Марк Адамов – Последний мост (страница 2)

— Ты когда-нибудь был в Трисфолде? — спросила Лейна, чуть отстранившись.

— Пока не довелось, — Дарон убрал руку с её плеча. — Слишком много работы в здешних местах.

— Там тоже красиво, но по-другому. Здесь спокойнее.

— Разве? — басселец не понаслышке знал все опасности родного города.

— Конечно, — настаивала девушка. — Там есть большой порт, а у папы в нём корабли, так что живём мы рядом. У нас большой красивый дом на берегу моря. Всё в граните и белом мраморе… Но под окнами вечно снуют бродяги и нищие из порта. Они постоянно там ошиваются, надеются, что кто-нибудь возьмёт их на борт и увезёт в лучшую жизнь.

— И где же она, лучшая жизнь?

— Никто не знает. Но иногда они пристают к прохожим, ко мне тоже. Папа один раз так разозлился, что приказал страже… Не важно.

Дарон озадаченно причмокнул. Ему точно не хотелось попасться на глаза Касилиаму.

— Жизнь везде одинаковая, — промолвил басселец. — Лучше ли, хуже ли — это зависит от нас.

— И какова твоя жизнь? В чём всё-таки твоя работа?

— Долго объяснять, — туманно произнёс Дарон. Он лукавил: на деле всё было довольно прозаично. — Но я рад, что моя жизнь даёт мне возможность проводить время с прекрасными дамами. С тобой.

— Дарон…

Он решил, что момент настал. Аккуратно, но решительно, Дарон взял её за талию и, притянув к себе, прильнул к её губам. Сначала Лейна не сопротивлялась, но всё её тело вмиг напряглось.

— Дарон, — повторила она, сделав шаг назад. — Нельзя.

— Я знаю тебя всего три дня, — с придыханием произнёс он. — Но точно не хочу тебя отпускать.

— Завтра мы с отцом и братом возвращаемся в Трисфолд, — расстроенно продолжила Лейна. — Всё было прекрасно, я бы хотела остаться с тобой подольше.

— Но?

— Но… — девушка зарделась. — Я так-то выхожу замуж. Отец договорился, в следующую луну я должна обручиться с Вилленом. Он средний сын герцога Вальтехала.

— Герцога Трисфолдской земли? — Дарон попытался изобразить удивление. На деле он уже обо всём знал.

— Я приглянулась ему на одном из пиров в их замке в прошлом году… Отец таких возможностей не упускает.

Дарон в этом не сомневался: герцог Вальтехал был по сути правой рукой самого короля Агустура. Такие люди, как Касилиам Броспего, цепляются за любую ниточку, ведущую к королевскому двору. Но он увидел сомнение и нежелание в глазах Лейны. Увидел и сделал решающую ставку.

— А ты сама-то хочешь замуж за него?

— Конечно… — неуверенно проговорила Лейна. — Ну, папа хочет. А я… Я не знаю.

— А ты боишься ему перечить, — вздохнул Дарон. — Ты прекрасная девушка, Лейна. Он не должен решать за тебя.

— Виллен… Странный. На самом деле, я его почти не знаю. Мы виделись лишь несколько раз после того пира. Он мне кажется каким-то чёрствым.

— Тогда зачем он тебе? — басселец взял спутницу за руки. — Ты готова отдать всю жизнь незнакомому сыну герцога ради связей отца? Готова провести остаток дней, кланяясь Вальтехалу, Агустуру и их семьям? Вынашивать ребёнка за ребёнком? Слушать упрёки, что ты не так держишь бокал или слишком широко шагаешь по замку в Гордом Утёсе?

— Конечно, я этого не хочу! — воскликнула Лейна со слезами на глазах. — Думаешь, он меня слушает?

— Так и ты его не слушай…

— Как? Ты сам слышишь, что говоришь? Он же мой отец. Касилиам Броспего, самый важный торговец в порту. Я всей своей жизнью обязана ему!

— Прошлым — да, обязана. А будущее в твоих руках. Однажды мне пришлось сделать такой же выбор, и я не жалею.

— И что ты мне предлагаешь?

— Убежать.

Ответ Дарона прозвучал даже слишком прозаично, словно он предложил девушке пропустить ещё пару кубков вина. Она встрепенулась и уставилась на молодого спутника с негодующим видом, но под этой маской он видел искру сомнения, которую так надеялся разжечь.

— Ты сошёл с ума, — неуверенно проговорила Лейна. — Куда? Как? Зачем? С тобой? Ты… Нет, так нельзя.

— Можно, — прервал Дарон её обрывистое рассуждение. — Шагни в неизвестность, сделай выбор для себя, а не для него…

Лейна заплакала, но отстранилась, когда он попробовал её утешить. Всё шло совсем не по плану, а к такому раскладу Дарон не привык.

— Слушай…

— Нет! — закричала девушка, чем не могла не привлечь нежеланное внимание зевак. — Ты послушай! Ты мне правда очень нравишься, ты хороший, да. Но я не могу бросить семью и всю свою жизнь ради прекрасного принца, которого знаю три дня, понял?

— Понял, — стиснув зубы, ответил Дарон. Задание не просто трещало по швам. Оно уже обратилось в прах.

— Тогда я возвращаюсь обратно, к брату и слугам. Не буду против, если ты меня проводишь. Темнеет ведь.

— Замечательно, — басселец увидел проблеск надежды. — Я покажу короткую дорогу.

Семья Броспего остановилась в Купеческом подворье неподалёку от новой речной пристани. Кратчайшей дорогой была бы сама набережная, но Дарон надеялся, что пришлая девушка об этом не знала. Он повёл её лабиринтом сумрачных переулков, что ветвились между Сальменой и собором Звёздных Прорицателей.

Ему нужно было остаться наедине с Лейной, но редкие прохожие не давали ему довести дело до конца. Последние купцы закрывали крошечные лавки, женщины загоняли домой детей и всякую живность, которая так и косилась на прохожую парочку своими звериными глазами. Особенно, гуси. Дарон готов был поклясться, что эти птицы были куда умнее, чем хотели казаться.

Отчаявшись, он повёл расстроенную столичную гостью в другую сторону, к Рыбному рынку. Сделать это было несложно для того, кто всю жизнь топтал эти пыльные подворотни. Всего лишь взять левее на невзрачной развилке трёх дорог.

Дурная слава этого места разносилась по всему Басселю похлеще запаха несвежего улова. Бродяги со всех концов города приходили на рынок в поисках объедков, местная шпана то и дело норовила ограбить покупателей в одном из переулков, а бочки с гниющими остатками рыбы на задворках придавали округе неповторимый аромат. Вечером прилавки пустели, и приличные горожане обходили стороной зловонный угол. Обычно Дарон избегал любых свидетелей, даже головорезов и нищуков, но сейчас он был готов рисковать. Провал был бы совсем некстати.

— Куда мы идём? — заподозрила неладное Лейна, шмыгая изящным носиком. — Разве Подворье там?

Ответить Дарон не успел. Прямо из очередной подворотни на него вывалилось вонючее тело в рваных обносках. Бродяга ухватился за плечо Дарона. Басселец обрадовался, что в полумраке не видно хотя бы малоприятного лица очередного оборванца.

— Брат, не проходи, помоги парой леттов, — засипело тело в мешковатых лохмотьях.

— Пшёл нахер, — шикнул Дарон, пинком отправив нищего обратно в подворотню. После вечера в «Синем фонаре» ему самому бы не помешали несколько медных монет с гербом Летары на одной стороне и профилем короля Агустура на другой.

— Что ты… — испуганно заверещала Лейна. — Где мы вообще? Что это за место?

— Идём, — Дарон почесал плечо, которого коснулся бродяга. Ему казалось, что блохи прогрызли его добротную синюю рубашку и впились в кожу.

Не успела парочка неудавшихся любовников пройти и дюжину шагов, как девушка остановилась у одной из заброшенных лавок. Скрестив руки на небольшой груди, она все видом показывала нежелание идти дальше по мрачному Рыбному переулку.

— Что такое? — басселец подошёл поближе к ней.

— Ты не ведёшь меня домой, — Лейна не спрашивала. Она уже всё поняла. Почти всё. — Послушай… Я не могу, нельзя, я должна хранить себя до брака. Иначе Виллен расскажет отцу, и…

— Я трахать тебя не собираюсь, — буркнул её спутник.

— Дарон, что за слова?

— Так уж я разговариваю, — он слегка ослабил пояс рубашки, чтобы та не стесняла движения. К тому же, ему становилось жарко. — И зовут меня не Дарон.

Глупая, наивная девочка. Глаза Лейны стали шире и наполнились слезами, когда личина Дарона растрескалась в её разуме и обнажила ухмыляющийся лик Вариона. Лиса по прозвищу Химера.

Одним ловким движением он оказался за спиной девушки и прижал ладонь к её тонким губам. Лейна попыталась закричать или хотя бы укусить его за вспотевшую левую руку. Тщетно. Свободной правой Дарон достал запрятанный под рубашкой кинжал с потускневшим лезвием.

— Мне жаль, с тобой правда было приятно, — прошептал он на ухо испуганной жертве. — Но работа есть работа.

Отработанным за многие годы движением он приложил лезвие к её шее, чуть повыше громоздкого серебряного колье с рубином, и приготовился закончить дело.

Не вышло.

Жар окутал тело Вариона плотным облаком, его рука задрожала, а в пальцы словно впилась дикая собака. Боль пронзила кости убийцы, заставив его застонать. Едва он ослабил хватку, Лейна отмахнулась острым локтем и вырвалась. Из последних сил Варион шагнул за ней. Заточенный накануне кинжал жадно устремился вслед за беглянкой.

Лезвие лишь пощекотало прелестную спину в накидке цвета крови, которой не суждено было пролиться тем вечером. Сквозь набежавшую на глаза пелену он видел, как девушка, спотыкаясь, бежала прочь по Рыбному переулку.

Его ноги подкосились. Варион завалился набок и почувствовал, как под ним трещит пустой ящик из-под рыбы.