Мария Владыкина – Женимся! Это приказ (страница 2)
Уже свежий, после душа, я вошел на кухню, собираясь сварить себе кофе и позавтракать, как застал замечательную картину: вчерашняя киса уже вовсю хозяйничала за плитой.
Я, если честно, этого никогда не понимал. Почему все девушки думали, что стоило им показать, что они умеют готовить, как мужик должен был сразу пасть к их ногам? Для готовки у меня была домработница, а задача кисы была другой, ограниченной исключительно спальней.
- Слушай, кис, я как-то не так выразился может, что ты меня не поняла?
- Что? – Повернулась ко мне блондинка. Она была ещё и в моей рубашке. Ну, супер! Только пятен жира на рубашках мне не хватало.
Я, стараясь не пугать девушку, улыбнулся. Хотя внутри уже всё клокотало. Терпеть не мог, когда кто-то не выполнял изначальных договоренностей.
Подошёл, и аккуратно забрал лопатку для готовки из рук девушки, и положил её на столешницу. Потом так же не торопясь выключил плиту.
- Помнишь, когда мы с тобой познакомились, то сразу оговорили, что между нами не будет ничего слишком сложного. Мы будем встречаться, доставлять друг другу удовольствие, я буду радовать тебя по возможности подарками, или чем-то, что ты захочешь, но я занятой дядя. И утром тебе, как золушке, надо испаряться из моей квартиры.
- Помню. – Еле двигая ртом пролепетала блондинистая голова, а я вздохнул. Тяжело. Как же с ними со всеми тяжело. – Но я ведь только завтрак хотела приготовить. Подумала, тебе приятно будет.
- Не надо прыгать выше головы, киса. Ты мне уже сделала приятно утром. Этого вполне достаточно. А сейчас…
- Я, тогда, пойду? – Полушепотом спросила она.
- Угу. Рубашку можешь себе оставить. – Конечно. Я бы в жизни её не надел после неё.
Похоже, настало время найти новую кису. Жаль. Эта мне нравилась. До сегодняшнего утра.
Дождался, пока хлопнет входная дверь, и уже более спокойный принялся за дело. Всё содержимое сковороды тут же полетело в урну, а я, достав чистую, разбил туда два яйца, и накрыл крышкой. Параллельно засунул в тостер пару ломтиков цельнозернового хлеба.
На подсушенный хлеб слой творожного сыра. Потом ломтики авокадо, и вот, поверх яичко. Идеальное, с чуть жидким желтком.
Сбалансированно, питательно, и всё, как я люблю.
На работу прибывал с небольшим опозданием. Не рассчитывал в такую рань нарваться на пробки.
И, когда припарковался, с разочарованием заметил, что машина отца была уже на парковке. Как и машина брата. Чёрт. Отец непременно ткнёт меня носом в моё опоздание. Только этого мне не хватало.
Я родился в весьма обеспеченной семье. Многие даже сказали бы, что богатой. Но просто для меня это было не более, чем повседневная реальность.
В семье нас было трое детей: я, мой брат, и младшая сестра. Я был самым старшим из детей. Ну, я так говорил, но все обычно в этом месте смеялись. Потому что мы с братом были двойняшками, и старше я его был лишь на девять минут. Но разница была колоссальная, скажу я вам. По крайней мере я так считал.
Отец всю жизнь строил свою строительную империю. Никто не сомневался, что рано или поздно, дело его жизни перейдёт нам. И, можно сказать, так и произошло.
Последние семь лет я возглавлял направление коммерческой недвижимости, которую строила наша компания, а мой брат вёл все жилые объекты и социальные проекты.
Конечно, мы часто пересекались, решали общие вопросы, но в целом, не толкались, и сосуществовали вполне мирно.
По какому поводу отец вдруг решил собрать нас с братом сегодня, да ещё и в такую рань, я понятия не имел. Даже с вечера позвонил брату, но тот был растерян не меньше меня.
Когда выбегал из лифта на нужный этаж, часы показывали лишь пять минут девятого, но я знал, что мой отец ненавидел, когда нарушались договоренности. А мы договорились с ним на восемь часов.
Дверь переговорной была закрыта, и из-за неё уже доносились приглушенные голоса. Я открыл дверь, но ни отец, ни брат даже не посмотрели на меня, продолжая что-то эмоционально обсуждать.
- Нет. Скажи, что это шутка? Ты ведь сейчас не серьезно, пап? Как тебе вообще пришло это в голову? – Хмурился Тимофей.
- Всем привет. Простите за опоздание, пробки в городе.
Никто на меня даже не повернулся. Я вздохнул, чтобы не вспылить, характер у меня был огненным, но и у собравшихся тоже не сахар, так что просто сел на свободное кресло.
- Мне казалось, что я нормально воспитываю своих сыновей, чтобы они ценили и своё, и чужое время. – Всё же бросил в мою сторону отец, глядя взглядом коршуна.
Его многие боялись. И даже мы, его дети, не всегда понимали, что вообще творилось у него в голове.
- Ты прав. – Просто сказал я. Было легче согласиться, чем спорить. Это я знал на опыте. – Можете ввести меня в курс дела, что тут происходит?
- Конечно. – Фыркнул Тимофей, а я покосился на него с подозрением. Фыркать при отце было не в его духе. И не в моём. Вообще так никто обычно не делал. – Наш отец решил устроить между нами конкурс. Главный приз – полное владение компанией, а победит тот, кто женится в ближайшие три месяца…
3 глава
Я сначала замер от шока, а потом… расхохотался.
Очевидно же, что это был какой-то бредовый розыгрыш. Только вот мой смех никто не поддержал. И даже наоборот.
- Поделишься, что именно тебя так рассмешило? – Кинув на меня строгий взгляд, бросил отец, а я прекратил смеяться так же резко, как и начал.
И только сейчас обратил внимание на по-настоящему раздувающиеся от негодования ноздри брата, на то, что на столе лежали какие-то документы, в которые Тимофей, в отличие от меня, кажется, успел заглянуть.
- Погоди, ты серьезно? Что, чёрт возьми, происходит вообще?
- А давайте вы оба заткнётесь, и меня послушаете. Без тупых вопросов. Я принял решение, и оно обжалованию не подлежит. Все документы уже оформлены юридически. У вас три месяца. Кто за этот срок женится, тот и получит контрольный пакет акций компании. Женитесь оба – разделим всё пополам. Не женится никто – акции, без права дальнейшей передачи на определенный срок перейдут вашей сестре, а управление компанией на себя возьмёт совет директоров. Вы останетесь лишь номинальными управляющими.
- Кате шестнадцать…
- А мне плевать! Если вы не пошевелитесь, то пусть меня считают свихнувшимся дедом.
До меня медленно начал доходить смысл сказанного отцом, но это всё было словно гром среди ясного неба.
Мозг со скрипом, но начал работать, уже накидывая дополнительные вопросы и возражения.
- Почему сейчас? И что за спешка? Три месяца – это слишком короткий срок, чтобы найти кого-то, узнать человека, и жениться, не находишь?
- Не нахожу. Мы с вашей матерью вообще не были знакомы до свадьбы. И ничего, прожили всю жизнь душа в душу.
Конечно, все в нашей семье знали эту историю. О том, что брак матери с отцом был не по любви. Они оба росли в обеспеченных семьях, и их родители просто решили, что для всех было бы выгодно, если семьи породнились.
Мама у нас была по национальности кабардинка, большую часть внешности, кстати, мы с братом унаследовали от неё. Для её семьи подобные браки были не редкость. Другое дело, что когда всё это произошло, то они уже давно и прочно обосновались в столице.
Отец был русским, и для него договорной брак казался чем-то странным. Он был против жениться на незнакомке. Но наш дедушка надавил на него «наследством», и ему пришлось согласиться.
- Значит так. Распинаться тут перед вами я не собираюсь. Я сказал, вы услышали, и сделали выводы. Меня достало, что два моих сына только и делают, что прожигают свою жизнь. Скольких баб побывало в твоей постели за этот год, Матвей? – Обратился отец ко мне. Но, как я понимал, вопрос был риторическим. – Ладно, давай хотя бы за месяц? Что-то мне подсказывает, что даже там двузначное число. А ты, Тимофей, далеко ушёл от брата? Два брата-акробата, твою мать. Вам уже далеко не двадцать, и даже не двадцать пять. А всё как пацаны по юбкам шарахаетесь. Как вам отдать управление целой фирмой, если вы не можете нести ответственность ни за кого, кроме себя?
- Мы что, плохо работаем? Есть какие-то претензии? – Не стерпел всё же я.
- Вообще-то, за последний год показатели в... – Подхватил было Тимофей, но не договорил.
- Молчать! Можете свои аргументы себе в обиженное отражение нашептать. А мне выговаривать сейчас ничего не нужно. Разговор закончен. Документы на столе. Изучите. Жду приглашений на свадьбы.
И, на этой «радостной» ноте, отец встал из-за стола, и, с абсолютно нечитаемым выражением лица, и прямой осанкой, вышел из переговорной, оставив нас с Тимофеем в полнейшей оглушающей тишине.
- Охренеть. И что это только что было? – Мы с братом переглянулись, и я взял копию документа, лежащего на столе, в руки.
- Если б я знал. – Тимофей последовал моему примеру, и тоже взял распечатку, начав быстро бегать по тексту глазами. – Выглядит всё причесано. Да и орал он явно не по-детски.
Глаза цеплялись за одну строчку за другой, и, по мере того, как я вчитывался, я понимал, что отец был настроен серьезно. Какая муха его укусила?
Нет, разговоры о семье и детях были с нами и раньше, но как-то удавалось всё свести на «нет». В конце концов, нам с братом было всего лишь по тридцать три года. Для мужчин, можно сказать, вообще не возраст.
Да и заводила подобные разговоры в основном мама. А тут вдруг такое от отца…