Мария Устинова – Проданная невеста. Наследник корпорации (страница 43)

И что теперь делать?

Из одной ловушки попала в другую.

За дверью стояла охрана, пока я смотрела на себя в зеркало, пытаясь найти выход. Телефона у меня, нет ни хрена чтобы связаться с внешним миром! А они скоро сообщат обо всем Маре. Тогда я вряд ли сбегу. Нужно выходить и попытаться еще раз. Не знаю, убежать?..

У меня было бледное лицо, а глаза темные и отчаянные, как у животного в западне. Живот ныл, от нервов или из-за ушиба, но бегать от охраны по этажам я не смогу. Не рискну.

В дверь постучали.

— С вами все в порядке?

Медсестра.

— Да-да, все отлично! — торопливо заверила я, чтобы они не вломились. — Дайте мне минутку, пожалуйста!

— Мы вас ждем. Доктор пришел для осмотра.

— Сейчас! — чуть не плача, я вполголоса произнесла. — Проклятие…

За дверью раздался звонок. Начальник охраны с кем-то заговорил. Слов я не разбирала, но по тону поняла, что дозвонились до Маре. Сейчас сюда еще нагонят охрану, он приедет сам, а то еще и велит везти меня обратно несмотря на последствия. Ему моя беременность не так важна, как мне.

А я еще ничего не решила. Нужно рискнуть. Я открыла дверь, невинно глядя на охранника.

— Дайте поговорить с дядей, — плача, сказала я и забрала трубку.

Увидев мое заплаканное лицо, перечить мне не посмели. Я снова заперлась в туалете и приложила трубку к уху. Мне до дрожи не хотелось с ним говорить. Я мечтала позвонить в «Авалон» и услышать кого-то из них.

— Алло? Алло, Лилия? — голос Маре был резким.

— Да. Я в больнице.

— Немедленно возвращайтесь обратно, — он говорил низко и предостерегающе, от этого загробного голоса у меня пошли мурашки по спине.

Кажется, догадался, что мы задумали.

— Мне стало плохо…

— Немедленно возвращайся назад! — гаркнул он.

— Хорошо, — выдохнула я, сбросила звонок и сразу же набрала номер Зверя.

У меня была еще минута, может, две. Сейчас Маре свяжется с другими охранниками и узнает, что я все еще прячусь и говорю с кем-то. Дверь сломают, а меня увезут назад.

— Да.

Голос Зверя — родной и знакомый — грел, как мягкий плед. Уставший, злой, но эта злость предназначалась не мне — я звонила с незнакомого номера. Я разрыдалась в трубку, не выдержав напряжения последних дней.

— Лили! — голос охрип, в нем появился сырой голод, который кричал: где ты, как ты, что с тобой?!

Он уже знает, что я беременна.

Это слышно по звериным эмоциям и реакциям: он ищет меня. Вика все ему рассказала.

— Я в госпитале, — выдохнула я сквозь слезы, в дверь уже начали стучать, так что мы говорим последние секунды. — Сейчас меня увезут назад. Если ты не успеешь, скорее всего, мы больше не увидимся.

— Мы уже едем. Как ты, Лили? Ты здорова?

Я не успела ответить: дверь не сломали, а открыли ключом. Охрана вырвала телефон, проверяя кому я звонила, но и я не собиралась этого скрывать.

— Она звонила в «Авалон», — сказал начальник охраны, сверив номер. — Твою мать!

Он так взглянул, словно хотел врезать мне. Наверное, почувствовал себя идиотом, попавшись на уловку двух девчонок. Но бить дочь Девина не осмелился.

— Быстро за мной! — меня схватили за рукав, не церемонясь, и повели к выходу из палаты.

— Что вы делаете! Я плохо себя чувствую! Это правда!

Меня не слушали. Врачи расступились в стороны, не понимая, что происходит и почему меня уводят. Начальник охраны бросил своему:

— Подкрепление вызови, когда они приедут? — одновременно он пытался держать все под контролем, но было видно, что он едва сдерживается, чтобы не распсиховаться.

Он был на пределе, понимая, что они втроем могут попасть в засаду, из которой уже не выберутся.

Я крепко их подставила, и они это знали.

Глава 23

— Я не пойду, — начала я упираться.

Безопасник так рванул меня за плечо, что чуть не выдернул руку. Кажется, Маре им сказал не церемониться со мной.

— Немедленно отпустите! — проорала я, когда поняла, что меня тащат к лифтам. — Помогите!

Втроем они зашвырнули меня в лифт, и отрезали выход. Я прижалась спиной к зеркальной стенке, глядя, как в коридоре толпится медперсонал и даже пациенты больницы — мы наделали шума.

— Помогите! — снова заорала я на них.

Безопасник молча оголил пистолет, и никто не рискнул подойти к лифту. Когда створки закрылись, он резко повернулся ко мне. Поджатые губы, глаза, полные разочарования и паники. Понял, что если не успеем выйти и нас здесь зажмут — он и его люди, которых тут всего двое, покойники. Или их убьют братья, или расправится сам Маре за ошибку.

— Заткнись, — негромко, но с чувством сказал он, растеряв остатки уважения перед дочерью Девин. В конце концов, сколько бы у тебя ни было денег и влияния, перед лицом смерти все равны. — Попытаешься сбежать — сломаю тебе ноги и все равно попадешь туда, куда надо.

С седьмого этажа мы ехали мучительно долго. Безопасник побледнел, на лбу выступила испарина.

— Если что, возвращаемся наверх, — негромко сказал он, когда лифт, мелодично звякнув, прибыл на первый этаж.

Он ждал, что нас будут ждать сразу за открывающими створками. Но за ними была толпа персонала — мы сели в служебный лифт. Растолкав их, охрана бросилась вперед, меня выволокли сзади.

Я с трудом шла, при каждом шаге ощущая боль. Хотелось послать их матом, но я могла только дышать.

Ну, где же он? Где Зверь?..

И тут издалека я услышала полицейские сирены.

— Да где их носит?! — заорал безопасник, взмахнул оружием и начал ломиться через толпу. — Пропустите, вашу мать! Пошли вон!

Сирены приближались и это вызвало панику среди охраны. Так вышло, что полиция в этом городе всегда была за Руслана или прикрывала выходки Зверя. Братья среди них пользовались огромным уважением.

Меня вытащили на крыльцо в тот момент, когда к госпиталю подлетели полицейские машины и несколько джипов из «Авалона». Здесь было уже нечего ловить — пробиться к своим безопасник не успел.

Меня оттащили назад и заволокли в здание. Не знаю, заметили нас из машин или нет, на крыльце было много народа. Через огромное фойе они отошли к лифтам и укрылись за рядом торговых автоматов: газировка, снэки и прочая всячина. Безопасник, мазнув по мне гневным взглядом, связался со своими:

— Мы не успели выйти. Сейчас на первом этаже. Снаружи полиция и приехали люди Зверя, я узнал номера. Сейчас их тут будет не продохнуть… — в голосе появилось сдавленное молчание, он тяжело дышал, хотя мы и не бегали особо. — Свяжись с Маре. Спроси, что делать.

Он сбросил звонок и сглотнул. Смотрел мимо меня и ждущих приказов охраны. После такого косяка его снимут с должности, это как минимум. Скорее, судя по вспотевшему лбу, накажут более жестоко, вплоть до смерти. Я не питала иллюзий, что Маре мягче, чем Зверь или Руслан. По его рассказам, он мог быть только хуже.

— Выпустите меня, — попросила я. — Это за мной приехали.

Я получила взгляд, полный ненависти. Как будто я заставила его наниматься к Маре. Ведь нет же.

— Отпустите, и ничего не случится, — повторила я.

— Тогда нам точно конец, девочка, — хрипло огрызнулся он.

— Вам конец, если вы меня не отпустите. Я плохо себя чувствую, это не ложь! Если сейчас у меня случится выкидыш, тогда вас точно убьют! Зверь выследит вас и прикончит каждого!

— Ты думаешь, я поверю тебе второй раз?

— Это правда!