Мария Жукова-Гладкова – Игра с огнем (страница 18)

Я не собиралась его лелеять и трястись над ним. Он уже большой мальчик. Да и мне нужна поддержка и информация, а Андрей что-то может выяснить через своих коллег. И еще мне требовалось встретиться с его матерью и сестрой и узнать, о чем они говорили с бабушкой. Ведь они общались шесть часов! Может, что-то из сказанного ею прольет свет на личность ее убийцы, на причину убийства. Я считала, что оно было преднамеренным.

Андрей заявил, что еду приготовит сам – он же закупил ингредиенты в тот день, когда слег с простудой. Но общаться с матерью и сестрой не станет. Как он мне уже говорил, он пойдет пить пиво с Серегой, а я ему позвоню, когда его родственницы отбудут по месту прописки.

– Даже не поздороваешься?

– Ты не представляешь, во что может вылиться одно приветствие. Аня, я тебе очень благодарен! Я отдохнул у тебя так, как не отдыхал никогда. Если не считать того дня, когда они все приехали, я просто наслаждаюсь жизнью у тебя. Ты меня не прогонишь?

– Если будешь себя хорошо вести, не прогоню.

Андрюша вечером показал, как он умеет себя хорошо вести – и ужин быстро приготовил, и в постели был на высоте. Я только спросила, кто его научил готовить. Оказалось, что бабушка. Она считала, что мужчина должен уметь себя обслужить. Они очень сильно ругались по этому поводу с мамой, но Андрюша сам хотел научиться готовить – и научился в мамино отсутствие. Мама до сих пор не знает, что он умеет. Бабушка всегда говорила дочери и внучке, что это она приготовила еду. Зачем лишний скандал и воспитательные речи? А Андрюша бабушку не сдавал – чтобы его и дальше пускали к плите.

– Тяжелая была у тебя жизнь, – покачала я головой.

– Да и у тебя не сахар.

Я подумала, что наши тяжести были совсем разные и я, возможно, хотела бы, чтобы меня в детстве хоть кто-нибудь опекал так, как Андрюшу опекают до сих пор. Но в детстве! Взрослой я бы такую опеку не допустила. Это перебор!

На следующий день мне в первой половине дня требовалось съездить по двум частным заказам. Андрюша остался готовить еду к приходу его родственниц, запланированному на вечер. В одном доме я стригла и укладывала аж трех подружек, потом пила с ними кофе. Затем был еще один заказ, после позвонила моя сменщица из салона и спросила, не могу ли я подъехать на пару часов, а то ей нужно срочно отлучиться. Я помчалась в салон, а уже оттуда – домой. Вскоре должны были прибыть Андрюшины родственницы, а ему нужно уходить.

Как только я нажала на пульт сигнализации и моя машина со мной попрощалась, из следовавшего за мной автомобиля (а ведь я его сегодня несколько раз видела!) вышел мужчина лет тридцати и, прямо глядя на меня, сказал:

– Подождите, Яна, мне очень нужно с вами поговорить.

– Я – Аня, и вы – не первый, кто путает меня с моей сестрой. Мы – близнецы. Если вам нужна Яна, она находится в больнице.

Я сказала в какой и добавила, что вроде бы к ней еще не пускают посетителей. Она попала в тяжелую аварию.

Мужчина на мгновение задумался, потом спросил, навещала ли я сестру. Я ответила, что нет и не собираюсь, потому что мы никогда не были близки, в последние годы встречались считаные разы, последний – на девять дней по дедушке, до этого я Яну вроде бы не видела года два. И нисколько от этого не страдаю. Страдаю оттого, что меня с ней путают и я выслушиваю претензии, обращенные не по адресу.

– Вы тоже с претензией к Яне?

Мужчина кивнул. Я вопросительно посмотрела на него. Он предложил поговорить в машине – в его или моей, все равно. Я села к нему.

– Хочу вам фильм показать, – сказал мужчина, который так и не представился.

Я просмотрела в записи, как Яна перетаскивала мертвого Славу с места пассажира на водительское место, потом снимала с него гипс и выбрасывала в канаву, а потом закидывала листьями.

– Гипс я нашел и тоже сделал фильм, – сообщил мужчина.

– И кто это снимал?

– Мой сын. Вы же знаете, что современные дети, можно сказать, рождаются с гаджетами. Он обожает снимать ролики.

– Значит, погибла ваша жена, – констатировала факт я.

Он кивнул.

– Как сейчас чувствует себя ваш мальчик?

– Он не понимает, что мама больше никогда не вернется. И тогда он не понял, что случилось – только мама почему-то не отвечала на его вопросы. Потом он отвлекся на тетю с дядей, стал снимать. Затем на всех других людей. Женщина-психолог быстро приехала. Спасибо полиции, что вызвали. Кошмары ему не снятся. Физически он не пострадал. Он сидел сзади, в автокресле, был пристегнут. Жена всегда за этим следила. Конечно, последствия еще могут быть, но…

Я сказала, что была на месте аварии вместе с другом-полицейским – мы ехали на юбилей к бабушке.

– Ваш мальчик молчал. Я очень рада, если он отошел или вообще не понял, что произошло.

– Мы его учим не разговаривать с посторонними, – усмехнулся мужчина. – Вот он и не разговаривал. Потом мне позвонил. Полиция до моего отца дозвонилась. Мы довольно быстро приехали. Очень хорошо, что он не передал эту запись полиции. Да это ему и в голову не пришло. И он про нее вообще забыл. Я случайно наткнулся на нее, прокручивая его записи.

– Насколько я понимаю, вы не собираетесь отдавать ее полиции?

– Правильно понимаете. Мне деньги нужны. На самом деле нужны. Мне плевать, посадят вашу сестру или не посадят. Мою жену таким образом не вернуть. А у нас ипотека, теперь еще няню придется брать, чтобы ребенка из школы встречала, кормила, уроки делала.

– Даже если бы у меня были лишние деньги, я бы за свою сестрицу платить не стала. И у меня тоже ипотека. Дождитесь, пока она выйдет из больницы.

Мужчина спросил адрес проживания Яночки. Я любезно его предоставила и пояснила, что она проживает в двухкомнатной квартире с нашими родителями и я не знаю, какая собственность зарегистрирована на мою сестрицу. Я также предложила побеседовать с моим отцом, назвала его имя-отчество.

– А я целый день за вами езжу… – печально произнес мужчина. – И ничего не понимаю. Мне сказали, что ваша сестра – врач, а вы вдруг в парикмахерском салоне к креслу встали…

– Я с утра по частным заказам ездила.

Мы пожелали друг другу всего хорошего, и я пошла домой, а горе-шантажист выехал из моего двора. Номер машины я сперва запомнила, а скрывшись у него из вида в подъезде, сразу же записала.

Глава 11

– Где ты ходишь?! – услышала я дома вместо приветствия. – Мне валить давно пора, чтобы с моими не встречаться.

Я вкратце рассказала про шантажиста.

– Вообще-то за такое…

– Андрей, у него жена погибла. Ему ребенка одному поднимать. Ипотеку платить.

– Продавать придется квартиру твоей бабушки, не моей. И тебе опять ничего не достанется. Ладно, я пошел.

Я знала, что Андрею завтра уже на работу. Пусть отдохнет в пивбаре перед суровыми буднями на дороге.

Я быстро приняла душ, краситься не стала – не мужика жду, выставила на стол тарелки, положила приборы. Андрей потушил мясо с какими-то специями и баклажанами. Пахло восхитительно. Также он нарезал салат и приготовил к нему специальный соус.

Наконец появились Юлия Юльевна и Олеся. Никакого внешнего сходства с Андреем не было ни у той, ни у другой. Возможно, он унаследовал внешность отца. К тому же мама с дочкой носили очки, но я бы посоветовала обеим сменить оправы. Эти старили обеих. И почему они не красят волосы! С сединой ходить неприлично, в особенности Олесе. Ей, конечно, еще рано седеть, но седые волосинки я своим наметанным взглядом заметила сразу же. Она могла бы их хотя бы удалять, если пока не хочет красить волосы. По-моему, Олесе требовалось срочно менять имидж. Она явно выглядела старше своих лет. Из косметики обе пользовались только помадой, причем одного цвета, который не подходил ни одной, ни другой. Не уверена, что их можно было бы превратить в красоток, но улучшить внешность точно было можно.

Они тоже внимательно оглядели меня. К какой такой девице переехал драгоценный мальчик?

Тут я заметила, что дамы сгибаются под тяжестью пакетов.

– Что вы привезли?! – спросила я.

Оказалось – опять еду.

– Вам же некогда готовить, Аня. А вам нужно есть. И Андрюше нужно хорошо питаться.

– Готовил ваш сын и брат.

– То есть как?! – обалдело спросили они хором и переглянулись.

Я не поняла, какого ответа от меня ждут.

– Вы не знаете, что ваш сын и брат умеет готовить? И всегда мечтал открыть свой ресторан?

Они так же обалдело покачали головами. Я пригласила дам к столу, заявив, что принесенную еду они заберут домой. Они попытались со мной спорить.

– К столу, – пресекла я все возражения.

– Но пирогов у вас нет, – сказала Юлия Юльевна и извлекла из одной из сумок пирог с капустой. Олеся извлекла из другой сумки сладкий пирог с яблоками и брусникой. – Андрюша любит пироги. Мы что-нибудь печем через день. Сами берем на работу и Андрюше даем с собой. Андрюша уже вышел на работу? Когда он вернется? Я обычно вечером завариваю ему чай с травами. Я смотрю в окно, как он подъезжает, и сразу готовлю чай. Он же мерзнет сильно, а этот чай укрепляет иммунитет. Нужно пить сразу же, как только вернешься домой, когда на улице холодно. Мы привезли вам заварку.

Первые полчаса я слушала про то, что любит Андрюша и как правильно его кормить. Я услышала про полезные и вредные продукты, про правильный рацион питания, за которым Юлия Юльевна очень следит, рассчитывая калории и компонуя жиры с углеводами, про витамины и микроэлементы. Примерно так одна моя коллега рассказывает про своего пуделя. Псу десять лет, там имеются проблемы с печенью, и не только, и она рассказывает, что Марчуша любит, что ему можно и как она выходит из положения, чтобы и Марчушу порадовать вкусненьким, и не навредить его здоровью. Рассказ про витамины и микроэлементы вообще был один в один!