Мария Владыкина – Неверный. Не твоё счастье (страница 19)
Андрей вздохнул, и встал на ноги, а я сделала ещё шаг в сторону выхода, боясь, что он мог снова пойти на меня.
— Я любил тебя больше двадцати лет, и не думаю, что смогу когда-нибудь разлюбить. Ты останешься навсегда моим самым близким человеком, и что бы у тебя не случилось, как бы ты ко мне ни относилась, знай, я всегда приду к тебе на помощь. Я понимаю, что сам всё разрушил, и хотел бы найти путь, как можно было б если не исправить, то хотя бы попробовать починить то, что сломалось. Но ты не хочешь дать мне такой шанс, и я это понимаю, и принимаю, хотя всё моё нутро противится тому, что я сейчас тебе говорю. Если ты так решила, и действительно этого хочешь, я подпишу бумаги на развод сегодня вечером.
Он произнёс это, и уставился на меня, ожидая реакции. А меня будто парализовало. Ведь получалось, я разрушила наш брак, тем, что не пыталась понять и простить? Нет, виноватую из себя я сделать не дам.
— Спасибо. Жду подписанные документы. — Хриплым голосом произнесла я, и отвернулась, боясь, что Андрей увидит навернувшиеся на мои глаза слёзы.
Поэтому я не видела, как он прошёл мимо, сжав кулаки с такой силой, что побелели костяшки.
Я стояла, слыша, как он обулся в коридоре, и вышел из квартиры, закрыв за собой дверь.
И в ту же секунду, вместе с щелком замка в двери, меня прорвало, словно плотину. Я осела на пол прямо там, где стояла, солёные теплые ручьи катились по моим щекам, а из горла начали вырываться сдавленные всхлипы.
Обхватив колени руками, и притянув их к себе, я положила на них голову, вся сотрясаясь от плача.
Когда немного успокоилась, надела куртку, прямо поверх домашнего комплекта одежды, и вышла во двор. Пройдя два подъезда, свернула в нужный, и ввела код от домофона. Костя сказал мне его, чтобы я могла приходить в любое время.
Уже у самой двери в квартиру брата притормозила, услышав доносившийся оттуда женский голос. Замерла, так и не постучавшись, а потом ушла. Я не могла постоянно использовать его, как жилетку, у него тоже была своя жизнь.
Вернулась к себе в квартиру, закрылась на все замки и заварила травяной чай.
Одиночество. Оно, пожалуй, не тогда, когда ты один, а когда тебе даже не к кому обратиться. Как так получилось, что всю свою жизнь я построила вокруг Андрея? У нас ведь даже друзья были общие, друзья семьи…
Пора мне было становиться самостоятельной.
Уведомление, пришедшее на телефон, заставило взять его в руки.
Андрей заполнил свою часть заявления, и мне предлагали перейти в специальное приложение и подписать его.
Значит, не соврал. Получается, всё?
Я знала, что должно было быть дальше. Я подпишу заявление, оплачу госпошлину, выберу дату, время и отдел ЗАГС, в котором хочу расторгнуть брак, и через месяц нас разведут.
Но всю эту прелесть я оставила себе на завтра, позволив сегодня ещё немного пострадать, и заснуть ещё замужней женщиной.
Убрала телефон, и сделала глоток ароматного чая.
Завтра начнётся моя новая жизнь.
А внутри пусто-пусто…
31 глава. Андрей
Я всё сказал ей. Вроде бы. Всё, что хотел сказать. Тогда почему сейчас я смотрел на телефон, и ждал, что она позвонит, когда увидит, что я заполнил всё, что нужно для развода…
Но, телефон молчал. Одна минута сменяла другую, а она мне не звонила.
Почему-то я представлял себе, как Юля сидела сейчас на диване в нашей старой квартире, уютно завернувшись в плед, и смотрела какое-нибудь романтическое кино. Может, даже с бокалом вина в руках… И мне нестерпимо хотелось к ней. Сесть рядом, приобнять таким привычным жестом, чтобы она навалилась на меня, и почувствовать тепло её тела.
Это было так привычно, так тепло. Это дарило мне ощущение, что всё непременно будет хорошо, ведь у меня была опора, поддержка. И этого у нас больше не будет? Но ведь я ещё не наобнимался с ней, недостаточно целовал её с утра, пока она была сонной, слишком мало раз видел её улыбку, дарил цветы и читал любовь и благодарность в её глазах. Сейчас мне всего казалось недостаточно.
Упущенная возможность кровоточащей раной болела где-то в районе груди.
Неужели она и правда этого хотела? До недавнего времени я надеялся, что Юлей руководили обида, злость, пытался дать ей время, чтобы остыть, но она была одним из самых рациональных людей, которых я когда-либо знал. Дело было не во времени. Кажется, для неё моя измена действительно перечеркнула всё.
Я потёр красные глаза, задрав их к потолку, словно кто-то там сверху мог увидеть меня и поддержать.
Для меня было дико представить, что она будет не моя. Я так свыкся с этой мыслью за свою жизнь, что в какой-то момент и не заметил, что начал воспринимать то, что Юля была со мной, как должное.
И вот, сегодня я слышал её разговор. И это уже было реально, она собиралась на встречу.
От мысли, что на неё, на мою Юлю, будет смотреть другой мужчина, что он, может, даже будет трогать её, прошиб холодный пот.
Конечно, он тотчас же влюбится в неё, конечно, будет сходить с ума от желания ей обладать, в этом я не сомневался. Это же была она. Неужели она позволит?
Я сидел в кухне-гостиной нашего дома на диване. Ну, раньше он был нашим, а теперь…
На спинках стульев у стола висели мои рубашки, части костюмов, здесь же на диване я спал. На кухонной столешнице лежали коробки из-под пиццы, которые вот уже третий день я никак не мог выбросить. Полный бедлам, одним словом.
На второй этаж почти не ходил, только чтобы принять душ. Потому что всё, каждая деталь в этом доме напоминала мне о ней.
Тишина угнетала, заставляя чувствовать себя ещё хуже, а как улучшить своё состояние, я не знал. Мне казалось, что за последние несколько дней я перепробовал почти всё: уходил с головой в работу, пил так, что вырубался, но, если позволял себе начать думать, чувствовать, ничем хорошим это не заканчивалось.
Мой кабинет сейчас был словно после ограбления, там всё было перевёрнуто. Примерно так же выглядела гостевая спальня на втором этаже, где я пытался заснуть в первую ночь, после того, как Юля ушла отсюда, пока я выяснял, что там было с Настей.
Настя сейчас была в больнице. В тот день у неё началось небольшое кровотечение, и её оставили в больнице на сохранение на несколько дней. Она писала мне почти каждый день, я пытался читать что-то по началу, но теперь даже не открывал переписку с ней. Я ведь заплатил за её содержание в больнице, значит, о ней и ребёнке должны были позаботиться. А ещё, я ни разу её не навестил.
Было ли мне за это стыдно? Наверное, если только немного. Не больше, чем за то, какую боль я увидел сегодня во взгляде своей жены. А боли там был целый океан. И это всё сделал я. Сломал своего самого любимого человека.
Вот таким я был кретином.
С выдохом лёг на диван, на ощупь достав из-под спины какую-то пачку с чем-то съедобным и выбросив на пол. Прикрыл глаза, представляя, что Юля сейчас лежала рядом со мной, в нашей спальне. Это, наверное, всё, что мне оставалось сейчас. Я обещал отпустить, но ведь в моём воображении нам никто не запрещал быть всё ещё вместе.
Следующий день не принёс облегчения. Совсем. Наоборот, чем больше время близилось к вечеру, тем больше я нервничал.
Был рассеянным на работе. Там вообще последнюю неделю творился хаос, но я пообещал себе разобраться с этим позже.
И, хоть я и знал, что это было неправильно, да и было уже поздно, я же подписал документы на развод, не смог ничего с собой поделать. Мне нужно было увидеть это вживую. Может, тогда мой глупый мозг и сердце наконец-то перестанут меня мучить?
Сел в машину, и поехал к тому самому ресторану, где у Юли должна была состояться встреча с незнакомцем. Машинально запомнил название.
Припарковался за пару сотен метров от входа, чтобы не «светить» машиной, и пошёл до самого заведения пешком.
Что я хотел там увидеть? Да я и сам не знал. Может, какое-то подтверждение, что никакой встречи не было, или, что это был кто-то знакомый, да что угодно…
Но, реальность оказалась жестока.
Почти сразу, как я подошёл, к ресторанчику подъехал большой внедорожник. Я знал эту модель автомобилей, они стоили очень дорого, поэтому машина сразу привлекла моё внимание.
Когда автомобиль припарковался, из него вышел высокий мужчина, чуть крупнее меня. Его привлекательность я оценить не мог, никогда не разбирался в мужской красоте.
И я почему-то сразу понял, что это был он.
А потом, мужчина обошёл машину, и открыл пассажирскую дверцу, помогая выбраться своей спутнице.
У меня участилось дыхание, и, кажется, начался приступ тахикардии. Из машины вышла моя Юля.
МОЯ.
Но она улыбалась ЕМУ, держа в руках букет цветов. В два раза больше того, который вчера подарил ей я.
Глаза начало заволакивать красной пеленой от злости и ревности. И я понял, ещё пару секунд, и я ввяжусь в драку.
32 глава
Я где-то читала, что организм беременных специально выделяет больше прогестерона, специального гормона, чтобы в первый триместр защитить беременную женщину от сильных стрессов.
Наверное, со мной происходило именно это, и это было как нельзя кстати. Потому что на следующий день после визита Андрея, я абсолютно спокойно подготовила всё, что было нужно для развода.
Единственное, что я пока так и не решила, это что делать с его бизнесом. Это было дело его жизни, и я, конечно, могла легко отобрать половину, но зачем? Мне эта сфера была абсолютно не интересна.