Мария Суворова – Лилия Для Повелителя (страница 40)

Она не спешила, будто плыла, как по морю. Меня одолевали разные чувства, но страха не было. Я не слышала, что говорил Эйтон, все отошло на второй план. Мое внимание сосредоточено на Тьме. Протянув руку к ней ладонью вверх, я ждала. Чего? Не знаю, просто ждала. И все во мне трепетало от этого ожидания.

Тьма прошла через меня. В меня! Теперь меня окружало не только свечение, но и Тьма парила с ней заодно. Мне было хорошо, спокойно и как-то безопасно. И эта безопасность, спокойствие шло изнутри меня. Безмолвно подбадривала, твердя, что все будет хорошо. Все закончится именно так, как и должно. Но как? К загадкам я была не готова, поэтому все мысли улетучились, не задерживаясь в моем разуме.

Слух вернулся так же внезапно, как и пропал. А, может, он не пропадал, а лишь притупился, потому что я была так сосредоточена, что все остальное казалось незначительным.

— Что ты чувствовала? — знакомый голос раздался совсем близко.

— Не знаю, — пожала плечами. — Я чувствовала себя сильнее. Хорошо. Будто под защитой, и внутренний голос мне твердил, что все будет хорошо. Не могу объяснить это чувство, но оно мне незнакомо.

Преодолев небольшое расстояние, широкими мощными шагами, он притянул меня к себе так сильно, что я не могла даже пискнуть. Не знаю, хорошо ли это, но в его объятиях я тоже чувствую себя в безопасности, и от этого еще больнее осознавать, что я предатель. Он точно не из тех, кто прощает. Он не забудет моей ошибки никогда. Я бы не простила.

— Я научу тебя магии, но мне хотелось бы, чтобы моя Тьма перешла обратно ко мне, янтарная моя, — он произнес это с улыбкой, слышимой в каждом слове. Голос его переливался словно радуга после теплого дождя в летний день, и мне не оставалось ничего, кроме как тоже улыбнуться, сквозь слёзы.

Его поцелуи были напористы, не как обычно. Это была смесь дикой жажды и невероятной нежности. Горячими губами он осушил мои слезы. А потом все мысли испарились, окончательно исчезли из головы, оставив только ощущения и желания.

В какой-то момент я поняла, что он превратился в себя прежнего.

Эйтон был красив, по-мужски прекрасен. Сегодня я разрешила себе признать это. Красивый, сильный, жесткий, ничего лишнего, ни одной детали, которая могла испортить его. Да, он идеальный, но создан точно не для меня.

Не выдержав ту волну эмоций, которая бурлила во мне лавой, приподняла ногу и бессознательно потерлась ею о бедро Эйтона. Он отреагировал, тут же приподняв меня за попу и прижимая к себе так близко, что я чувствовала твердость его тела, его желание и необузданную страсть, которая поглотила нас обоих. Тут же обвила ногами его торс, не забывая тереться о него, как кошка, мурлыча от удовольствия.

От желания прикоснуться к сильному голому телу закололи кончики пальцев. Что же со мной такое?

Не знаю, как мы раздевались, но я клянусь, что пыталась разорвать его рубашку. Услышав смешок, хотела было остановиться, но потом плюнула и продолжила начатое. Пуговицы со звоном отлетали и катились по комнате в разные стороны, причем пуговицы не только от его камзола, но и от моего платья.

Оказавшись без одежды, и, сделав шаг назад, пьяными глазами я позволила себе без утайки любоваться его красотой. Серьезное напряженное лицо, чуть пухловатые губы, которых я раньше не замечала. Вздымающаяся грудь, будто он только что пробежал не один километр, сильные бедра, длинные жилистые ноги. Мой взгляд сам поднялся чуть выше бедер, чтобы получше в свете дня рассмотреть его восставшую плоть. Непроизвольно во рту образовалась слюна, которую как-то очень громко сглотнула. Он был идеален, твердый, я, кажется, отсюда увидела его подрагивание.

Видимо, я залюбовалась, потому что сильное, голое и горячее тело накрыло меня, повалив на кровать.

Эйтон знал, что мне нужно. Целовал мою грудь, играл с сосками, выбивая стон за стоном. Пальцы его добрались до лона, замерли.

Было стыдно за то, какая я была влажная и горячая там. Если это чувствовала я, то он и подавно. Скрыть мое влечение было невозможно, я лишь подалась вперед, давая ему понять, что именно мне нужно.

Прижималась к нему, целуя колючую щеку. Раскрыв бедра, дала возможность моему демону расположиться удобнее. Не медля, он очень осторожно начал входить. Я не могла дышать от ощущения заполненности и дикого необузданного наслаждения. Все во мне ликовало и тянулось к нему. Так точно не было, и не уверена, что мы сможем повторить.

Не сразу, но я поняла, что горело не только мое тело. Горела моя душа, превращаясь в тлеющие угли. От отчаяния, боли и… невыносимого желания, которому не было сил сопротивляться.

Эйтон будто открывал новую меня, страстную, желанную, и просто любимую. Растягивает под себя, не дышу. Наслаждаюсь от остроты ощущений.

Каждый его толчок отдавал сладкой болью, тугой узел будто раскручивался внутри меня. Я приближалась к чему-то. Не сдерживая себя, тянулась к желанным губам, будто нет ничего на свете вкуснее их. Не держала в себе и в голос стонала от переизбытка эмоций.

Не закрывала глаза, любуясь всеми оттенками страсти этого мужчины. Обжигающее удовольствие накрыло меня с головой, неожиданно весь мир потух, чтобы потом закрутится водоворотом блаженства. Я плыла на волнах неги, даже не пытаясь вернуться на землю.

Через несколько толчков к пику наслаждения пришел и демон. Все еще двигаясь во мне, качал меня на волнах эйфории. Дыхание одно на двоих, я слышала, как наши сердца бьются в унисон. Хотя совсем недавно я думала, что у него нет сердца.

Я лежала на его груди, переводя дыхание. Странное наваждение отпускало, сознание постепенно прояснялось.

— Ты околдовал меня? Насильно вызвал желание? — внезапная догадка обрушилась на меня, и я приподняла голову, вглядываясь в глубину его глаз. От мысли, что он мог так поступить, чтобы отвлечь меня и переключить мое внимание, стало больно.

Брови демона удивленно приподнялись.

— Я бы никогда не поступил так, — прошептал он, крепче прижимая меня к своему телу. И мне хотелось верить ему.

— Тогда что это было? — спросила, нахмурившись.

— Любовь? — ласково улыбнувшись и притягивая к себе еще ближе, обескуражил меня.

Он ведь шутит? Но почему тогда сердце болезненно сжалось? Почему мне не хочется, чтобы это было шуткой? Глупая, глупая Лилия!

Как странно получается. Еще недавно я думала, что соблазнение демона — это ужасная идея, и я не смогу с ней справиться. И вот сейчас я понимаю, что предать его, узнать тайны и рассказать его врагам — это невероятная ошибка.

И ведь я не знаю выхода из этой ситуации. Его просто нет. Или попрощаться с бабулей, которая за столько лет стала для меня родной, да она и есть моя родня, единственная. Или забыть мужчину, к которому меня тянет против всех доводов разума.

Секс не решит наших проблем, он притупляет чувства на некоторое время. И вот сейчас, после незабываемого фейерверка наслаждений, чувство вины начинает с новой силой грызть меня изнутри.

Глава 27

Теплый солнечный луч, пробившийся сквозь не задернутые шторы, скользнул по лицу, и, поморщившись, я открыла глаза. Эйтон еще спал, небрежно положив руку на мою талию. Он казался спокойным и умиротворенным, совсем юным. Во сне жесткие черты лица разгладились, смоляная прядь волос упала на лоб. Соблазн прикоснуться к нему, провести пальцами по щеке, покрытой отросшей темной щетиной, убрать со лба упавшую прядку был слишком велик. И неожиданно я подняла руку, протянула к его лицу, но тут же одернула себя.

Сердце неистово билось, отдавая глухим стуком в висках, грудь сжимало в тисках боли. Воспоминания прошедшего вечера промелькнули перед глазами. И меня затошнило от отвращения к самой себе. Что со мной происходит? Как я могла позволить ему прикасаться к себе, как могла наслаждаться близостью с ним? После того, что увидела…

Или всему виной его Тьма, которая странным образом связала нас, затуманила мой разум? В страхе я осторожно, чтобы не разбудить Повелителя, приподняла край одеяла, осмотрела себя и выдохнула: ни свечения, ни темной демонической силы. Тьма вернулась к своему хозяину. И сейчас легкой чуть заметной тенью окружала его фигуру.

Соблюдая тишину, я медленно начала выползать из-под одеяла, придвигаясь к краю кровати. И только мне показалось, что я почти достигла цели, как цепкая рука Повелителя, сильнее сжав мою талию, резко притянула меня в вплотную к обнаженному жару мужского тела.

— Сбегаешь, янтарная моя? — бархатный, чуть хрипловатый со сна голос, заставил мое предательское сердце замереть на мгновение, чтобы затем пуститься вскачь с новыми силами. В синих глазах светились искорки смеха.

И когда он успел проснуться?!

— Нет, я просто… — хотела сказать, что собиралась умыться в ванной комнате, но ком, подступивший к горлу, не дал договорить. Выпутавшись из его объятий, я села на кровати.

— Он жив, если тебя это волнует, — вдруг сказал Эйтон, тоже садясь рядом со мной. Одеяло сползло с его груди, остановившись в районе бедер.

— Что? — застигнутая врасплох, я не сразу поняла, о чем он говорит.

Слегка усмехнувшись, демон почти неуловимым касанием провел кончиками пальцев по моей щеке. Мурашки не заставили себя долго ждать, пробежавшись щекотной волной по всему телу.

— Тот парень, светлый, — пояснил он, внимательно вглядываясь в мое лицо. — Я не убил его, как ты наверняка думаешь. Но возможно лишь потому, что ты остановила меня.