Мария Волкова – Шипы Терновника (страница 20)

На её плечо опустилась рука и эта хватка была ей до ужаса знакома. Он не приближался и не отдалялся. В полумраке внимательно изучал полное ужаса лицо. Мари хотела закричать, но не выходило издать и звука. Ей казалось, что перед ней вовсе не Франциск… но жуткое видение исчезло. Он отпустил её. Но вдруг изменился. Бледный, осунувшийся – под глазами синяки.

– Твои волосы, Франциск… – подавив удивлённый вскрик, прошептала Мари.

– Что?

– Они белые!

Франциск молчал. Мари снова показалось, что перед ней не он. Со вздохом парень оглянулся на памятник, отступил и не своим голосом сказал:

– Я наблюдаю за тобой, Мари. Обещал, что ещё встретимся. Проснись.

Мари резко подскочила на кровати, глотая воздух.

– Вот срань… – тихо сказала она. – Приснится же.

Было ужасно и подозрительно тихо, кружилась голова. Что-то было не так.

Глава третья

Она проснулась и испуганно огляделась. Утро было тихим. Ви сопела на соседней кровати. Осторожно, чтобы не разбудить её, Мари накинула кофту и выскользнула из комнаты. Привычка осталась из детства – Мари часто мучили кошмары, и каждый раз, какой бы ни была погода, мама выводила её в сад перед домом – проветрить голову и тихо обсудить кошмар. Светлело. «Здесь сны будто бы стали реалистичнее, – размышляла Мари. – Жутко. Может ли это что-то значить? Надо спросить…»

В горле встал ком и Мари недоумённо, сердито нахмурилась, не понимая причины – ни о чём, что могло бы вызвать слёзы она не думала. Её вдруг одолела слабость. Мари качнулась и оперлась о ствол дерева. «Стоит ли идти дальше?» – задумалась она. Но всё же, несмотря на слабость, Мари побрела вперед.

Роща за озером казалась волшебной, особенно в утреннем нежном свете. Она была безлюдна, но, несмотря на ранний час, полна звуков. По веткам прыгали птички, перекликались друг с другом высокими голосками. Мари хмурилась и ничего не замечала, погруженная в тяжелые мысли. Но войдя в рощу, она отвлеклась, не тревожа своими мыслями волшебный мир и его обитателей. Звонко запел соловей.

– Надо же, как красиво, – восхитилась Мари.

Роща предстала перед Мари в новом свете. Становилось легче. На её предплечье вдруг села божья коровка. Мари подставила палец для букашки и когда та залезла, поднесла к себе и подула. Божья коровка раскрыла крылышки и улетела.

«Лето кончается. Не так я хотела провести эту осень… Здесь всё так похоже на родные места, но не то… не то…» – подумала Мари.

Ноги вымокли от росы, прохладный ветерок стал ощутимее. Возвращаясь, Мари была уже не так угрюма и печальна. У общежития её вновь качнуло, от слабости затошнило. Зажмурившись и удержав равновесие, Мари подняла глаза как вдруг увидела Франциска. Странный сон вновь всплыл в голове.

– Что ты собирался мне показать в полночь?

– О чем ты? – Франциск удивлённо обернулся, он уже был чем-то раздражен и, кажется, куда-то торопился.

– Как это о чем?! Ты сам мне сказал: «Сегодня в полночь». Что ты делал ночью?

– У меня нет времени разгадывать твои загадки и отвечать на глупые вопросы, Мари. Я встал рано не просто так. Ближе к делу.

– Что ты делал ночью?

– Спал! – измученно ответил он, нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу.

По коже Мари прошёл холодок. Она сделала шаг назад.

– И все? Просто спал? Тогда почему мне приснился сон…

– Да, Мари. Просто спал. Ещё вопросы?

– Нет. Пока… – сказала Мари разворачиваясь.

– Сама разбирайся со своими снами… – бросил он в след, спешно удаляясь.

Ви уже не спала. Она тревожно выглядывала из окон, и облегченно вздохнула, увидев Мари с Франциском. Вскоре девушка вернулась в комнату.

– Мари, все хорошо? Почему ты куда-то ушла? – настороженно спросила Ви.

– Я просто решила прогуляться. Ты ещё спала, а я уже не могла заснуть, – пожала плечами слегка запыхавшаяся Мари. Она упала на кровать и тяжело вздохнула.

– Бегала? – подозрительно уточнила Ви.

– Замерзла пока гуляла, назад бежала…

Больше вопросов Ви задавать не стала. Мари поглядывала на неё искоса, раздумывая, стоит ли говорить Ви о своем странном сне и слабом самочувствии. Не стала.

Они немного посидели, перекидываясь неловкими фразами, и, больше от скуки, чем от голода, решили пойти позавтракать. Разговоры всё не клеились. Вместе с ними в столовую вошла Ханна, и к удивлению Мари и Ви, села с рядом, несмотря на неприятную встречу у озера. Своими милыми манерами Ханне удалось разговорить хмурящихся девушек.

– Ого, так вы на Темном, – удивилась Ханна. – Мы с Афиной на Светлом.

– Так вышло, – неловко улыбнулась Ви, ощущая странный укол беспричинной вины.

– Это здорово, но Тёмное отделение, как бы вам сказать, – Ханна перешла на шёпот. – Иногда здесь происходят несчастные случаи, исключительно со студентами темного факультета. Только в прошлом году двое погибли, а ещё двое учеников были сильно покалечены. Говорят, был однажды давно-о инцидент… очень странный. По слухам, парня не только покалечили, но и каким-то образом отняли весь магический потенциал…

– Что? – Мари нахмурилась. – Как ученик может это всё провернуть. Неужели можно отнять силы?

– А я не сказала, что виноваты другие учащиеся. Не трусьте, это всё лишь страшилки. Все же знают, невозможно отнимать магию… – каким-то страшным, пугающим голосом сказала Ханна. – Но вообще… странности и происшествия случались не только во время занятий. Ученики тоже калечили друг друга, но… Все эти истории быстро заминаются руководством. Будьте осторожны и держитесь вместе. Иногда… страшными бывают не только чудовища.

От таких рассказов по коже шли мурашки. Мари и Ви переглянулись. «Играет в добрую советчицу… пугает тут своими историями – Мари хмыкнула и внимательно посмотрела на Ханну, но она была непроницаемо спокойной и вполне доброй, открытой. – Не верю… наверняка Афина подослала».

Но вопреки своему недоверию к подруге Афины, Мари заговорила с ней, когда Ви отошла. Ханна как нельзя вовремя завела разговор о правилах и запретах, что действуют на территории школы и о том, как студенты их неоднократно нарушают, используя запрещенные здесь заклинания и зелья. Рассудив, что таким вопросом не выдаст себя, Мари спросила:

– Я тут задумалась, а воздействие на сон извне… – аккуратно произнесла она.

Не договорив, и оставив собеседнице возможность самой «додумать» продолжение, Мари приподняла бровь. По её расчётам Ханна должна была либо опровергнуть такую возможность, как в случае с «отъемом магии» или же предоставить Мари важную информацию. Ханна дернула губой и покачала головой. Ви уже возвращалась.

– Лучше не рискуй, здесь везде мощные считыватели, – прошептала Ханна, наклоняясь ближе, когда Ви почти подошла. – Это не этично… ты же понимаешь, преступление против личности – Ханна развела руками. – Если сильно надо, то лучше… ну, иной способ найди. Зелья и все дела… А здесь, вспышку такого рода легко заметят. Или кто-то воздействовал на тебя?

Тихо сказав: «Нет-нет, я это так, просто. Были неприятные ситуации в прошлом, вот уточняю. Всё хорошо, спасибо». Мари вернулась к еде, радуясь тому, что Ханна не стала уточнять, зачем ей эта информация. Извинившись и сказав, что ей нужно уйти пораньше, Ханна – грациозная и вежливая – ускользнула.

– Может, в тот сад перед администрацией заглянем?

Последний час, не найдя чем заняться, девушки бесцельно провели в комнате, пытаясь не сходить с ума, а теперь вышли на воздух, в беседки. Мари, сидевшая все это время задумавшись, нахмурилась и недоверчиво взглянула на Ви.

– Почему ты так резко решила сходить туда?

– Да просто так, – растерянно сказала Ви, разглядывая терновник, окружающий их. – Делать всё равно нечего, а там вроде бы интересно, памятники всякие… Ты какая-то странная сегодня.

«Кошмар, уже всюду совпадения мерещатся» – Мари пожала плечами, немного успокоившись. Но прекратить замечать странную связь не получалось, и она решила – нужно выяснить, в чем дело. Ханна поделилась с ней полезной информацией, но этого было недостаточно, чтобы выяснить хоть что-то. Потому, Мари приняла предложение Ви. «Может, если я увижу пейзаж и памятник, вспомню что-нибудь ещё или додумаюсь до чего-нибудь…»

Они прошли через здание администрации, в коридоре которого никто не обращал внимания на двух перешептывающихся девушек. «Во сне мы с Франциском точно пришли сюда другим путём. Не проходя через здание. Но другого пути ведь нет…» – размышляла Мари. Аккуратно и тихо они прошли через желтеющие насаждения, через терновник и подстриженные кусты, и вышли на полянку к первому попавшемуся памятнику. «Удивительно, а здесь всё как во сне. Но как? Я ведь не бывала здесь!» – воскликнула про себя Мари. Она сразу узнала место из сна, кусты росли также, полукругом, закрывая половину памятника.

– Здесь ничуть не интереснее, чем в любом другом месте этой школы, – бросила Мари, пытаясь унять странные чувства. – Зря пришли.

Пройдясь чрезмерно безразлично, Мари взглянула на статую, запрокидывая голову. Её удивлению не было предела – статуя мужчины совершенно не совпадала с той, что виделась ей во сне. Она вмиг потеряла всю свою безразличность и ленивость. Ви, наблюдавшая за Мари, тут же заметила перемену.

Мари сделала несколько шагов назад и вскрикнула – вызывая в ней дикий ужас, черты каменного лица изменились у неё на глазах. От страха закружилась голова и ослабли ноги. В голове мелькнула единственная ясная, пугающая мысль: «Он ужасно похож на мужчину из наших снов… Это точно он!» Ви вдруг поняла, что слабость Мари – это не очередная странность в поведении и подскочила к ней, помогая устоять на ногах.