Мария Волкова – Послевкусие любви (страница 51)
Шесть месяцев спустя,
Париж, Центр Помпиду
В огромном светлом зале, на стенах которого красовались яркие картины, лишенные на первый взгляд какой-либо логики, собралась толпа журналистов и эстетов. Тех самых эстетов, которые знали в этом толк и могли, как они полагали, разобраться в самых изощренных творениях абстракционизма. С умным видом поддакивая друг другу, они бурно обсуждали все работы, зависая возле каждой картины минут на десять минимум. Ничто не могло отвлечь их от столь прекрасного, общего интереса, тем более появление этой молодой особы в модных затемненных очках. Когда в зал вошла высокая блондинка в элегантном темно-бордовом платье в сопровождении импозантного седовласого мужчины лет шестидесяти, на нее никто даже и не взглянул. Но, ни цокот ее каблуков, раздающийся по мраморному полу, ни бурные разговоры толпы, не смогли заглушить шелеста последнего номера газеты «Фигаро», где на главной странице красовалась статья с огромным заголовком, выделенным жирным шрифтом: «Легендарная художница перестала быть инкогнито!»
– Это же она! – вдруг кто-то неожиданно произнес, и гул, стоявший в зале и словно служивший музыкальным сопровождением выставки, моментально смолк. Внезапно наступившую тишину нарушал лишь монотонный стук ее каблуков, но вскоре прекратился и он. Толпа журналистов моментально окружила вошедшую в зал пару. Тут же замелькали вспышки камер.
– Мадмуазель Леви, позвольте вам задать несколько вопросов, – выкрикивали журналисты, перебивая друг друга. – Вы ведь продолжите свое творчество? Какие у вас планы на будущее? После стольких лет вы наконец-то приоткрыли завесу тайны, вызвав к своей персоне еще больший интерес! Ваши картины выросли в цене в несколько раз! Пожалуйста, дайте хотя бы один комментарий к вашей выставке!
Изящным жестом руки девушка попросила журналистов прерваться и дать ей возможность ответить:
– Безусловно, я продолжу свое творчество: не могу же я лишить этот мир такой радости! Что касается данной выставки, то я безмерно счастлива, что моим работам уделяется должное внимание и каждый может ее посетить. Организация на высшем уровне!
– Ваши картины хотят видеть в Берлине, Лондоне, Нью-Йорке! – продолжали журналисты. – Вы остановитесь только на Париже или продолжите турне?
Блондинка перевел взгляд на седовласого мужчину, который сразу же утвердительно кивнул головой.
– Конечно же, Габриэль предстанет перед ценителями ее искусства и в других странах! – громко заявил он.
– Мне кажется, Лев Аристархович, – прошептала она сквозь зубы, – Что мы с вами так не договаривались!
– Полина, не глупи! – тихо ответил он. – После такого ошеломительного успеха мои картины вырастут в цене еще в несколько раз! Что тебе стоит покататься по миру?
– Тогда мой процент с продаж увеличивается с десяти до пятнадцати! – тихо произнесла она, слегка наклонив голову в его сторону.
– Не наглей!
– Хорошо, тогда до двадцати!
– Пятнадцать процентов и дополнительный бонус, если в этот список войдет еще ряд городов.
– О да! – неожиданно громко и радостно выкрикнула девушка, явно возбудившись от представленной суммы, а затем, развернувшись к журналистам, одарила их своей лучезарной улыбкой, – Мы объедем весь свет! Я человек мира, и для меня огромное счастье встретиться со всеми, кто ценит мое творчество, поэтому Берлин, Лондон, Нью-Йорк… и это лишь начало! Я пойду на все ради высокого искусства!
– А после этого легендарного турне что будет дальше, Габриэль, можно в двух словах о ваших планах на будущее?
Девушка наконец-то сняла затемненные очки и хитро улыбнулась толпе.
– А дальше вас ждет продолжение, но об этом уже в следующих книгах, ведь я очень предприимчивая и креативная!