Мария Жукова-Гладкова – Свадьба с чужим женихом (страница 39)
Я встала и пошла к двери, стараясь ступать неслышно. Выглянула в глазок.
На лестничной площадке стояла Маргарита Станиславовна.
Я раскрыла дверь – и тут же раскрыла рот. Я не смогла толком рассмотреть гостью в глазок. Марго выглядела отвратительно. Она будто за один день постарела на десять лет. Хотя нет… Я поняла, как тщательно Маргарита Станиславовна всегда наводила макияж. Я никогда раньше не видела ее без косметики, а современные косметические средства известных брендов могут превратить и поросячью морду во вполне симпатичное личико.
– У меня к тебе дело, – объявила Маргарита Станиславовна с порога, даже не удосужившись поздороваться. В своем стиле мадам!
– Проходите, – пригласила я.
Она проследовала на кухню. Я спросила незваную гостью (а эта точно была хуже татарина), не желает ли она чего-нибудь выпить. Она пожелала крепкого кофе, хотя, по-моему, ей требовалась хорошая порция виски или коньяка. Но Марго сказала, что она за рулем.
Я сварила кофе, устроилась напротив и вопросительно посмотрела на свою несостоявшуюся свекровь.
– Я только позавчера узнала, чем ты на самом деле занимаешься, – рубанула мне прямо в лоб Маргарита Станиславовна. – Добрые люди просветили.
– И? – невозмутимо спросила я.
– Я хочу тебя нанять. Может, тебя и твоего отчима.
Я ждала продолжения.
– Ты в курсе, что Стас пропал?
– И не только Стас, – заметила я.
– Другие меня не интересуют! – рявкнула Маргарита.
– Один он исчезнуть не мог, то есть без посторонней помощи, – спокойно заметила я.
– Тебе ничего не известно? – спросила Маргарита Станиславовна. – Если бы он обратился к кому-то за помощью, то только к тебе. Он тебе верил. Он тебе доверял. Если он хотел сбежать…
– А у него были основания сбегать?
Маргарита Станиславовна передернула плечами.
– Если вы хотите меня нанять, то рассказывайте все, что знаете. Я лично понятия не имею, зачем Стасу требовалось сбегать со свадьбы. Он мог не жениться на Катерине, если так этого не хотел. И какой смысл сбегать
– Как ты считаешь, он мог сбежать вместе с Катькой?
– Что?!
– Ну, я не знаю, что им могло взбрести в голову! Может, они не вдвоем сбежали, а вчетвером, потом разошлись по парам. Стас с какой-то шалавой, и Катька с каким-нибудь мужиком.
– Катерину похитили, – сообщила я.
– Да кому она нужна-то?! – воскликнула Маргарита Станиславовна, но тут же осеклась. – Понятно. Из-за папаши. Урюпин – кретин. Стас был против их сделки с Владимиром Владиленовичем.
– Вот об этом, пожалуйста, поподробнее, – попросила я.
Маргарита Станиславовна рассказала, что ее сын и муж в последнее время очень ругались. Владимир Владиленович почему-то считал, что Стас отговаривает его от заключения сделки потому, что страшно не хочет жениться на Катерине Урюпиной. Отец объяснял сыну, что его никто не заставляет быть верным мужем, но Катьке один раз нужно официально сходить замуж – и ее отец поставил такое условие. Урюпин считает, что лучше разведенная женщина, чем та, которая никогда не бывала замужем. И внуков ему хочется, причем рожденных в законном браке. У Урюпина, как выяснилось, с этим делом пунктик.
Мать спросила у сына, почему он выступает против сделки. Стас ответил, что на месторождения декоративных и поделочных камней есть еще несколько претендентов. В регионе, который Урюпин представляет в Совете Федерации, уже началась борьба за передел сфер влияния, месторождений, обрабатывающих предприятий. От месторождений и предприятий по обработке камней кормится огромное количество народу. А если бы Урюпин заключил сделку с Верещагиным, то обработка ушла бы в другой регион! Слишком много людей были против. Стас считал, что такую сделку заключать просто опасно для жизни. Он боялся за отца, за себя и за фирму. Он считал, что они вместо получения прибыли могут потерять все.
– А Урюпин этого не понимал?
– Полина, этот кретин рассматривал регион как свою вотчину. Возомнил себя этаким феодалом, которому принадлежит все на подвластной территории. Он не один такой у нас в стране.
– Но там же есть губернаторы, мэры, просто чиновники…
– Вот именно! А Урюпин вообще пришлый человек! Я не знаю, сколько раз за свою жизнь он удосужился в этот регион съездить. Но ты же прекрасно знаешь, сколько у нас лиц в Совете Федерации, на самом деле не имеющих никакого отношения к регионам, которые вроде бы представляют. Так сказали наверху – и представляют.
– Но у Урюпина должны быть какие-то акции…
– Акции есть. Точно есть. Только все записано на Юлю. У нас же сенатору вроде нельзя заниматься бизнесом. Ты же знаешь, что у нас теперь жены сенаторов и депутатов заделались бизнес-леди.
– Урюпин купил какое-то предприятие в регионе?
Маргарита Станиславовна кивнула.
– Только как оно ему досталось, я не знаю. Можно строить догадки. Твой отчим, наверное, в состоянии выяснить. Обиженные точно должны быть.
– Вы считаете, что эти обиженные убили вашего мужа?
Маргарита Станиславовна пожала плечами.
– Вы видели сегодняшние газеты?
Я принесла ворох, купленный мной, и показала фотографии Урюпина.
– Ему явно что-то подмешали в еду или выпивку, – невозмутимо сказала Марго. – Ты-то должна это понимать, Полина. Он же не в себе был, когда в фонтане купался.
– Но его не убили, – заметила я. – Убили вашего мужа. И пропал ваш сын.
– Я не знаю, почему так получилось, – вздохнула Марго. – Найди мне сына, Полина. Остальное меня не интересует.
– А обвинение вам? Кстати, какие обвинения против вас выдвинуты и что на самом деле произошло?
Маргарита Станиславовна заявила, что у ее супруга всегда были любовницы. Конечно, он стал ходить налево не сразу же после свадьбы, а когда появились деньги. К погибшей любовнице мужа Маргарита и раньше ездила бить морду, но с ней Владимир Владиленович расстался несколько лет назад. Там был скандал из-за мальчика. Она утверждала, что это сын Верещагина, а тот сомневался и потребовал провести генетическую экспертизу. Мать не дала. Это стало причиной разрыва. За последний месяц Маргарите на мобильный телефон несколько раз позвонил «доброжелатель». Номер не определялся. «Доброжелатель» сообщал, что Владимир Владиленович опять зачастил к своей зазнобе, и называл адрес.
– Звонил мужчина?
– Женщина. И в конце концов я не выдержала. Она позвонила и спросила: «Хочешь своего застать на месте преступления? Он сейчас у нее. Приезжай и убедись сама» – или что-то в этом роде. А я на взводе была. Из-за предстоящей свадьбы, из-за скандалов Стаса с Владимиром Владиленовичем, из-за всего… Я сорвалась с места, примчалась к этой – а моего мужа там нет и не было давно! Но меня видело много народу. Полицию вызывали. А вечером в квартире произошел взрыв.
– Вы рассказали все это полиции после взрыва?
– Да. И Владимир Владиленович нанял частных детективов для расследования именно этого дела. Меня целенаправленно подставляли. Я это понимаю. Но не понимаю, кто и зачем. Я не подкладывала никаких взрывных устройств. Я даже не знаю, где их взять. Конечно, при желании можно было бы найти, но сама подумай, Полина. Я срываюсь бить морду любовнице мужа с приготовленным заранее взрывным устройством? А когда нажимали на пульт, я вообще дома была!
– Вас обвиняют в какой-либо из смертей в замке?
– Пока нет. Но сегодняшний день я провела в прокуратуре. Отвечала на вопросы. И узнала много странностей. Похоже, что у меня есть двойник. То есть был на свадьбе.
– Вы уплывали на лодке с любовником?
Маргарита Станиславовна покачала головой.
– Я уходила по подъездной дороге. И у меня нет любовника. Я вообще ни с каким мужчиной не уплывала на лодке со свадьбы единственного сына! Увозил меня Володин шофер. Меня все достало. И Наташка ко мне постоянно цеплялась – это жена Володиного брата. Константин – нормальный мужик, а женушка его – редкостная стерва. Завистливая, жадная…
Глаза у Марго загорелись ненавистью. Она сжала кулаки и напомнила мне ту Марго, которую я знала.
– Мы с ней с молодости воюем, – продолжала моя несостоявшаяся свекровь. – Она, видите ли, по гарнизонам моталась, а я в Питере жила. Ну и что? Никто не заставлял ее по гарнизонам мотаться. Могла и не за военного замуж выйти.
– Из-за чего вы дрались на свадьбе?
– Не знаю. Я пыталась вспомнить, из-за чего начался очередной скандал, и так и не вспомнила. Что-то Наташка орала про то, что я в тюрьме не выживу, а она после дальних гарнизонов выживет везде, где угодно. А за что мне в тюрьму?
– Что вы знаете про своего двойника, появившегося на свадьбе?
– Ничего. Я обзвонила тех, кого могла, и еще буду звонить знакомым. Наташка должна была понять, что это не я. Она меня слишком хорошо знает. Но Наташка заявляет, что видела меня на свадьбе, когда видеть не могла! Пакостит. Эта баба – мой двойник – ни с кем из моих хороших знакомых не разговаривала. Ее видели мельком. Вроде как то тут, то там появлялась и уходила. То есть оставалась в замке! А меня уже не было! Ты не видела?
Я покачала головой.
– Юля ее не видела. Юлю-то она бы не обманула. И тебя бы не обманула. А других смогла. Вроде она ни с кем не разговаривала, кроме Наташки. Но она была точно в таком же платье, как у меня!
– Где вы покупали платье?
– Шила на заказ.
– Может, платье не в точности повторяло ваше?