Мария Тович – Приговоренные к жизни (страница 2)
Книга была новая. Страницы все еще пахли типографской краской. Девочка прочла первый абзац.
Валентина привыкла пролистывать описания и просматривать текст по диагонали, чтобы поскорее добраться до финала. Она обычно боялась, что надолго уснет и не успеет дочитать. Потом опять начинай сначала.
Проглотив несколько глав, девушка оставила книгу на плетеном кресле и, спустившись по лесенке на песчаный берег, зашагала к озеру. Над головой зависали стремительные стрекозы, у деревянных мостков мерно покачивалась лодка. Вода отливала медью. Дом, наполовину утонувший в густой зелени, остался позади. С вершин деревьев доносились переклички птиц и шепот листвы. Валентина не видела лес, но чувствовала, как он дышал. Как в нем бурлила жизнь. Жизнь, которая проходила мимо нее.
Сон вычеркивал ее из действительности. А когда девушка просыпалась, неконтролируемое раздражение сменялось вялой апатией, и маме стоило больших усилий помочь Валентине вернуть душевное равновесие. Нелли пыталась взбодрить дочь, убеждала, что нельзя отчаиваться, что болезнь пройдет.
— Да, может, и пройдет, когда я стану столетней бабкой, — злобно отвечала Валентина, — и просплю всю свою жизнь!
Она понимала, что мама желает ей добра и хочет успокоить, но ничего не могла поделать со своим раздражением. И на ком его срывать, если не на ближнем?
— Валентина! — окликнула ее Саера. Придерживая подол широкой юбки, служанка мелкими шажками бежала по мосткам. — Вот. Там с тобой поговорить хотят, — протянула телефон Саера.
— Это мама?
— Говори. Там ждут, — служанка подпихнула ей к уху мобильник.
— Алло! — сказала Валентина в полной уверенности, что услышит родной голос.
— Здравствуйте! Это Валентина Белозерова? — произнес незнакомый мужчина.
— Да, — неуверенно ответила она.
— Я звоню вам из службы опеки. Завтра наши сотрудники приедут за вами. Соберите, пожалуйста, вещи, которые вы хотите взять с собой.
— Взять с собой? Куда?
— В центр «Надежда». Он содействует семейному устройству детей, оставшихся без попечения родителей.
— Чего?
— Вы, наверное, ошиблись. У меня есть дом. И вообще, я с мамой живу.
— Ваша мать пропала месяц назад. Пока она числится в списках без вести пропавших, вы, Валентина, должны будете переехать в наш центр. Учитывая вашу болезнь, мы приняли решение отложить ваш перевод, пока вы не придете в себя. Но сейчас, когда ваша домоправительница сообщила, что вы…
— Что вы говорите? Это какой-то бред! — Валентина растерянно оглянулась, но служанки уже не было рядом. — Как это пропала? Нормально объяснить можете?
— Месяц назад Кора Мактрауб двигалась по трассе по направлению к вашему дому. Но так и не доехала до цели. Пустую машину нашли на обочине дороги. Она объявлена в розыск, но поиски по сей день остаются безрезультатными.
— Мою маму зовут Нелли Белозерова! — Валентине захотелось выбросить телефон в озера, чтобы утопить этот неприятный голос.
По озеру промчалась моторная лодка, погнав волну к берегу. Мостки начали раскачиваться в такт волнам. Валентина присела на корточки, чтобы не свалиться в воду.
— Да, Нелли Белозерова, — собеседник откашлялся и продолжил тем же формальным тоном. — Я понимаю, что вам трудно принять этот факт. Но постарайтесь успокоиться.
— Вы понимаете… Да что вы понимаете?!
— Завтра за вами приедут наши сотрудники. Среди них есть высококвалифицированные психологи. Они вам обязательно помогут.
— Не надо мне помогать! И врачей мне за всю жизнь уже предостаточно! — крикнула Валентина. Она махнула рукой над головой, как будто собеседник мог видеть ее жест. — Вот — выше крыши! Никуда я не поеду! — И резко нажала на «отбой».
Поднимался ветер, по воде пошла мелкая рябь. Мостки слегка потряхивало, но Валентина не замечала ничего.
Валентина гнала от себя пульсирующую тревогу и уже не могла успокоиться.
Она чувствовала, что, если бы с мамой было все в порядке, она бы уже перезвонила и ехала сюда, узнав, что дочка проснулась.
Валентина вздрогнула от внезапной мысли.
— Саера! Ты где?
Подъем по ступенькам к дому дался тяжело, ноги Валентины подгибались, как у тряпичной куклы.
На веранде появилась служанка с пледом в руках.
— Валентина! Валентина! Ты так простудиться. Ветер дует сильно, — Саера подбежала к девушке, накинула ей на плечи плед и повела к дому.
— Не «простудиться», а…
Служанка усадила Валентину на диван и поставила на столик чашку с горячим чаем.
— Держи чалпак. Держи, — протянула жирную лепешку. Аппетитно запахло выпечкой и жареным луком. Но Валентине кусок не лез в горло.
— Саера! Это правда? Про маму?
— Да, — отвела взгляд старуха.
— Почему ты мне сразу ничего не сказала?
— Не знала, как…
— Расскажи мне, что произошло?
— Было много людей. Полиция. Меня спрашивали. А что я могу сказать? Нелли Александровна позвонила предупредить, что будет после трех. Я ждать, ждать. А ее все не было… Что же теперь делать?! — причитала старуха.
— Откуда она ехала?
— Как обычно. Ездила в город по делам. Мне же не отчитываются, милая!
Валентине снова захотелось наорать на служанку. Сильно. Громко. Чтобы уши заложило. Но она сдержалась.
— Может, ляжешь, моя хорошая?
— Нет, — рявкнула Валентина. — Нет, Саера!
Спать ей уже совсем не хотелось. Мысли прыгали, но голова была на редкость легкой.
— Тебя теперь увезут?
— Не знаю. Зачем ты им позвонила? Лучше бы они думали, что я все еще сплю.
— Мне полиция номер оставила. Сказали позвонить. Я, как лучше тебе будет, сделать хотела.
Валентина поморщилась. Она никак не могла привыкнуть к ломаному произношению служанки.