Мария Устинова – 9 месяцев после развода (страница 8)
Кира странно, сдавленно говорила и не захотела забирать ПТС.
Он по-прежнему оставался в непонятках, когда завершил разговор. Хотела забрать ПТС и драгоценности через две недели или через подругу.
По всей видимости, это и была затянувшаяся манипуляция, и она дождалась его звонка.
Хотя на Киру это совершенно не похоже.
Но воровство на нее было непохоже тоже. И если бы не железные улики и аргументы, которые ему предоставили, он бы никогда не поверил, что Кира способна что-то украсть. Но факты сказали об обратном.
Не в силах выбросить из головы ситуацию, вчера он заехал лично. Она говорила из-за двери, и он бы утвердился в мнении, что бывшая пытается им крутить и вызвать интерес к своей персоне… Если бы не одно «но».
Кира перепугалась.
Это было отчетливо заметно. Антон ее знает: в голосе был неподдельный ужас и удивление, что он приехал. А когда он заметил, что она спустилась к почтовому ящику, то убежала, как заяц.
А увидев, что он бежит следом, заскочила в квартиру, как ужаленная и заперлась. По ее «Уходи», он удостоверился: это не уловки, она не хочет и боится его видеть.
Думает, будет мстить? Или слова о внешности – правда?
Антон почти не видел лица, но по фигуре было видно, что она вроде бы располнела. Что странно. Кира всегда была стройной и не имела склонности ни к лишнему весу, ни особой любви к еде. Красотка и умница. У нее была яркая, модельная внешность, за которую девушки из его круга удавились бы от зависти.
И эта долбанная ПТС…
Он проверил: вещи из ящика Кира забрала. Почему же не забирала их раньше, чего она боится?
Антон задумчиво пододвигает ноутбук и включает запись, которая разрушила их семейную жизнь когда-то. На ней Кира крадется ночью в кабинет умершего отца, и вытаскивает из сейфа деньги. Не так уж и много. Она бы могла у него попросить эту сумму. Берет печать. И возвращается обратно. Позже печать и часть денег найдут в ее вещах.
У него долго не укладывалось это в голове, как
Помимо денег она взяла и печать отца. Как позже сказал безопасник, скорее всего она с подельниками собирались подделать документы на имущество, счета или завещание.
Так и сказал: с подельниками, потому что, если бы взяла только деньги, можно было бы сказать, что действовала одна. Но печать говорила о том, что был кто-то еще заинтересованный. Однако улик этому не нашли и больше эту тему не поднимали.
С ним она могла иметь намного больше.
Но почему-то поступила так.
В тот момент мир рухнул. Как потом пояснили в службе безопасности, пленка была подлинной. Он не хотел верить. Но улик было слишком много.
Под давлением адвоката, он подал на развод.
В любом случае это было неминуемо. Воровство для него – как предательство. Нож в спину от близкого человека он не собирался прощать.
Все было кончено.
Киру пригласил на разговор в ресторан. По совету начальника безопасности, велась запись встречи. Он не знал, чего ждать от Киры… Но она на обвинения только побледнела. Затем встала и ушла.
С этого момента он считал дело решенным, даже распорядился снять слежку.
Впервые после первых сомнений, он испытал смятение.
Вроде бы пережил. Смирился. Переломало, что любимая женщина предала. Но ее вещи снова заставляют сомневаться.
Разве воровка оставила бы эти вещи? Все бы выгребла до крошек.
Что с ней случилось?
Почему она прячется от него?
Кира сказала, дело во внешности… Документы остались, она вообще ездит на машине или та стоит? Может быть, попала в аварию?
Это он проверит первым делом. Шестое чувство орет, что дело нечисто, значит, нужно разобраться.
– Антон Иванович, к вам… – секретарша не успевает закончить, когда в кабинет врывается Альбина.
– Дорогой! – девушка с удовольствием падает ему на колени и хохочет.
– Альбина, у меня встреча.
– Да брось! Я недолго.
Она вскакивает и он, гася раздражение, отряхивает брюки.
– Не могу, Аля. Твой отец звонил, не знаешь причину?
Она вдруг садится напротив и надувает губы.
– Понятия не имею.
Он не может отвести взгляд от ее рта. Когда-то эти губы его и пленили. Сейчас, когда первая страсть поутихла, а она оказалась на втором месяце беременности, это кажется излишним.
У жены и матери не должно быть накаченных искусственных губ. У подруги, любовницы, но не у матери его детей.
– Сходи к косметологу, – сухо говорит он, Альбина расцветает, но стухает, как только он продолжает. – Убери все искусственное из своего лица. Это может повредить ребенку.
– Не повредит, – отрезает она, но морщится под его строгим взглядом. – Схожу. Обещаю. С девочками едем веселиться, решила заскочить к тебе на минутку.
Он молчит.
Заскочить на минутку – проверить, на работе ли он и один ли. Занять ли делом, а не чем-то другим. Так, судя про прослушке, ей советовала ее мать. «Держи его на коротком поводке». Поделилась премудростями семейной жизни. Сама, что интересно, ими не пользовалась: безоговорочным лидером в семье был Кирилл Николаевич, ее отец, давний партнер, друг отца и акционер их холдинга.
Альбину он знал с детства.
После того, как он ушел от Киры, она вдруг начала кидать на него заинтересованные взгляды. Он подумал: почему нет, и ушел в новый роман с головой. Залетела. Наверняка, этому ее также подучила мать. Тогда он их еще не прослушивал.
Им выгоден этот брак.
А ему… Антон пока сомневался. Там и ребенку девять недель – срок ни о чем. Аборт она, разумеется, не сделает, но он и не настаивал. Даже не предлагал. Дети есть дети. Против наследников он никогда не возражал. Отец всегда говорил, что дети важнее жен.
Но к Альбине как будто еще присматривался. Это девушка из богатой, известной семьи, мало того, что с ней непросто – это не проблема. В конце концов, ведь и научена, как себя вести с мужем и мать ее сама из дочери шелковую сделает, чтобы закрепить этот брак.
Гораздо меньше ему нравилось то, что влияние Кирилла Николаевича после брака усилится.
– Тебе не кажется, что в твоем положении нужно сидеть дома, а не ездить с подругами веселиться? – недружелюбно интересуется он.
Альбина глупо улыбается, потом до нее доходит, что это не шутка.
– Дорогой, ну это же не вечеринка, ничего такого. Просто прогулка. Мы уже договорились. В следующий раз буду вести себя более осмотрительно, – она непринужденно целует его в щеку и направляется к двери легкой походкой, делая вид, что ее не задело замечание.
Он ее характер знает.
Внутри она бурлит от гнева. И наверняка водителю или кому-то из подруг – пониже статусом, достанется.
Все же не стоит заводить отношения с теми, кого знаешь с детства. Очень сложно потом соблюдать субординацию.
В дверях Альбина сталкивается с бухгалтером, грациозно огибает его и растворяется в приемной.
Через полчаса, когда с финансовыми вопросами покончено, он просит секретаршу:
– Вызови начальника охраны… Хотя нет, постой. Лучше освободи для меня время после четырех, я уеду.
– Куда, Антон Иванович?
Он теряет дар речи.
– Разве тебя это касается? – ледяным тоном спрашивает он.
– Извините…