– И люди запускают их для того, чтобы отпраздновать день основания Доминиона, в котором они живут. Он называется Сэшеа. Я знаю, сэр Тэннер заставил меня положить руку на книгу и поклясться соблюдать законы Сэшеа.

Тревис усмехнулся.

– Речь шла о Соединенных Штатах Америки. Четвертое июля стал днем нашей независимости от Англии. Чтобы отпраздновать его, люди устраивают фейерверки.

Дарж нахмурился.

– Бросать в воздух предметы, которые взрываются, – диковинный способ праздновать независимость.

Лирит в своем роскошном зеленом платье из тафты подошла к стойке.

– У тебя перерыв? – спросил Тревис.

Из-за праздника они с Лирит пришли на работу пораньше. На столах с зеленым сукном уже вовсю шла игра.

Колдунья кивнула.

– Они слишком много проиграли, и я дала им возможность зализать раны.

– А вы никак не влияете на их удачу, миледи? – поинтересовался Дарж, прищелкнув пальцами.

– Дарж! – возмутилась Лирит.

Тревис улыбнулся.

– Не обращай на него внимания. Сегодня он обнаружил, что в городе действуют черные маги.

Дарж с мрачным видом скрестил руки на груди.

– И все равно, здесь происходит что-то нехорошее.

– Вы правы, достойный помощник шерифа, – послышался красивый голос английского джентльмена. – В этом городе поселилось зло.

Они обернулись и увидели, что к стойке бара направляется Найлс Барретт. Его обычно элегантный костюм был слегка измят, а на алом жилете выделялась черная полоска сажи. Тревис налил ему стаканчик лучшего бренди. Барретт взял выпивку и вздохнул.

– По-моему, не самый лучший повод для праздника, – заявил англичанин. – Разве жители Касл-Сити не знают, что война закончилась более ста лет назад? Видит Бог, королева Виктория и президент Артур, наверное, сидят и пьют чай. Наши народы живут в мире. Но догадаться об этом, глядя на творящиеся вокруг бесчинства, просто невозможно. Какая-то девчонка только что бросила в меня фейерверк и едва не прожгла брюки.

Он выпил свое бренди.

Тревис вновь наполнил его стаканчик.

– Да, мы слышали.

Барретт вопросительно приподнял бровь. Тревис кивнул на Даржа.

– Нам рассказал помощник шерифа. Он самым тщательным образом фиксирует нечестивое поведение всех маленьких девочек в городе. Однако я на вашем месте не стал бы беспокоиться из-за фейерверка. Сомневаюсь, что у малышки были дурные намерения.

– В отличие от других проявлений насилия, происходящих в Касл-Сити? – спросил Барретт, раскуривая сигару.

Лирит положила руку на стойку бара и с интересом посмотрела на Барретта.

– Когда вы упомянули о зле в Касл-Сити, речь шла именно об этом?

– Да, мисс Лили.

Барретт принялся попыхивать своей сигарой.

Дарж сурово посмотрел на англичанина.

– Если вам что-нибудь известно о нарушителях закона в городе, лорд Барретт, вы должны немедленно сообщить о них мне.

Барретт положил сигару в пепельницу.

– Вот что я вам скажу, мистер Дирк. Несколько бесконечно долгих месяцев я ждал доставки печатного станка из Филадельфии, за который заплатил кругленькую сумму и при помощи которого намерен печатать собственную газету «Репортер Касл-Сити», чтобы он стал для жителей города еженедельным напитком правды. Так я надеюсь противостоять потокам ядовитой лжи, изливающимся со страниц местной ежедневной газеты. Сегодня мой новый пресс наконец должен был прибыть поездом из Денвера. Увы, когда я пришел на станцию, оказалось, что его не доставили.

– Возможно, он прибудет завтра, – предположила Лирит. Барретт горько улыбнулся.

– Нет, мисс Лили. От кондуктора я узнал, что пресс и в самом деле погрузили на поезд. Однако в нескольких милях от Касл-Сити его сбросили в глубокий каньон, и пресс разбился.

На лице Даржа появился едва сдерживаемый гнев.

– Кто совершил столь ужасное преступление? Проводник видел злоумышленников?

– Он заявил, что успел разглядеть только спины. – Барретт вновь взялся за свою сигару и посмотрел на тлеющий кончик. – Но даже если он солгал, я не могу его за это винить. Поскольку мне известно, кто совершил преступление – люди, которые боятся правды, как ночные существа опасаются наступления рассвета. Потому что они пострадают, оказавшись на свету.

– О каких людях вы говорите? – прогрохотал Дарж. – Мы должны немедленно сообщить о них шерифу Тэннеру.

Барретт оглянулся через плечо – Тревис не раз видел, как посетители салуна поступали точно так же, – а потом наклонился поближе и заговорил приглушенным голосом.

– Мы с вами, мистер Дирк, знаем, что шериф Тэннер хороший человек. Но он ничего не может сделать с этими людьми. – Барретт вытащил из кармана номер «Вестника Касл-Сити» и бросил его на стойку бара. – До тех пор, пока они пользуются поддержкой наиболее могущественной части городских жителей, Тэннер не сумеет навести здесь порядок.

Дарж покачал головой.

– Я вас не понимаю.

– Тогда я расскажу вам историю, мистер Дирк. Несколько лет назад в одном из небольших городков к югу от Лидвилля власть захватили бандиты. Их было слишком много, и шериф не мог с ними справиться. Тогда группа жителей города решила взять ситуацию под свой контроль, и они организовали Комитет бдительности.

– Комитет бдительности? – спросила Лирит.

Барретт стряхнул пепел с кончика сигары.

– Совершенно верно, мисс Лили. Комитет бдительности работал под прикрытием темноты. Они ловили городских воров и убийц, но не ждали, когда соберется суд и начнется бесконечный процесс с заранее известным исходом. Комитет играл роль судьи, присяжных и палача – всякий, кого они ловили, болтался в веревке еще до восхода солнца.

– Безусловно, не слишком приятная перспектива, – заметил Дарж. – Но иногда требуются жесткие меры для сохранения мира, в особенности в приграничных областях. К тому же казненные люди совершили преступления.

– Да, мистер Дирк, так было поначалу. Некоторое время жители города жили спокойно. Но потом по утрам стали находить трупы не только воров и убийц. Однажды на ветке дерева повесили старателя, который в честной игре в покер обыграл одного из уважаемых людей города. Затем умерла проститутка, проговорившаяся, что другой уважаемый человек является ее постоянным клиентом. Дальше священник, который прочитал проповедь о вреде насилия. Вскоре все жители, дрожа от страха, стали закрываться в своих домах по ночам – ведь в любой момент могла наступить их очередь. А когда приехал окружной судья, чтобы разобраться, что происходит в городе, его нашли в номере гостиницы с простреленной головой.

Тревис посмотрел на лежащий на стойке смятый номер «Вестника Касл-Сити». Разве он сам не обнаружил тревожную закономерность, когда просматривал подряд стопку номеров за последние несколько месяцев? Сначала количество преступлений резко сократилось, а потом вновь увеличилось.

Дарж сжал кулаки.

– Так быть не должно. Закон следует уважать. Они были злыми людьми.

– И все же они действовали, прикрываясь словами о справедливости, мистер Дирк. – Барретт раздавил сигару в пепельнице. – Впрочем, так поступают самые лицемерные и недостойные представители человеческого рода. Но что можно им возразить, если они утверждают, будто борются за справедливость?

Дарж скрестил руки на груди.

– Трое мужчин, которых мы нашли мертвыми за последние недели – бандиты, которых мистер Тэннер выдворил из Касл-Сити, – их уничтожил Комитет бдительности, не так ли?

– Я же сказал вам, мистер Дирк, они взяли правосудие в свои руки.

Лирит коснулась его плеча.

– Вы знаете этих людей, лорд Барретт, не так ли?

– Лишь некоторых из них, мисс Лили. Полагаю, вам они известны не хуже, чем мне.

– Джентри, – произнес Тревис, даже не дав себе труда подумать.

– Верно, мистер Уайлдер, – шепотом ответил Барретт. – Лайонел Джентри и его закадычные друзья Юджин Эллис и Кэлвин Мюррей.