Мария Токарева – Игра Льора (страница 55)
До ушей перепуганной Софьи донесся пронзительный лязг, лезвия встречались, отбивая удары и нанося новые. А она бежала, не помня себя; вновь ее окатило ледяной водой внезапного осознания. Настоящая борьба, не шрамы, не следы от прошедшего, а опаснейший поединок прямо здесь, в настоящем. Где же найти смелость, чтобы все это вынести? Но выбора-то не оставалось…
В ушах звенели последние слова Раджеда. Нет! Он не обманывал! Не в этот раз, не ее. На башню по-настоящему напали, и так взывает только тот, кто не уверен до конца в своей безоговорочной победе. Страх гнал вперед, к пению самоцвета в саркофаге. Спасти, вытащить Риту из этого кипящего котла, унести туда, где безопасно, – вот и все, что осталось из стремлений.
Ноги онемели от бесконечного бега и почти не ощущались, зато вновь раскрывались незримые крылья. Вновь они несли, но их трепал пронзительный ветер содрогания перед неизмеримой силой, словно у молодой чайки в бурю.
Вновь роскошные покои, вновь непропорционально огромная кровать с балдахином, даже следов гнева льора не обнаружилось. Зачарованная картинка – спящее дитя на драгоценном покрывале, слегка озаренное светом магического купола. Живая, невредимая, даже по-прежнему румяная. Безмятежность на фоне огромной драмы.
– Рита! Забрать, сейчас… сейчас-сейчас… заберу, обязательно заберу…
В башню вторгся враг, и от него пощады ждать не приходилось. Где-то совсем рядом раздался громкий взрыв, заставивший упасть ничком. С потолка посыпалась пыль, залетавшая наждаком в горло. Никогда еще Софья не желала удачи Раджеду настолько, как в эти страшные мгновения. Одно дело – ждать возвращения из малахитовой башни, а другое – когда сражение разразилось совсем близко. Все это происходило с ней и ее сестрой. В любой миг потолок мог обрушиться, превращая роскошные покои в могилу.
– Проснись! Рита… Рита, проснись же, – позвала севшим голосом Софья, с трудом поднимаясь на одеревеневшие ноги. Ее пробирало крупным ознобом. Но разум оставался предельно ясным, точно она выполняла приказ командира. Нет, она оставалась сама себе командиром, и от ее собранности теперь зависели их жизни, хотя… от удачливости и сноровки янтарного льора тоже, в равной степени. Но и она не была совсем бессильной!
Софья схватила дрожащими пальцами жемчужину, уже по наитию прикладывая к саркофагу. Прозрачный пузырь рассеялся, но Рита не пробудилась. Может, и к лучшему пока, чтобы она не созерцала этих ужасов.
Теперь отовсюду повалил густой дым. Софья лишь примерно представляла, где находится портал, но ринулась прочь от огня через новую анфиладу покоев, прижимая вновь обретенную сестру к груди. Вес ребенка не ощущался, лишь тревожило, что девочка не проснулась даже после снятия колпака.
Дым обещал погрузить в вечное забытье их обеих в случае промедления. И Софья за короткие мгновения в полной мере осознала, как тяжела ответственность за чью-то жизнь, не постоянное оберегание от призрачных опасностей, а настоящая, свинцово тяжелая, разверзнувшаяся перед лицом преследующей гибели.
Софья, захлебываясь душным ветром, пронеслась через несколько залов, прижимая к себе Риту как самое невероятное сокровище во Вселенной. Она потерянно озиралась, когда осознала, что не ориентируется в дыму, от которого разъедало глаза. Предстал очередной зал… И никаких указателей, где портал.
– Беги! В другую сторону! Сначала два зала направо, потом налево и по лестнице! – скомандовал внезапно возникший Раджед, отлетая к стене, ударяясь о нее со всего маху. Он немедленно вскочил, оттолкнулся от пола, набирая разгон, и вновь кинулся в атаку, скрещивая лезвия, попутно кидая заклинания. Софья только тихо вскрикивала.
Башню сотрясала магическая борьба, а в голове отчетливо звенели четкие указания. Больше ничего в такой ситуации не остается – только пустота команд. И они гнали и гнали вперед стремлением поскорее вырваться из этого ада.
Она и не подозревала, как это страшно! Никакие, даже самые смелые и яркие, образы не стояли рядом с этими предельно обостренными гранями реальности. Будущее и прошлое канули, остались только торопливые шаги вдоль указанных залов, только стремление к заветному порталу. Да едва уловимое дыхание Риты, которое легко ложилось на ключицы.
Ребенок ничего не слышал, пребывая в глубоком забытьи. Ради нее приходилось преодолевать раз за разом свой ужас. Не количеством самоцветов измеряется настоящая сила. И не бойкими словами. Может, безумной гонкой среди опасностей? Умением не останавливаться, не впадать в ступор. Софья упрямо бежала.
Лестница… Она маячила последним пристанищем заплутавших душ среди поднимавшегося столпа гари и сотрясавшихся стен. Софья поспешила в тронный зал, к порталу. Наверное, Раджед уже знал, что жемчужина позволит ей сбежать. Неужели отпускал? Вот так просто? Или столь велика оказалась новая опасность?
Ступени щелкали под слегка слышимыми шагами. Пару раз Софья едва не споткнулась на винтовой лестнице. Но она держала на руках сокровище, ее родную Риту, ради которой столько вытерпела, ради которой прошла через разделитель миров. Нельзя! Падать нельзя!
Еще немного – и предстал тронный зал. Но лицезреть портал не получилось, потому что все застилал плотный дым, в котором только мерцали вспышки заклинаний и свечение когтей.
Софья закусила губу, чтобы не заголосить навзрыд: ее путь к спасению перекрывали льоры. Они хтонической силой крушили друг друга и все на своем пути, срезая, точно стебли бамбука, каменные колонны и кроша в щепки дорогую мебель.
Она опоздала! Может, на долю секунды, может, на несколько минут. Портал мерцал совсем близко. Но Софья в ужасе примерзла к чудом уцелевшему обломку колонны, вжимаясь спиной, надеясь стать незаметной тенью.
– Нет, я не могу, не могу… это выше моих сил, – шептала она, слушая, как лязгают мечи и снова что-то рушится.
Нармо прорывался к порталу. На этот раз он пришел один, без Илэни. Наверное, в башне малахитового льора Раджед ранил топазовую чародейку. Но, кажется, льор кровавой яшмы собирался в одиночку прорваться в новый мир и захватить его. Янтарный чародей бесстрашно сдерживал его и оттеснял, пытаясь всеми силами выгнать из тронного зала.
Софья смотрела на Риту, кривя губы, точно готовясь плакать, но слезы иссякли. Их оттеснили долг и необходимость самой принимать решения, самой думать, как спастись. Ожидать судьбы в раскаленном горниле, смириться с неизбежностью гибели – не со спящим ребенком на руках. Поэтому Софья осторожно выглянула из-за плотной кирпичной кладки, но тут же мимо лица пролетел огненный шар, сорвав с потрескавшихся губ немой крик.
– Нет… Нет! Пожалуйста… – простонала она, не ведая, что твердит, кому молится, у кого просит. Но все-таки кинулась наперерез к следующей колонне, прячась в тени. Всем телом она прикрывала Риту. Внезапно срикошетило какое-то заклинание. Оно обожгло спину, пройдя электрическим зарядом вдоль позвоночника, не очень сильно, кажется, даже крови не осталось. Тогда-то жемчужина на самом деле явила сложенный покров крыльев-щита. И вскоре Софья срасталась спиной уже со следующей колонной, уговаривала себя:
– Еще чуть-чуть, еще немного, видишь, Рита, скоро будем дома. Дома…
Шепот тонул в гуле борьбы, шаги фехтовальщиков приближались. Софья обмерла, представляя, что случится, если сокрушат ее последнее зыбкое убежище. А ведь до портала оставалось не больше пары метров. Еще чуть-чуть, рвануться вперед – и уже не задумываться о дальнейшем. Из мыслей проносилась только одна: большего страха она еще не переживала. Для раздумий нужно время, теперь же его разбили неверные часы, их песок носился бурей, что разбушевалась в ночи Эйлиса. Но даже ее голоса тонули в звоне оружия и треске заклинаний.
Внезапно из дыма отчетливо проступили два силуэта, они сражались совсем близко. Нармо ощутимо теснил Раджеда. Камзол янтарного льора окропился кровью в нескольких местах. Нармо же посмеивался. И вот Софья увидела, как подлый чародей заносит когти для обманного приема, а в другой руке сжимает не заклинание, а короткий кинжал подлеца. Он собирался бесчестно убить Раджеда!
«Крайний случай… Крайний!» – мигом пронеслись в голове слова Сарнибу, и тут она осознала, что настал тот самый крайний случай. Забывая себя, она сжала малахитовый нож обратным хватом и стремительно выскочила из-за колонны, со всей силы вонзая лезвие в раскрытую, отведенную назад ладонь враждебного чародея.
Нармо тут же обернулся, намереваясь поддеть когтями. Софья только резко повернулась к нему спиной, полностью подставляясь под удар, но сберегая тем самым младшую сестру. Вся жизнь пронеслась перед глазами в то мгновение, и одновременно оборвалась легкостью: не зря, все не зря.
Но Раджед тоже не мешкал – ослепительные полупрозрачные рапиры отбили снизу вверх атаку красных когтей и впились в грудь Нармо. Пять когтей прорезали насквозь тело яшмового чародея. Враг подавился кровью, немедленно отступая, открывая портал в свою башню. Раджед совершил еще один выпад, надеясь уничтожить противника. Но тот, кажется, уже позорно сбежал.
Софья все это видела лишь краем глаза. Едва поняв, что чудом осталась жива после безрассудной выходки, она ринулась к заветному зеркалу, машинально вытаскивая жемчужину. Портал сделался проницаемым, стекло отворило долгожданную дверь для двух девочек. Вслед донесся только пронзительный возглас: