Мария Воробьева – Наследство (страница 37)
Варвару, но промахнулась.
Из всего случившегося Варя помнила лишь раздавшийся, как в
тире, хлопок, и Оля, что танцевала рядом с ней, упала навзничь, как в
замедленном кино. Музыка продолжала играть, а перед оцепеневшими
девчонками медленно растекалась лужа крови из изуродованного
выстрелом лица девушки.
Раздались крики из зала. Люди вскакивали из-за столов, опрокидывая стулья. Телохранители, прикрывая крепкими телами, рыхлые туловища своих хозяев, теснили их к выходу, профессионально
оглядывая зал в поисках источника опасности.
Лика не думала никуда бежать, она стояла, выронив пистолет
на пол. Подбежавшая охрана уже принялась крутить девушке руки, другая часть секьюрити пыталась водворить подобие порядка в зале.
Музыку, наконец, выключили, и вопли посетителей стали
врезаться в уши бутылочными осколками.
– Не вздумай вызывать сейчас ментов, – орал кому-то в рацию
начальник охраны. – Сейчас сами немного разберемся... Пусть все
поутихнет...
Лику уводили из зала с окаменевшим лицом, которое
перекосила маска ненависти ко всем и вся в этом мире.
Один из охранников накрыл скатертью с опрокинутого стола
лицо убитой. По белоснежному льну стала растекаться кровь.
– Девки, а, ну, брысь отсюда... Серега, уводи их аккуратно... –
отдавал распоряжения вездесущий начальник охраны. – Давайте, топайте, не цирк...
Девчонки начали понемногу приходить в себя и подчиняться
приказам. Только у Вари ноги не топали, уши не слышали, а язык
намертво прилип к гортани. Она неотрывно смотрела на ставшую
багровой от крови льняную скатерть широко раскрытыми глазами и, казалось, все больше цепенела. Внезапно она вздрогнула от
пронзившего все тело холода и перевела глаза в сторону.
На нее в упор, обдавая ледяным веяньем, смотрел человек. Он
- 75 -
стоял над трупом, наступая на край окровавленной скатерти. На
посетителя ресторана он был не похож в силу нелепого одеяния, в
которое был облачен, так же он не являлся сотрудником «Лианы» – это
Варя знала точно. На человеке был одет черный, какой-то грязный и
засаленный плащ с капюшоном, который он откинул на спину, оголив
совершенно лысый череп. Лицо было желтого цвета, как старая бумага.
Бескровные, тонкие губы не до конца прикрывали белый ряд острых
зубов. Узкие глаза с тигриными зрачками желтого цвета смотрели
пристально, заморозив Варю, за несколько минут, до костей.
Внезапно, человек в черном резко нагнулся над трупом Ольги, в то же мгновенье один из охранников обнял Варю за плечи, пытаясь
увести ее со сцены.
Варя вздрогнула от его прикосновения и отвела взгляд от
незнакомца.
– Баранчик, ты чего как из морозильника? – удивился охранник
и накинул на голые плечи девушки пиджак.
Когда ее уводили, то девушка вновь оглянулась на труп Ольги, но странного человека в черном балахоне уже не было. Варя на ходу, еле передвигая ногами, обшаривала взглядом зал ресторана, но не
могла обнаружить среди прочих людей лысого человека с ледяным
взглядом страшных глаз хищника.
В гримерке толпился народ, девчонки голосили. Гера кого-то
приводил в чувства при помощи нашатыря и корвалола, запах которых
повис в помещении. Из рук в руки, не переставая, передавались рюмки
с коньяком, кои наполняла неустанно Белла Абрамовна.
– Нам всем необходимо прейти в себя после этого ужаса. –
Белла Абрамовна протянула вошедшей Варе рюмку с ароматным
напитком благородного цвета. – Пей, деточка, тебе нужно сейчас. Да, и
мне не помешает...
После этих слов Белла Абрамовна сотворила неслыханное и
невиданное доселе действо – она опрокинула в себя рюмку «Арарата».
За всю свою жизнь Белла Абрамовна не пила ничего крепче кваса, а тут
– рюмку коньяка, да одним махом, как водку. Но произошедшее
событие стоило того.
Варя опустилась в кресло, но плакать не могла. Коньяк немного
- 76 -
отогрел ее, трясущейся рукой она отдала пустую рюмку.
– Поедем домой, Варюша, – теплая и родная рука Ивана легла
на ее плечо. – Поедем, дружок. Тебе отдохнуть надо.
Иван накинул на ее плечи плащ и она, как была, в сценическом