Марк Эльсберг – Блэкаут (страница 27)
– Но такой счетчик не может принять произвольные данные от стороннего счетчика. Должна же быть какая-то процедура аутентификации.
– Она есть, но злоумышленники, вероятно, взломали систему, когда внедрились в локальную сеть «Энел». При некотором везении, данные аутентификации также можно найти в Интернете. Удивительно, что порой можно найти, если только знать, где искать. Стоило им заполучить данные аутентификации, и все прочее становится делом техники. У нас есть основания полагать, что система распознавания итальянских систем была крайне уязвима. Злоумышленникам достаточно было взломать необходимые источники данных и ввести вредоносную команду.
– И в ближайшие годы такие системы введут в Европе повсеместно?
Боллар в ответ лишь повел плечами и показал на ряд других изображений.
– Рассмотрим ситуацию в Швеции. В сущности, злоумышленники действовали по той же схеме. Очагами инфицирования также были избраны три квартиры. И, как и в первом случае, жильцы оказались вне подозрений. Как и в Италии, с высокой долей вероятности вредоносный код был введен в программу счетчиков теми людьми, которые представились сотрудниками сервисной службы и о которых у нас нет никакой информации, кроме примерного описания.
Он встал перед картой Европы по центру стены.
– Но это еще не всё. С недавнего времени нам стали поступать сообщения о пожарах на подстанциях и подрывах опор высоковольтных линий. Однако определить последовательность их действий пока не удалось. Поэтому поиск диверсантов сопряжен с некоторыми трудностями.
Боллар закончил доклад, поблагодарил всех и поспешил обратно в свой кабинет. Проверил, нет ли новых сообщений о ситуации на «Сен-Лоран». Утром уровень опасности на электростанции поднялся до третьего по международной шкале. Населению в радиусе двадцати километров настоятельно советовали не выходить из дома. Боллар уже в который раз набрал номер родителей. Снова безрезультатно.
Шеннон пришлось перестроиться на встречную полосу, чтобы объехать толпу перед зданием. Только потом она поняла, что люди штурмовали не супермаркет, а отделение банка. Через две минуты Лорен была уже в самой гуще.
– У меня в кошельке осталось семьдесят евро, – говорил в камеру полноватый мужчина. – Сейчас за все расплатиться можно только наличными. И кто знает, долго ли это будет продолжаться… Вот я и решил запастись наличностью. А тут такое! – Он возмущенно показал через плечо. – Если у них сейчас нет денег, что же будет дальше? В любом случае завтра я приду спозаранку.
– А что произошло? – спросила Шеннон. – В банке закончились деньги?
– На сегодня, говорят, закончились, потому что слишком много народу снимало. Наличность доставят только завтра. Только время зря потратили.
Шеннон засняла, как несколько человек еще барабанят по стеклам, но и они в конце концов сдались и стали расходиться. Она направила камеру на рукописное объявление на двери:
Значит, банк закрыт. Деньги будут только завтра, и то лишь двести пятьдесят евро на руки. Шеннон заглянула сквозь стекло и заметила в кассовом зале нескольких человек. Она постучала несколько раз, пока один из служащих не повернулся. Он покачал головой. А когда Шеннон показала камеру, отвернулся.
– Мне нужны результаты, – устало произнес Бланшар. – Президент, министр внутренних дел – все требуют наши головы. К счастью, у них нет альтернатив.
Он с досадой подумал о том, как еще пару дней назад грозился снять головы другим – а теперь его собственная оказалась на плахе. Вот уже двое суток весь IT-отдел и два десятка приглашенных экспертов работали без перерыва. Несколько минут назад его вызывал Альбер Прокте.
– Результаты есть, – сообщил он, – но не обнадеживающие.
Бланшар на мгновение закрыл глаза. Увидел отточенное лезвие занесенного топора. Теперь даже это не имело значения.
– Мы обнаружили часть вредоносного кода. Он содержится в системе последние полтора года. Эта атака планировалась уже давно. Это значит, что наши резервные копии нам не помогут, поскольку тоже заражены.
– Так восстановите более ранние версии.
Прокте покачал головой:
– Об этом можно забыть. Полтора года в цифровом мире равносильны столетию в мире реальном. Такие данные безнадежно устаревают.
– Это значит?..
– Нам придется очистить все компьютеры.
– Но их сотни!
– Пары десятков для начала хватило бы, – заметил Прокте. – Если б не одно «но».
Бланшар постарался не выказывать отчаяния.
– Что еще? – спросил он, затаив дыхание.
– Те серверы, – пояснил Прокте, – которые остались незатронутыми, пытались получить доступ к компьютерам, к которым не имеют никакого отношения.
– Хотите сказать…
– Что они тоже заражены. Именно так.
– Это катастрофа, – пробормотал Бланшар. – Сколько уйдет времени?
– Неделя, – тихо ответил Прокте. Но его услышали все. Бланшару показалось, что молодой человек, обронив это, побледнел еще сильнее. И добавил: – Как минимум.
– Забудьте! – вскричал Бланшар. – Вы видели утренние новости? В самом сердце Франции произойдет ядерная катастрофа, если на станцию «Сен-Лоран» в ближайшее время не поступит электричество для охлаждающих систем. И неизвестно, где еще назревает подобный сценарий!
Боллар растерянно пролистывал новостные ленты.
(05.26) «Электрисите де Франс», компания-оператор электростанции «Сен-Лоран», находящейся в аварийном положении, подтверждает информацию о контролируемом сбросе радиоактивного пара в атмосферу для снижения давления в реакторе.
(06.01) Федеральное ведомство Франции по атомной безопасности сообщает, что корпус реактора первого энергоблока «Сен-Лоран» не пострадал. Система охлаждения второго энергоблока работает без перебоев.
(09.33) Как сообщает компания-оператор «Сен-Лоран», одна из резервных систем охлаждения исправного энергоблока должна быть в сжатые сроки настроена на обслуживание первого энергоблока.
Не отрываясь от экрана, Боллар набрал номер родителей и прижал трубку к уху. Из динамика доносилось лишь тихое, зловещее шипение.
– Вот ведь… – воскликнула Шеннон, когда в комнату вошел Манцано.
Она сидела на краю кровати. Рядом лежали обе камеры, одна из которых была подключена к ноутбуку у нее на коленях. Но компьютер в этот момент ее не интересовал: Лорен уставилась в экран телевизора.
– Смотри, – проговорила она, – что творится!
Ведущая передавала из студии Си-эн-эн:
– …азиатский рынок акций болезненно отреагировал на вчерашние новости. Индекс Nikkei снова упал на одиннадцать процентов, более распространенный Topix – на тринадцать процентов. Шанхай потерял десять процентов, а индекс Hang Seng опустился на пятнадцать позиций.
– А ты чего ожидала? – спросил Манцано. – Надо надеяться, ты делала ставку на обрушение курсов, когда раструбила вчерашнюю новость.
Пьеро мало что понимал в финансовых рынках, но и ему было ясно, что новость Шеннон вызовет дальнейшее проседание курсов по всему миру. Тот, кто вовремя подстроился под этот обвал, вполне мог озолотиться.
– Да я не об этом, – сказала Лорен. – Читай бегущую строку.
По красной полосе внизу экрана тянулся текст:
– …переключаемся на нашего корреспондента Джеймса Тёрнера во Франции. Джеймс?
– Черт-черт-черт! – прошипела Шеннон. – Почему я не там?!
– Радуйся.
Тёрнер стоял посреди поля, далеко за его спиной угадывались очертания градирен электростанции.
– В официальном сообщении говорится, что все системы аварийного охлаждения первого энергоблока атомной электростанции «Сен-Лоран» отказали. Неизвестно, как долго реактор пребывает в таком состоянии. Мы находимся примерно в пяти километрах, на другом берегу Луары. О повреждении реактора точных данных пока нет…
– Этот гад несколько лет эксплуатировал меня, а теперь дает топовый репортаж!
– Ты же вчера дала главную новость.
– Нет ничего более устаревшего, чем вчерашние новости.
– …в случае повреждения последствия для окружающей среды будут непоправимы.
– Как он вообще вышел в эфир? – спросил Манцано.