Марк Эльсберг – Блэкаут (страница 72)
– Мне надоела эта болтовня. Попрощайтесь друг с другом. Сожалею, что вы оказались здесь, вообще-то я пришел только ради Пьеро. Ты здорово потрепал нам нервы, знаешь?
– В последнее время я это часто слышу.
С ножом в руке Пукао обошел диван и схватил Соню за волосы.
Манцано резко вскочил. На секунду даже Пукао замер в замешательстве. Затем остальные повскакивали вслед за ним.
– Вместе! – крикнул Пьеро.
Он бросился вперед и врезался головой в живот Пукао. Тот попятился, повалился за диван, но тут же вскочил. Бондони со всей силы пнул его в колено. Пукао осел. Манцано тем временем перебрался через диван, что оказалось не так уж просто со связанными руками, и врезался в противника плечом. Они вместе налетели на стену. Пьеро почувствовал жгучую боль в груди. Шеннон подскочила к ним и ударила Пукао между ног. Тот согнулся. Манцано увидел нож в его руке, в крови по самую рукоять. Лорен пнула еще раз. Пьеро не мог вдохнуть, но все же прыгнул вперед и всем весом налетел на Пукао. Они вместе повалились на пол. Манцано видел, как нога Ангстрём врезалась в голову противника. Из рассеченной губы брызнула кровь. Пьеро с трудом поднялся на колени. Рубашка Пукао пропиталась кровью. Пока Соня продолжала работать ногами, Манцано придавил его коленями к полу.
– Нож! – просипел он. – Где нож?
Все плыло перед глазами. Пукао закрыл голову руками; ножа у него не было.
– У меня! – отозвался Бондони.
Держа клинок в связанных руках, он уже разреза́л шнур на запястьях Шеннон.
Манцано тяжело осел. Пукао не двигался. Шеннон наступила ногой ему на голову и придавила к полу. Она разрезала шнур на руках Бондони и Ангстрём, затем освободила Пьеро. Остатками шнура они связали Пукао по рукам и ногам. Из его рассеченной губы и пореза над глазами текла кровь. Тяжело задышав, он с трудом открыл глаза.
– Слишком много ошибок, – процедил Манцано, прижимая руку к груди; должно быть, сломал ребро, когда налетел на Пукао. – Особенно для такого непогрешимого, как вы.
Он бросился к компьютеру. В глазах у него потемнело, Пьеро споткнулся, но удержался на ногах. Оставалось еще десять минут. Где же этот код?.. Вот он. Ввести. Оставалось надеяться, что код верный. Откуда на клавиатуре столько крови? Только б не ошибиться… Экран расплывался перед глазами. Окно видеочата. Христопулос.
– Да?
– Я отправил вам IP-адрес и код блокировки, – задыхаясь, произнес Манцано. – Думаю, это то, что мы искали.
Отчего ему не хватает воздуха?
– Что с вами случилось? – ужаснулся Христопулос.
Вместо ответа Пьеро продолжал:
– Все-таки проверьте его. Прошу вас. Быстрее. Сейчас! – Он едва не уронил голову на клавиатуру, но выпрямился и хрипло проговорил: – У нас еще девять минут.
– Что?
– Просто сделайте!
– Пьеро! – закричала Соня.
Она бросилась к нему, Шеннон следом за ней. Соня осмотрела его грудь: из пореза под разорванной рубашкой вытекала кровь. Она придавила рану рукой.
Манцано, почувствовав боль, без сил соскользнул со стула, на руки Шеннон. Ему стало холодно. Соня склонилась над ним. Почему в ее глазах паника? Словно издалека он слышал, как она зовет его по имени, снова и снова, все тише. Ему хотелось спать, и ничего больше. Манцано закрыл глаза.
«Получилось ли у Христопулоса с кодом?» – подумал он.
Холодно…
Спать…
День 19 – среда
Когда Боллар прошел в зал прилета, на него со всех сторон обрушились вспышки фотоаппаратов. Он уже задумался, что за персона прибыла вместе с ними, как вдруг услышал свое имя. Журналисты тянули к нему микрофоны, наперебой задавали вопросы, которых Франсуа даже не понимал в таком шуме. Он прикрыл руками детей, но Бернадетта выпрыгнула вперед, засмеялась в камеры и – к ужасу отца – показала язык. Журналисты принялись фотографировать еще усерднее, но многие тоже рассмеялись, и Боллар расслабился. Откуда им стало известно о его приезде и почему это вообще их интересовало?
Среди ожидающих Франсуа увидел родителей и маму Мари. Бернадетта и Жорж устремились к троице, и в следующую секунду все уже обнимались. Прекрасный сюжет: на мгновение все камеры развернулись, чтобы запечатлеть счастливое воссоединение. Франсуа и Мари воспользовались паузой и попытались проскользнуть мимо репортеров.
– Это правда, что вас наградили крестом Почетного легиона? – услышал он сквозь рой голосов.
– Все ли террористы схвачены?
– Как ваша семья пережила эти дни в Гааге?
– Джеймс Тёрнер, Си-эн-эн! Это правда, что вы собираетесь покинуть Европол?
– Когда вас примет президент?
– Как вы прокомментируете слухи, что вас рассматривают на должность министра внутренних дел?
Боллар не ответил ни на один вопрос. Вместе с Мари он добрался до остальных. Дети о чем-то наперебой тараторили. В этот момент смерть дедушки была для них чем-то эфемерным. Франсуа сжал руку Мари, и она обняла мать.
Наконец им на помощь подоспели несколько человек из службы безопасности. Они загородили их от журналистов и проводили до такси. Когда вся семья влезла в микроавтобус, Боллар все же повернулся к ораве репортеров:
– Благодарю за столь волнительный прием. Но я был лишь одним из многих, кто пытался помешать террористам. Поблагодарите их. Больше мне нечего сказать.
Он занял свое место, автомобиль тронулся, и голоса репортеров затихли.
День 23 – воскресенье
Они стояли на крыше собора. Их обдувал свежий ветер, перед ними простирался ночной город. Внизу на площади толпились тысячи людей. Вот уже несколько дней они протестовали против правительства и требовали лучшего обеспечения. Порой их голоса перекрывали даже шум транспорта. Но здесь, наверху, все сливалось в приглушенный гул.
– Представляешь, я здесь еще ни разу не был, – сказал Манцано.
– Так всегда, – отозвалась Ангстрём. – Живешь в каком-то городе и думаешь, что в любое время можно посетить какие-то его места. Но до этого никогда не доходит. Разве что кто-нибудь приедет в гости.
Нож пробил ему грудную клетку и задел легкое, однако рана оказалась не опасной для жизни. Несколько дней Пьеро пришлось провести в больнице, а потом еще на пару дней они задержались в Брюсселе. Соня взяла отпуск. Почти все это время они проводили в отеле, обзванивали родных и друзей, рассылали сообщения, пытались выяснить, как они пережили эти две недели.
Интернет и телевидение работали без перебоев; СМИ интересовались лишь одной темой. Хорхе Пукао продолжали допрашивать, как и его сообщников в Мехико и Стамбуле. Сбежавшего Балдуина фон Ансена удалось арестовать в аэропорту Анкары. Сити Юсуф тоже в какой-то момент попался полиции. Расследование по этому делу обещало занять не один год, а ликвидация последствий – и того больше.
Хоть электроснабжение и было восстановлено, многие регионы еще испытывали проблемы с обеспечением. В результате аварий на атомных электростанциях и химических заводах огромные территории стали непригодны для жизни, и миллионы людей вынуждены были покинуть дома. Экономика оказалась разрушена на долгие годы, ожидалась волна дефолтов. По-прежнему оставалось неизвестным точное число жертв, но количество их исчислялось миллионами. При этом все могло закончиться еще хуже. После ареста Пукао IT-эксперты обнаружили вредоносную программу, которая должна была повторно обесточить электросети в Европе и США. Когда люди узнали о мотивах террористов, поднялась волна возмущения, послышались призывы к самосуду. Но уже через несколько дней их гнев переключился на официальные структуры, которые не смогли предотвратить катастрофу и оказались не в состоянии восстановить привычные условия в сжатые сроки. Беспорядки нарастали; военные в Португалии, Испании и Греции так и не вернули власть избранным правительствам.
Могло даже показаться, что Пукао со своими сообщниками все же добились желаемой цели. Сейчас Манцано не хотелось думать об этом. Он обнял Соню, почувствовал шов на груди и отдался созерцанию крыш и огней под темнеющим небом. Снизу доносились тихие выкрики людской массы. Несколько минут они стояли молча.
Раздался сигнал о принятом новом сообщении. Пьеро достал телефон из кармана.
– Лорен благополучно долетела до Штатов, – шепнул он на ухо Соне.
– Я думаю, этот Пукао ошибается, – сказала она, глядя на демонстрантов на площади, маленьких, как муравьи.
– Я тоже. Есть другие способы, лучше.
Манцано обвел взглядом панораму города, обнял Соню за талию.
– И потому мы сейчас спустимся на площадь и примкнем к остальным.
Заключение и благодарности
Конечно, писатель всегда рад месту в списке бестселлеров, переводам и проданным правам на фильм.
Впервые эта книга вышла в свет весной 2012 года, и первое приглашение, которое я получил по этому поводу, исходило вовсе не от книжного магазина с предложением устроить встречу. Меня звали в институт, занимающийся вопросами защиты критических инфраструктур. С тех пор я побывал на встречах в национальных и международных политических организациях, частных учреждениях и предприятиях, и всюду мне приходилось рассказывать о книге, участвовать в дискуссиях.
Книгу обсуждали не только в литературных сообществах и передачах, но также в изданиях, посвященных науке, экономике и информационным технологиям.
В декабре 2012 года жюри из ведущих экономических обозревателей в Германии признало роман «самой захватывающей книгой года». В настоящий момент она даже вошла в учебную программу некоторых школ.