Мария Тович – Маракель (страница 18)

– Тогда ты останешься здесь. Заодно присмотришь за своей подругой, – предупредил Свен.

Яша покосился на Свету, которая бесновалась за дверью, и нехотя проговорил:

– Ладно. Давайте сюда ваш цирковой костюм.

Армас открыл очередную спрятанную в стене дверь, за которой стояли две ванны, наполненные переливающейся жижей сизого цвета. Потолок и стены были зеркальные, отчего Кире показалось, что она попала в комнату смеха. Вот только отражения в них были самые что ни на есть реальные.

– Это раствор витолита, – пояснил Армас. – Вам нужно раздеться полностью и залезть в ванну по шею. Если не хотите перчаток, держитесь за эти поручни, – указал он на две металлические трубы по обоим бортам ванн. – В таком положении нужно пробыть три минуты. Потом вот этот прозрачный камень над ванной засветится красным. Тогда вылезайте на сетчатые коврики. Несколько секунд для высыхания – и костюм готов. Не рвется, не мнется, не пачкается, удобен и практичен в носке, – тоном продавца-консультанта проговорил Армас.

– Подождите. Я должен лезть туда голый? – взвизгнул Яша. – Вот уж нет!

– Не бойся. Все твои несовершенства деликатно прикроются, – засмеялся в голос Армас. – Это умный материал. И объема добавить может. – Он демонстративно напряг мощный бицепс, затем окинул взглядом Яшу и подмигнул. – В любых местах. Просто мысленно проговори, где бы ты хотел увеличиться в размере.

– Я трусы снимать не буду, – упорствовал Яша.

– Ткань мешать будет. В этих местах витолит не поймет вашей температуры. Ему будет трудно подстроиться.

– Тогда леди вперед. – Яша поспешно отступил в сторону и манерно поклонился Кире. – Чего ты вылупилась? Слышала? Надо раздеваться.

– Мы сейчас, конечно, выйдем, – уверил ее Свен и первым покинул комнату. За ним вышел Армас, загадочно улыбаясь, а после Тати вытолкала и Яшу, который не торопился выходить:

– Ну, там же две ванны. Как раз на нас двоих.

– Иди, иди. Не мешай Кире. Стесняется.

Оставшись одна, Кира поежилась. Жижа в ванной казалась плотной и выглядела как огромный слайм, заполнивший емкость.

Стянув с себя толстовку, Кира обернулась и посмотрела туда, где должна была быть дверь.

«А если они снова воспользуются чудесными свойствами витолита? – Раздеваться перед прозрачной дверью ей не хотелось. – Армас так гадко ухмылялся… Хотя нет, там же Тати. Она им не позволит». Кира успокоила себя мыслями о женской солидарности и стащила джинсы.

Она перевела взгляд на свое отражение. В целом, ей нечего было стесняться. Кира всегда выглядела подтянутой и стройной, ее никогда не дразнили за лишний вес, не называли толстой, но сама она регулярно пополняла список претензий к себе. Похлопав себя по животу, она втянула его. Потом, не сводя с себя глаз, выпрямилась и покачалась, перекатываясь с пятки на носок. Придирчиво глянула на грудь, потом на колени, которые считала слишком костлявыми и выпирающими. Затем, повернувшись спиной к стене, быстро сняла с себя белье, схватилась за боковые поручни и, не раздумывая, опустилась в ванну.

Погрузившись в вязкую субстанцию, Кира успела лишь на пару секунд ощутить, как прохладная жижа окутывает ее тело, но вскоре перестала чувствовать, что сидит внутри ванны с раствором. Если бы она закрыла глаза, то могла запросто представить себя сидящей в пустой ванне. Такой невесомой оказалась масса, в которую она погрузилась.

Когда красный камень засветился, Кира вылезла на сетчатый коврик и поняла, что серая жижа застыла на ней ровным слоем, который оказался не таким уж тонким, как она боялась. Костюм тянулся и повторял каждый изгиб тела, однако делал это не грубо, а деликатно скрадывая подробности. Кира повертелась у зеркала, коленки ей уже не показались слишком острыми, а живот не выпирал. Но больше всего ее удивило то, что материал совсем не ощущался на коже. Как будто на ней ничего не было. Это чувство оголенного тела Киру немного смущало. Однако так легко и свободно она себя еще никогда не чувствовала.

Когда из комнаты вышел Яша, Кира отметила, что он, похоже, тоже получил желаемое. Теперь он не выглядел таким длинным и нескладным, как в толстовке и джинсах. Наоборот, его гибкий силуэт ни в чем не уступал идеальным фигурам Армаса и Свена.

«Интересно, эти двое тоже корректируют свои тела?»

Кира представила, что на самом деле Свен и Армас хилые, кривоногие парни с пивными животиками, и ей стало смешно. «Армасу вполне подходит такой образ. Но не Свену. Нет, Свен именно такой, какой есть». Она мечтательно вздохнула, тайком бросив взгляд на капитана корабля, собиравшего в дорогу небольшую сумку.

– А карманы тут есть? – похлопал себя по бокам Яша.

Армас взял со стола нож и направился к парню.

– Эй, ты чего? – отступил Яша.

– Сейчас отредактируем по последней моде. Стой смирно, – предостерег Армас. Лезвие скользнуло параллельно ноге и оставило на бедре углубление в виде треугольника. – Хватит или еще второй нужно?

– Нет. Все норм, – выставил вперед руки Яша и поспешил сменить тему. – Куда мы идем?

– За яйцом изверга, – отозвался Армас.

– Пардон, за чем? – прыснул от смеха Яша.

– Изверги откладывают яйца, из которых потом вылупляются их детеныши. Скорлупа у яйца довольно хрупкая. Изверги обычно хранят их в одном месте, плотными рядами. В этом ущелье есть подобное гнездо.

– А зачем нам вообще яйцо? – продолжал веселиться Яша. – Вы у вашего друга Амбы попросить не могли?

– Изверги не размножаются в неестественной среде, – ответил Армас. – А яйцо нам нужно для обряда, вернее, нужно существо, что находится под скорлупой. Его душа еще слаба, чтобы сопротивляться.

– Это будет ритуальное убийство? Никогда такого не видел. Хочу посмотреть! – оживился Мазурин.

– С ума сошел? Мы не душегубы! Тело детеныша надо использовать как сосуд, куда переместится душа Маракель.

– А его душа? Этого мелкого? Куда она денется?

– Заснет, как засыпает у человека или лопаря. Навсегда.

Как только Кира вышла наружу, ее лицо обдало теплым воздухом. Их летающий блок опустился в неглубоком ущелье. Со всех сторон возвышались каменные своды из красных камней, которые напоминали каньоны из американских вестернов.

Станцию Свена и Армаса окружали пышные джунгли, а здесь не было ни одного клочка травы. Только песок и камни. Кира прислушалась – под землей ей не хватало звуков. Она никогда раньше не придавала значения щебетанию птиц, оно было для нее как фон привычной жизни. Но сейчас его очень не хватало. Каждый шаг отдавался звучным эхом, растворявшимся в глубине пещер и ходов.

– Где все птицы? – спросила она у Свена, который шел впереди.

– Здесь их нет. – Свен остановился, выбирая, какой тропой идти дальше, и пробормотал: – Кажется, дальше сюда.

– Почему? Им есть нечего? – не отставала Кира.

– Не только. Здесь обитает тот, кто не будет делить с ними небо. Всех перебьет. И, кстати, не верещите, пожалуйста. – Он предупреждающе посмотрел на Яшу. – Любые высокие звуки, такие как пение птиц, свист или крик, могут привлечь хозяйку этих мест.

– Да кто это? – нетерпеливо спросила Кира.

– Надеюсь, мы с ней не встретимся, не забивай голову лишней информацией. Повторяйте за нами и сами ничего не предпринимайте. Просто запомни: если покажу один палец – стой и не двигайся. Два пальца – беги со всех ног.

– Устроили секреты, жесты какие-то. Прямо сказать не можете? Мне тоже интересно, что это за дама, которая не любит птиц. Хотя она мне уже нравится, – причмокнул Яша, чем вызвал в Кире очередной прилив неприязни. – Я голубей терпеть не могу. Наглые птицы, вечно гадят. Однажды мне новую бейсболку разукрасили своим дерьмом.

– Так это же к богатству, Яш. И вообще, голубь – символ мира, – заметила Кира.

– Голубь – это символ загаженного мира, – парировал недовольный Мазурин.

Они шли медленно по узкому ущелью, по обеим сторонам которого возвышались скалы, испещренные глубокими дырами на разных уровнях: одни были прямо у земли, другие находились на десятки метров выше. Кире стало не по себе от этих маленьких пещер, которые были похожи на сотни черных глаз. «А вдруг в них кто-то притаился и наблюдает за нами?» Но впереди шагал Свен, уверенно сжимая в руке посох. «Этот парень не даст нас в обиду», – мысленно успокоила себя Кира, заметив, что если смотреть на спину впереди идущего, а не глазеть по сторонам, то страх исчезает совсем.

«А спина у Свена что надо. Широкая, рельефная… За такую натуру наверняка дрались бы самые именитые скульпторы. – Кира смутилась и опустила взгляд. – Да что это я? Всё! Буду смотреть себе под ноги. На серый невзрачный камень. Что за мысли? Какая еще спина? – отругала она сама себя. – Он вообще, можно сказать, с другой планеты. О чем я только думаю? Вот была бы рядом Света, она бы вправила мне мозги».

Во рту пересохло. Свете было не жарко, но душно. Как будто из комнаты высосали весь кислород. Она пыталась проанализировать последние события и не могла поверить, что это происходит с ней. Впрочем, ей были доступны лишь какие-то отрывки, только кусочки пазла происходящего. И сложить их в ясную картину не получалось. В ее распоряжении были лишь обрывки воспоминаний, остальное скрывалось за пеленой забытья.

– Страшно? – услышала она резкий голос.

Света не поняла, кто с ней говорит, стала искать глазами, но в комнате никого не увидела.