Мария Тович – Приговоренные к жизни (страница 16)

— Там затор вроде, — негромко произнёс водитель, вытягивая шею и пытаясь рассмотреть, что происходит впереди. Наконец вереница машин медленно тронулась, объезжая ещё не видимое препятствие. Через минуту Илья понял причину остановки — розовый «ситроен» лежал на крыше посреди дороги, разделительный отбойник был покорёжен и острым концом угрожающе торчал вверх. Видимо, всё произошло только что — машина ДПС стояла неподалёку, тревожно мерцая проблесковыми маячками, но скорая помощь еще не подъехала.

— Эх, молодёжь… — пробормотал водитель, — гоняют, как ужаленные в пятую точку. Не думают ни о себе, ни о родителях.

Илья обернулся на ребят — все трое мирно дремали, привалившись друг к другу.

Глава 8

«Пион»

На следующее утро Валентина проснулась позже всех. Но ведь опять проснулась! И при этом не испытывала жуткого голода и привычного раздражения.

Ещё бы. После вчерашнего.

Она сладко потянулась, полежала, прокручивая в мыслях события прошедшего вечера. Ярко представились картинки вчерашнего — масса веселящихся людей, вспышки фотоаппаратов, шум, музыка… и танец. С Ильёй.

Нестерпимо захотелось увидеть его.

— Всем доброе утро! — весело прощебетала Тинча, заходя на кухню, где собралась вся троица.

— Привет, — угрюмо поздоровался Илья.

Лэйла ничего не ответила. Стояла, уставившись немигающим взглядом в окно. Гера сидел за столом, уронив голову на руки, и даже не пошевелился.

Что это с ними? Что за настроение?

Ну с Герой понятно, говорят, похмелье — неприятная штука. Но эти двое? Опять поссорились из-за денег? Или на меня злятся? За то, что долго спала? И теперь у них меньше времени на работу?

— Извините, я опять поздно встала.

Её реплика утонула в тягостном молчании.

— Да что случилось-то?

— Вчера погибли люди… из клуба. А мы ничего не сделали, чтобы спасти их, — глухим голосом проговорил Илья.

На холодильнике стоял небольшой телевизор. На экране мелькали полицейские, потом камера показала смятый розовый бампер. Мужчина в форме говорил, что пристёгиваться нужно всем пассажирам, чтобы «впредь исключить подобные трагедии».

— Вчера от клуба отъехала компания на розовом «ситроене», помнишь? — продолжил Илья. — Они попали в аварию. Второй раз уже показывают. По новостям передали, что трое человек погибло, один — в коме.

Валентина открыла рот. Но слова застряли где-то на полпути.

Как?! Те счастливые, успешные молодые люди погибли? Один в коме. А девицы-фотомодели? «Золотая рыбка» была за рулём…

— О-ой… Нет. Как же так?

— Говорят, водитель превысил скорость, не справился с управлением.

По телевизору начался очередной сюжет местных новостей. Диктор монотонно зачитывал текст. «Вчера ночью в баре «Зелёный оракул» на Новославской улице был ликвидирован очаг возгорания. По счастливой случайности в клубе не оказалось людей. Получасом ранее Служба спасения получила сообщение о заложенной в баре бомбе. Посетители были эвакуированы. Однако информация не подтвердилась. Но шутка пранкера сыграла на руку прибывшему пожарному расчёту, который быстро локализовал возгорание в почти пустом помещении, возникшее вследствие испорченной проводки. В данном случае благодаря немедленному реагированию служб и удачному стечению обстоятельств никто не пострадал. Полиция начала поиски телефонного хулигана».

Илья повернулся к Тинче. Он пристально посмотрел ей в глаза, будто спрашивая: «Твоя работа?» Тинча незаметно пожала плечами и промолчала.

А они уезжать хотели! Я ведь чувствовала! Может, у меня тоже способности, как у зрячего?

Гера приподнял голову, и Валентина увидела его виноватое лицо.

Она подошла к нему, попыталась приободрить: — Гера. Ну, наверное, каждый когда-то ошибается.

— Это ты по собственному неоднократному опыту знаешь? — злобно отозвалась Лэйла и бросила на Геру презрительный взгляд. — Всё из-за тебя.

— Машина у них красная была, а я не понял, что из-за ореолов… Простите меня, — пробормотал Гера.

— Мы все виноваты, расслабились, — отрезал Илья. — Надо было за тобой следить.

— Он что? Дитятко малое? Следить за ним? — прорычала Лэйла. — Чёрт! Чёрт!

— Простите, — повторил Гера. — Не надо было мне пить. Я даже не видел последствий и причин. Только ореолы.

— Чего ты не видел? — напряглась Лэйла.

— Обычно… в нормальном состоянии, я вижу намного больше про окружающих.

Лэйла будто воздухом захлебнулась:

— Что ты хочешь сказать?

— Знаю, что с людьми будет потом и отчего это произойдёт, — добавил Гера.

— Когда ты собирался нам об этом рассказать? — сложил на груди руки Илья.

— Я хотел сначала сам разобраться. Меня этому не учили. Эта способность развивалась постепенно, независимо от меня. И я рассказал… ей.

Все разом обернулись на Валентину

А что я? Я вообще в вашей теме про Хиатус не разбираюсь!

— Расскажи поподробнее, что именно ты пилишь, Гера?

— Я просто вижу некоторые моменты из жизни человека. Это похоже на кадры из фильма. Картинки из детства и старости. Я не знаю, как это получается, оно приходит само и не про всех.

— Да ты у нас настоящий экстрасенс, Герань.

— Ты рассказывал это вожатой? — спросил Илья и тут же уточнил: — Нелли Александровна знает?

— Нет, — покачал головой Гера. — Я никому не говорил, кроме Валентины.

— Нашёл, кому душу излить, — фыркнула Лэйла.

— Так, — потёр виски Илья. — Гера, ты должен разобраться с тем, что с тобой происходит. Возможно, в КНО знают, как это объяснить. Но выйти на них может только Нелли Александровна. Поэтому следуем намеченному плану, до «Пиона» два дня дороги. Времени терять нельзя, — он посмотрел долгим взглядом на Тинчу и добавил: — Нам нужно быстрее отсюда уезжать.

Валентина опомниться не успела, как все уже сидели в машине.

Опять переезд. Бедные ребята. У них же по сути даже нет дома. Собственного угла, куда можно всегда вернуться.

Она села рядом с Ильёй и небрежно опустила голову ему на плечо. Тот не шелохнулся.

Словно привык, что малознакомые девушки льнут к нему после первого танца. Даже не думала, что смогу так быстро довериться человеку. Кажется, мне впервые кто-то по-настоящему понравился. Странное ощущение.

Что со мной? Я как будто обновилась. Сбросила старую кожу. Сплю, как нормальный человек. Не злюсь, не раздражаюсь по пустякам. Приступы булимии отступили. Неужели я излечилась?

Вот бы маме поскорее рассказать.

— Ну наконец-то! — Илья снисходительно глядел на Валентину. — Пить хочешь?

— Нет, только вот… желудок ноет.

Тинча лежала на широкой постели, накрытая белым пуховым одеялом. На ней была пижама. Только не её, а махровый бежевый комплект.

— Лэйла тебя переодела, — ответил Илья на недоуменный взгляд Тинчи. — Она с тобой была все эти дни.

Нет! Только не это!

— Сколько? — в горле у Тинчи пересохло. — Сколько дней?

— Ты отключилась в машине. Проспала всю дорогу. Лэйла волоком тебя вытаскивала по делам. Ты даже глаза не открывала, когда она давала тебе попить и кормила молочными коктейлями через трубочку. Тинча, мы реально испугались. Ты не приходила в себя четыре дня. Будто в спячку впала.

Кошмар! И почему я решила, что это больше не повторится? Вечно так — только поверишь… Стыдно перед ребятами. Они ведь меня совсем мало знают. По сути, кто я для них? А Лэйла возилась со мной всё это время. Представляю, как она чертыхалась!

— Извините. Я не хотела…

Внутренности выли и стонали. Опять жутко хотелось есть.