Мария – Заметки о монстре (страница 2)

– Привет, – бросила она одним словом. Оно прозвучало плоским, обвинительным, как плевок. И, прежде чем я успел что-то сказать, выдохнуть, разуться, она развернулась на пятках и ушла в кухню. Не пошла – именно ушла, демонстративно. Дверь на кухню осталась приоткрытой ровно настолько, чтобы я видел, как она стоит у окна и смотрит в темноту, игнорируя мое присутствие.

Я в чем-то провинился? Боже правый, этот вопрос крутится у меня в голове, как бешеная белка в колесе. Я перебираю день, каждую минуту. Не смотрел на коллегу-женщину. Не задержался. Не сказал ничего грубого. Я купил по дороге те самые ягоды, которые она вчера вскользь упоминала. Они лежат у меня в сумке, и сейчас, под ее ледяной молчаливой атакой, кажутся жалкой, беспомощной попыткой откупиться.

Но вина здесь – не логическая категория. Это погода в нашем доме. Она меняется по прихоти того маленького тирана, который диктует ей настроение. Утром он был доволен, вечером – чем-то оскорблен. И его обида, его капризное недовольство теперь – закон, написанный на стенах нашего дома невидимыми, липкими буквами.

Я так и стою в прихожей, в пальто, с сумкой ягод в руке, чувствуя себя не мужем, не отцом, а мальчишкой, которого только что отчитали и поставили в угол. А из кухни доносится лишь тихий, ритмичный стук ее ногтя по столу. Стук, который звучит точно так же, как бьется сейчас мое сердце – часто, испуганно и абсолютно беспомощно.

13.12

Писать каждый день не удается. Силы, да и время, будто высасывает сама эта растущая тишина в доме. Но сейчас Елена ушла в душ, и я украдкой делаю пару заметок. Вода гудит в трубах. Сквозь шум я слышу, как она что-то напевает – монотонный, бессвязный напев, больше похожий на колыбельную для самой себя. Или не для себя.

Лена стала импульсивной. Это мягкое слово. Она не «стала импульсивной». Она теперь – живая мина, и проводок настолько короткий, что его не видно. Говорит, не подумав. Вернее, думает, но будто не она. Мысль рождается где-то там, в глубине, уже облеченная в уродливую, жестокую форму, и вырывается наружу, как рвота.

Вчера вечером. Я резал сыр для бутерброда. Обычный вечер. И Лена, глядя на мои руки, сказала ровным, холодным тоном:

– Этими руками ты трогал ее, да? Ту блондинку из твоего отдела. Они у тебя до сих пор пахнут ее дешевыми духами.

Тишина повисла. Я даже не успел ничего почувствовать, кроме ледяного шока. И тут же, прежде чем я вымолвил слово, ее лицо исказилось каким-то животным испугом. Глаза округлились, стали огромными, детскими.

– Ой, нет, нет, прости, – залепетала она, уже хватая меня за рукав. Ее пальцы были липкими от варенья. – Я не знаю, откуда это. Я не это. Он… он иногда такое думает. Он ревнует. Он боится, что ты нас оставишь.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.