Мария Жукова – Любопытство – не порок (страница 5)

– Да из-за фигни вообще. Диск я у него брал погонять, поцарапал децл, а ему не понравилось. Вот он и полез драться, – ответил, даже не задумываясь, парень.

– Хорошо. А какие повреждения вы получили в драке? – продолжала расспрашивать Маша.

– Он мне по морде вмазал. Сначала думал, что всё норм, а потом челюсть стала сильно болеть. Ну матушка и настояла, чтобы в травмпункт поехали. Там снимок сделали. Оказалось, что трещина есть.

– Так, пока всё сходится. Ну а полные ФИО, дату и место рождения, надеюсь, вам не составит труда назвать? – уточнила Маша.

– Пятнов Сергей Валерьевич, родился в п. Каменоломни Октябрьского сельского района Ростовской области первого апреля 1989 года.

Мария не сдержала невольную улыбку, когда услышала, что товарищ этот родился в День дураков. Она ещё раз перепроверила сообщённые ей сведения по первичному материалу проверки, который собирал один из участковых. Данные совпадали.

– Спасибо, я не займу у вас много времени. Мне нужно перенести всё, что вы сказали, в протокол.

Писать, стоя, было то ещё занятие, но рассчитывать на то, что ей предложат разместиться более удобно – не приходилось. Благо у Маши всегда с собой был планшет, где можно было удобно закрепить документы и заполнять их в самых даже в самых неудобных позах. Через десять минут оба документа были оформлены. Осталось только подписать.

– Вот прочтите, пожалуйста, и распишитесь, если всё верно указано.

Парень пробежался по бумагам глазами и поставил подпись.

– Надеюсь, это всё? – поинтересовался он у следователя, протягивая ей обратно документы.

– Пока да. Если возникнут вопросы, я с вами свяжусь. Только будьте добры, в этот раз приехать по повестке.

– По повестке? – парень явно удивился услышав это.

– Ну да. Вам что, ничего не приходило по месту регистрации?

Юноша отрицательно покачал головой.

– Странно… – пробормотала Мария. – Я же отправляла два письма. Ладно, участковые не стали заморачиваться, но почта-то должна работать.

Маша ещё раз поблагодарила паренька и поспешила обратно к магазину. Условленное время встречи с участковым Жуковым уже давно подошло и сейчас если она тут задержится, Виталий чего доброго, не найдя её на месте, решит, что она уехала на такси. А деньги у неё остались на работе, поэтому возвращаться ей придётся в этом случае только пешком.

– В вечернее время бродить по неизвестной местности – сомнительное удовольствие, – решила Маша и ускорила шаг, насколько это позволяла грязь.

К её удивлению участковый уже был на месте.

– А, явилась, не запылилась! – воскликнул успевший заскучать к этому времени Жуков. – Ну что, успела всё сделать?

– Успела, – сухо ответила Мария, которая всё-таки затаила обиду на участкового за то, что он оставил её одну в этой глуши.

Обратно в отдел ехали почти молча. Виталий время от времени пытался разрядить обстановку шутками, но Маша слабо на них реагировала, обдумывая произошедшее за день, поэтому милиционер вскоре оставил отчаянные попытки поддержать беседу. По приезду в РОВД Мария сразу направилась в канцелярию. Там, на приёме исходящих документов, сидела пожилая женщина: Полякова Ирина Адреевна, которую многие здесь по-свойски называли тётей Ирой. Но Маша не была ещё ни с кем в таких доверительных отношениях, поэтому не опускалась до панибратства.

– Ирина Андреевна, здравствуйте. Помните я вам письма передавала – с месяц примерно назад? – спросила Мусина сразу, как только вошла в кабинет.

– Да-да, что-то припоминаю, – напрягла память Полякова.

– Посмотрите, пожалуйста, по исходящим, когда именно были отправлены эти письма?

Полякова начала перебирать регистрационные журналы.

– Так, вот нашла. Письма мы от тебя приняли десятого и тридцатого числа прошлого месяца.

– Да, всё правильно, – подтвердила Маша. – Меня интересует, когда вы их отправили адресатам.

– А мы ещё их не отправляли, – как ни в чём ни бывало ответила Ирина Андреевна.

– В смысле? Как это до сих пор не отправляли? А почему? – не понимала суть происходящего Мусина.

– У нас конверты закончились. Денег пока не выделили. Вот ждём, когда финансирование поступит, тогда сразу все письма и отправим.

У Маши глаза на доб полезли от услышанного.

– Да что ж вы мне сразу об этом не сказали?! – взорвалась обычно спокойная Мусина. – Если бы я знала, что у вас конвертов нет и письма не будут отправлены целый месяц, я бы за свой счёт их отправила через почту! Я же думала, что люди игнорируют повестки и не являются, а оказывается они их даже не получали.

– Но ты же не сказала, что это срочно! – начала оправдываться Полякова.

Маша воздела глаза к небу.

– Господи, дай мне терпения! – сказала она и вышла из канцелярии.

В эту ночь Мария спала беспокойно. Всю ночь в голове всплывали смутные образы прошедшего дня и постепенно нарастало необъяснимое чувство тревоги. У Маши была хорошо развита интуиция и она старалась не игнорировать звоночки внутреннего голоса, пытавшегося предупредить о надвигавшейся опасности. Но девушка пока не могла понять, откуда именно идёт беда в этот раз. Утром она проснулась с чугунной головой.

– Чувствую себя, будто танком по мне проехали… – пожаловалась Маша матери. – Башка раскалывается. Даже просто шевелить ею больно.

Пришлось выпить, по совету мамы, парацетамол с аспирином, чтобы избавиться от ощущения тяжести и головной боли. На работу Мусина в этот день пришла не в духе. И не успела она дойти до своего кабинета, как услышала шум какой-то разборки.

– Вы когда дела направите в суд? Я что, за вас всё сам должен делать? Почему план не выполняете? – разносился по коридору голос её начальника.

Маша хотела аккуратно прошмыгнуть мимо кабинета Донцова, где сейчас песочили кого-то из следователей, но остаться незамеченной у неё не получилось.

– А, легка на помине! Мусина, быстро иди сюда! – окликнул её Воронцов. – Присоединяйся к своим проштрафимся коллегам.

Маше вошла в кабинет, где уже находились, помимо её начальника, его зам Морозин и ещё два следователя: Паша Донцов и Полина Чижикова.

– Вот смотри, Мусина, ты ж у нас грамотная, выслушаем и твоё мнение! – с явной издёвкой сказал начальник. – Паша мурыжит дело, а у нас план горит. Посмотри, нужно ли тут ещё что делать или уже можно в суд выходить.

Маша начала листать дело. Все десять минут присутствующие прожигали её глазами. Донцову и Чижиковой явно было неприятно, что им решили устроить взбучку на глазах у ещё не оперившегося вчерашнего стажёра. Мусина прекрасно это понимала, поэтому решила сократить экзекуцию. Пробежавшись по делу глазами, она выдала:

– Здесь квалификация содеянного осуществлена неправильно.

– Как это неправильно?! – возмутился Донцов.

– Погоди! – остановил его Воронцов. – Пусть скажет свой мнение.

– Тут нельзя вменить человеку ответственность за побои, поскольку нанесен только один удар. А согласно позиции ВС РФ и официальным комментариям к УК РФ, побои – это неоднократное нанесение ударов, то есть не меньше двух должно быть, – аргументированно пояснила свою позицию Мария. – Плюс обязательный признак – физическая боль. А здесь даже и не удар был, а больше на толчок похоже. И не факт, что потерпевший действительно чувствовал при этом реальную физическую боль. Так что, на уголовную ответственность это вообще не тянет. Во всяком случае с материалом в таком виде.

– То есть ты хочешь сказать, что мы тут все дураки, а ты у нас одна умная? – спросил вдруг Воронцов – в этот момент он был похож на огромного удава, готового броситься на выбранную им жертву в любой момент.

– Я этого не говорила, – спокойно ответила Маша, – вы это сами озвучили. Вы хотели услышать моё мнение по делу, вы его услышали. Я уже могу идти в свой кабинет или есть ещё какие-то вопросы?

– Вопросов нет. Есть предложение, – ответил начальник и слова его источали нескрываемую угрозу. – Сейчас мы пойдём с тобой вместе с материалами этого дела к прокурору, и ты ему расскажешь свою версию, а потом я посмотрю, захочешь ли ты ещё умничать или нет.

– Хорошо, без проблем, – спокойно ответила Мусина и с вызовом посмотрела прямо в глаза Воронцову.

В кабине повисла зловещая тишина. Слышно было как об стекло бьётся, жужжа, муха, пытающаяся выбраться наружу… Присутствующие здесь следователи боялись шелохнуться. Все понимали, что надвигается гроза и никто не хотел оказаться в эпицентре событий. Роман Алексеевич некоторое время молча прожигал взглядом бесстрашную Моську, которая осмелилась тявкнуть на стоящего перед ней слона, а потом подытожил разговор:

– Ну идём, раз такая смелая…

Глава 3 Мудрый Каа

Районная прокуратура находилась буквально через дорогу от РОВД. Там, на втором этаже, располагался кабинет местного прокурора. У Виталия Сергеевича Семенчикова Мусина ещё ни разу до этого момента не была. Как-то не приходилось, да и по статусу было не положено. Воронцов же, судя по всему, был с прокурором на короткой ноге. Начальник СО постучал в дверь, а затем, не дожидаясь вызова, заглянул внутрь:

– Виталий Сергеевич, не заняты? Мы тут к вам с деликатным вопросом.

Видимо, получив положительный ответ, Воронцов начал заходить в кабинет. Маша осталась стоять на пороге. Словно почувствовав это спиной, её начальник резко обернулся и злобно на неё зыркнув, прошипел:

– Тебе что, особое приглашение нужно?