Мария Тиамат – Величие. Книга 3 (страница 4)

– Арэйсу!!

В призыве не было необходимости: уже вскочившей со своего места княгине, рядом с которой замер перепуганный граф, хватило доли секунды, чтобы оценить ситуацию. В следующее мгновение на её месте расплылась угольная дымка, и уже за спиной Шиа раздалось:

– Беги!

В два прыжка очутившись в противоположном углу гостиной, эльфийка обернулась – как раз чтобы увидеть, как рассыпается в ржавую пыль выхваченный Арэйсу стилет. Сама графиня Вельц-Шарр, восстановив зрение, быстро становилась полупрозрачной, сливаясь с обстановкой комнаты. Лицо её было безумно и искажено гримасой отчаяния.

И тогда Шиа впервые увидела, как по-настоящему сражается Арэйсу. От ударной волны, прокатившейся по кабинету, с оглушительным треском вылетели окна, рассыпалась дождём хрусталя люстра, перевернулась с грохотом мебель, встала столбом пыль. Приложившись затылком о стену, графиня Вельц-Шарр на доли секунды потеряла сознание и лишилась маскировки.

В мгновение ока оказавшись рядом, Арэйсу вонзила выросшие из пальцев узкие белёсые иглы в её живот и плечо. Дворянка пришла в себя и завизжала, захлёбываясь криком; всё вокруг залила брызнувшая ярко-красная кровь. Княгиня продолжала давить, разрывая сухожилия. Казалось, жуткий вопль длился целую вечность, а затем так же резко оборвался. Арэйсу отстранилась, отбрасывая оторванную конечность, пока её противница сползала на пол, стеная и оставляя за собой кровавую полосу на обоях.

– Она будет задержана за нападение. В ваших интересах не делать больше никаких глупостей, – бесстрастно предупредила Арэйсу остолбеневшего графа.

– Доченька… – только и выдавил тот непослушными губами, не в силах оторвать взгляда от жуткой сцены. Молодую графиню с ног до головы била крупная дрожь.

Шиа была шокирована не меньше. Чудовищное обилие крови, разруха и растерзанное тело начинали напоминать место жестокого убийства.

– С-с ней всё будет в порядке?

– Конечность отрастёт часа за полтора. – Арэйсу пренебрежительно махнула в сторону графини. – А колотые раны и вовсе скоро затянутся. Смотри, ей уже лучше. Зато она пока что присмиреет.

Графиня Вельц-Шарр и правда вела себя тише, хоть и всхлипывала, схватившись за плечо, которое уже перестало кровоточить. А по распрямлённой спине было непохоже, чтобы у неё болели недавно проткнутые внутренности, хоть тёмные пятна и расползлись по одежде.

– Хозяйка! – Этот звонкий крик вывел всех из оцепенения. Прибежавшая на шум кухарка бросилась к Шиа. – Близнецы-Создатели! Вы же ранены!

Помимо того, что эльфийка лишилась верхней одежды, вся её левая рука была залита кровью: плечо рассекал глубокий порез. Из-за шока Шиа даже не почувствовала боли, но теперь, охнув, схватилась за руку, безрезультатно зажимая рану. Служанка было кинулась на помощь, но Арэйсу остановила её:

– Нет, ты вызовешь жандармов. Остальным займусь я.

Оставшаяся половина дня прошла смутно. Сначала у всех утомительно долго брали первичные показания, потом жандармы осмотрели место преступления, а затем конвой увёл графиню Вельц-Шарр в сопровождении отца. Придя в себя, аристократка теперь плакала по-настоящему. Cтрах перед неизвестностью угнетал её. Граф утешал дочь, как мог, с жалобной улыбкой раскланивался с блюстителями порядка. Вся эта суета, да ещё и разруха в кабинете, из-за которой в дом теперь беспрепятственно заползал холодный зимний воздух, сильно выматывали. Когда была возможность, Шиа уходила полежать в спальню: кровопотеря давала о себе знать. Достав все самые тёплые пледы, Арэйсу закутывала в них эльфийку, чтобы та не мёрзла.

Они ни разу не обмолвились о произошедшем, пока в доме были посторонние. И лишь когда и кухарка, и горничная ушли отдохнуть, Арэйсу поджала губы.

– Шиа, только не отпирайся: ты ведь задумала это с самого начала? Ты хоть представляешь, насколько это было опасно?

– Извини, – тихо произнесла эльфийка. – Теперь представляю. Но не тогда…

Рука графини действительно отросла очень быстро, и было нечто жуткое в том, что через какой-то час от ранения не осталось и следа. Эльфийка впервые примерно представила, что ощутили человеческие маги, сотворившие нордов: самовосстанавливающиеся чудовища, не знающие отдыха и поражения. Покалечить, но не убить такого противника означало заведомо ухудшить своё положение: через несколько часов монстр вернётся целым и невредимым, тогда как твои раны останутся прежними.

На тренировках Арэйсу всегда учила Шиа, что, сражаясь с нордом, нужно целиться ему только в грудную клетку или голову. Лишь так удастся остановить его. Теперь, прочувствовав эти напутствия на себе, Шиа осознала, насколько всемогущим и опасным противником была на самом деле княгиня с её-то регенерацией и способностями. Неудивительно, что Келсий привязал её к себе заклятьем. Возможно, и резкость Арэйсу – как в суждениях, так и в действиях – проистекала из той же уверенности, что мало кто способен ей навредить.

Однако когда Шиа поделилась с княгиней этими мыслями, та недовольно изрекла:

– Да, вот только вся моя живучесть бесполезна, если вы будете далеко убегать! С вами-то я не могу ею поделиться!

Она всё ещё злилась на подопечную за глупую выходку, однако Шиа не успела начать извиняться: совсем неподалёку разлилось сильное магическое эхо.

– Это император… – напряжённо произнесла Арэйсу.

Шиа тоже встрепенулась: ещё никогда Аурелий не навещал её таким образом, и что-то подсказывало: если он телепортировался, столь неприкрыто заявив о своём визите, презрев любые условности, повод явно должен был быть исключительным. И обе девушки даже догадывались какой.

Когда император ворвался в комнату, распахнув настежь двери, лицо его было диким, оскалившимся. Но ещё больше оно перекосилось, когда Аурелий увидел Арэйсу: та держала бинт, чтобы сменить Шиа повязку. Вне себя он прорычал:

– Ты! Я же велел тебе защищать её!!

Казалось, Аурелий был готов задушить её от ярости. А дальше всё произошло очень быстро. Попятившаяся от него княгиня только успела умоляюще вскрикнуть: «Нет, не надо, пожалуйста!» – и в следующий момент её опрокинуло на пол. Тело напряглось и выгнулось дугой, точно на дыбе. Арэйсу раскрыла рот, царапая ногтями пол. Безмолвный крик застрял где-то в горле.

– Нет! Нет, я не хотел… – Осознав роковую ошибку, Аурелий бросился к ней.

Как по команде тело княгини обмякло. Рвано хватая воздух, Арэйсу свернулась на полу калачиком, её мелко трясло от рыданий.

– Простите меня… простите меня… – Этот хриплый голос совсем не походил на тот, каким она обычно разговаривала. Княгиня плакала беззвучно, не поднимая головы и не шевелясь.

– Арэйсу… – упавшим голосом произнёс император, не зная, что сделать.

Та, заметив движение, отшатнулась. Шиа, потерянная, молча соскользнула с кровати, обнимая Арэйсу и помогая ей подняться.

– Это я виновата, – ответила она, понуро смотря на Аурелия. – Я вынудила её оставить меня наедине с графиней.

– Идиотка! Как ты могла?! – в бешенстве всплеснул тот руками. – Ты слишком легкомысленно к этому относишься! С этого дня я запрещу Арэйсу вообще когда-либо выпускать тебя из поля зрения.

– Издеваешься? – немедленно возмутилась эльфийка. – Я что, даже помыться теперь одна не смогу?!

– Да, даже так!

– Ты не можешь этого сделать без моего разрешения!

– Нет, это ты не понимаешь, насколько всё серьёзно! Быть со мной – это не только красиво жить, не только обладать властью! Это ещё и необходимость подчиняться многим правилам, в том числе касающимся безопасности. Я ей прикажу, и ты не сможешь ничего сделать! – В своём неистовстве Аурелий казался Шиа чужим. По крайней мере, ещё никогда он не разговаривал с ней таким образом. Однако его злоба, как и прежде, очень быстро сошла на нет. – Шиа, у тебя никто не умирал. А я чуть с ума не сошёл, когда узнал, что на тебя напали, – произнёс он дрогнувшим голосом. – Мне до сих пор иногда снится, как у меня на руках умирает матушка, понимаешь?! Я не хочу, чтобы снилась ещё и ты!

В глазах Аурелия отразилась мука – все те минуты ужаса и боли, которые он пережил, узнав вечером о нападении и не имея понятия, в каком состоянии находится возлюбленная. Вдруг от него что-то скрывают? Вдруг не сообщили самого страшного? От одного предположения об этом сердце сжимал мертвенный ужас.

Осознав его отчаяние, пристыженная, перестала спорить и Шиа. Опустив голову, она тихо тронула Аурелия за рукав.

– Прости. Простите меня. Я думала только о себе. Я не хотела вас так ранить! – Она крепче обняла княгиню, которую прижимала к себе другой рукой. – Я уже пообещала Арэйсу, что больше не буду её прогонять. Я нарушила её первое условие.

Император тяжело вздохнул.

– Ладно. Арэйсу, иди пока к себе, отдохни.

Ни произнеся ни слова, княгиня тут же оставила их наедине. Аурелий сперва крепко прижал к себе Шиа, вдыхая её запах, затем обратил внимание на повязку.

– Сильно ранило?

– Ничего, заживёт. Возможно, будет шрам.

– Как это произошло?

– Похоже, когда я выбегала, графиня Вельц-Шарр зацепила меня иглами.

Аурелий вновь нервно выдохнул.

– Я ей этого не прощу, – тихо прошептал он. – Я не дам им издеваться над тобой, как над матушкой. Будет суд.

* * *

Суд, несмотря на то, что стал сенсацией – даже не столько из-за того, что судили аристократку, сколько из-за конкретных действующих лиц, – собрал не так много публики, как можно было бы ожидать. Отчасти это объяснялось тем, что князь Мешерие заранее дал понять, что не появится на заседании, – решительно отрекаясь тем самым от рода Вельц-Шарров. Поэтому, когда молодую графиню вывели в зал, где должны были вынести приговор, она увидела в основном завсегдатаев иных салонов, заведомо сочувствующих эльфийке, а ещё представителей торгового класса – желающих узреть честный суд над заносчивой элитой. Лишь небольшая толика аристократов из числа её знакомых пряталась по углам, намереваясь стать безмолвными свидетелями её падения.