Мария Владыкина – Развод. А я тебе верила (страница 34)

У меня на глазах стояли слёзы. Новый этап, так волнительно было.

Через несколько минут, на улице остались только родители. Нас предупредили, что дети пробудут в школе ближайший час, а после нам нужно будет их забрать.

— Как ты, Алён? — Тихо спросил Богдан, с которым мы стояли плечом к плечу.

— Переживаю. Она одна там, без нас. Как справится? Вдруг цветы забудет подарить, или заблудится где-то в школе… - Честно ответила я, вздохнув. Одинокая слезинка всё же выкатилась из моих глаз.

— Да брось, она у нас смышленая. Разберётся. А вообще, я не про это спрашивал, а про тебя именно. Ты как?

— Я? — Я развернулась к бывшему мужу, и посмотрела на него. Похоже, правда интересно.

— Да всё по-старому. Хотя… вроде бы не говорила тебе. На прошлой неделе меня объявили лучшим работником квартала. Выписали премию, и пообещали со следующего месяца на повышение отправить. Будет теперь свой кабинет даже, представляешь?

— Конечно. Ты всегда во всём самая лучшая, я и не сомневался. И мама лучшая. И женой была тоже самой лучшей. — Богдан смотрел на меня, но я видела, что его мысли уплыли куда-то далеко. Так бывало иногда, когда так или иначе мы задевали тему наших прежних отношений, или Даша что-то спрашивала про тот период.

— Не надо, Богдан. Давай не сегодня?

— Да, прости. Просто что-то расчувствовался, наверное. У меня же дочь сегодня в школу пошла. — Попытался выдавить он улыбку, но я видела, что она давалась ему тяжело. - Может, подождём дочь тут в кафешке за углом?

— Туда сейчас все родители ринутся. Точно мест не будет.

— О! Тогда у меня есть идея. Как насчёт того, чтобы взять кофе с собой и какие-нибудь десерты, и, как в старые добрые, доехать до пруда, который на соседней улице? Помнишь, уток там когда-то кормили.

— А что, звучит отлично. Я в деле.

Мы быстро реализовали наш план, и уже через пятнадцать минут были там, где планировали. Богдан припарковался, и мы, взяв свой ещё горячий кофе вышли, чтобы прогуляться немного вдоль пруда.

— Ты ведь не просто так меня сюда привёз. Правда? — Спросила я, глядя на Богдана. Я заметила его нервозность ещё когда мы брали кофе.

— Всё-то ты про меня знаешь. — Усмехнулся он. — Да, мне действительно есть, что тебе сказать.

Мы остановились, опершись на перила, расположенные вдоль всего пруда. Я смотрела вдаль, ожидая, когда Богдан наконец созреет, чтобы что-то сказать.

— В общем, мне предложили снова уехать заграницу…

— Это классно, я рада за тебя. — Я говорила искренне. За эти пару лет у меня не осталось негативных чувств по отношению к Богдану. Он был и навсегда останется для меня близким человеком, отцом моей дочери, и я всегда его поддержу. — Не понимаю, правда, причину твоего волнения. Из-за того, что не будешь рядом, пока Даша начинает свой путь в школе? Думаю, мы с ней вдвоём как-нибудь переживём эти три месяца прописей и счётных палочек. — Я улыбнулась, пытаясь приободрить Богдана, но он моей улыбкой не заразился.

— Ты не поняла, Алён. Если я уеду, то не на три месяца. Мне предложили партнёрский контракт на пять лет.

Его слова звоном отразились внутри. Что я чувствовала по этому поводу? Сложно было ответить даже самой себе.

— И ты думаешь согласиться?

— Я уже согласился. — Между нами повисла пауза. К чему тогда был этот разговор, если он уже принял решение? — Я хотел сказать тебе другое. Ты — лучшая женщина, которую я знал в своей жизни, - я открыла рот, чтобы что-то добавить, но Богдан меня опередил. - Не перебивай меня, пожалуйста, я хочу договорить, пока не сбился. В общем, я долго разбирался с психологом, сам с собой, и, наконец, принял, что просто тебя люблю. Никуда эти чувства не денутся, раз прошло столько времени, а я всё ещё схожу с ума каждый раз, как тебя вижу.

Богдан горько усмехнулся своим словам, и продолжил.

— И, как по-настоящему любящий человек, самое моё большое желание, это чтобы ты была счастлива. Я уже принял, что ты не хочешь быть со мной вместе, но понимаю, что женщине сложно быть полностью счастливой, пока она одинока. Так что, пожалуй, впервые в жизни я уступаю. Я уезжаю, чтобы наконец-то дать тебе свободу. Позволить жить жизнью, которую ты заслуживаешь. Чтобы ты вновь любила и была любима. Потому что пока я здесь, я не смогу с этим мириться.

— Но у меня никого нет, даже на горизонте… - Растерянно пожала я плечами.

— А как же приглашение в кино от твоего коллеги?

— Откуда ты… - Я нахмурилась.

— Я же говорю. Не смогу мириться. Поэтому мне придётся отойти в сторону. В моём случае уехать.

Богдан посмотрел куда-то в сторону, и одним движением руки забросил почти полный стакан с кофе в рядом стоящую мусорку.

— В общем, Алён. Спасибо тебе, за всё. Наверное, это неожиданно для тебя, может, странно, но это прощание. До школы тебя подвезёт Коля, мой водитель, я уже договорился. Потом домой он же вас закинет. Поцелуй от меня Дашу. Вечером я заеду к ней тоже попрощаться.

— Когда ты улетаешь?

— Сегодня ночью. — Я кивнула, пытаясь переварить услышанное.

А Богдан, тем временем, немного постоял, глядя внимательно на меня, после чего кивнул, и пошёл к своей машине, припаркованной неподалёку.

Когда он был уже в метрах ста от меня, я вдруг опомнилась, и окрикнула его.

— Богдан!

Он замер, и повернулся.

— Да?

— Я тоже. Я тоже хочу, чтобы ты был счастлив. Честно.

— Я постараюсь. — Ответил он, и сел в машину, после чего тут же сорвался с места и уехал.

А я ещё какое-то время стояла, глядя на пруд, и попивая свой кофе.

Вот такой у нашей истории получился хэппи энд. Ведь хэппи — это счастливый по-английски. И, раз мы желали друг другу счастья, то всё непременно так и случится.

Выбросив пустой стаканчик, я вдохнула полной грудью этот сентябрьский промозглый воздух, и пошла в обратную сторону, где, по странному стечению обстоятельств теперь меня ждала новая жизнь.

Эпилог

Звонок по видеосвязи застал нас ровно тогда, когда мы с Дашей дожгли бенгальские огни под бой курантов, загадав желание.

Моё желание в этом году оказалось даже для меня самой неожиданным, скажи мне это год назад, и я не поверила бы. Но, похоже, только потеряв что-то, понимаешь, как ты в этом на самом деле нуждаешься.

Я передала планшет Даше.

— Держи, папа, наверное, поздравить хочет. — Сама я отошла в сторону. Мы с Богданом не общались. Он звонил по видеосвязи дочери, и это было всё.

Дочь ответила, и на экране возникло лицо бывшего мужа. Я, стараясь сделать так, чтобы меня не было видно, тайком с жадностью наблюдала за ним.

— С новым годом, доченька! — Радостно улыбнулся Богдан. А он хорошо выглядел. Вон какой счастливый. Похоже, переезд и правда пошёл ему на пользу.

Поджав губы, я отвернулась, так как видеть его лицо было больно.

А ещё больнее было признаться себе, что проиграла. Собиралась начать новую, счастливую жизнь, а в итоге всё стало будто только сложнее.

За четыре месяца сходила на одно свидание, на котором чувствовала себя так отвратительно, словно родину собиралась предавать, в итоге больше не пошла. Все мои вечера занимали помощь Даше с домашней работой, дела по хозяйству, и мысли о Богдане. О том, как он там жил без нас, не нашёл ли себе девушку, и… не скучал ли по мне?

— С новым годом, папа! — Я отвернулась, чтобы лишний раз себя не мучить, и отошла к окну. На улице во всю уже пускали какие-то маленькие салюты, шел мягкий снег, и было почему-то светло, почти как днём.

— У меня для тебя сюрприз. И не только для тебя.

— Ты пришлёшь подарок? А ты где? Я думала, что у тебя там утро уже, и тепло. А у тебя темно и снег.

— Это и есть мой сюрприз. Выгляни с балкона. — Я застыла, до меня доходил смысл слов Богдана.

— Ты приехал? — Завизжала дочь, и бросилась к балконной двери.

Кажется, я была ещё быстрее неё, и первая выбежала на балкон, открыв окно. И, когда увидела Богдана под нашими окнами, то ко всем конечностям у меня прилил жар.

— Папа! — Закричала Даша, что есть мочи.

— Ждите, сейчас поднимусь. — Крикнул Богдан, и пошёл в сторону подъезда. А мы отлипли от окна, и переместились в коридор.

Даша нетерпеливо прыгала у двери, а я прижалась спиной к коридорной стенке, пытаясь унять сердцебиение. По ощущениям, я только что пробежала дистанцию на несколько километров.

Наконец, входная дверь распахнулась, и на пороге появился он.

Они с дочерью бросились в объятия друг друга, и долго стояли, крепко прижимаясь. А я не смогла сдержать слёз. Как дурочка стояла одна у этой стены и плакала.

Богдан опустил осторожно Дашу на землю, и одним шагом сократив дистанцию между нами, заключил в объятия теперь меня.