Мария Суржевская – Академия (СИ) (страница 67)

Не обращая внимания на мой насупленный вид, Эш отошел к холодильному шкафу и принялся выставлять из него колбасы, сыры, мясные закуски и фрукты. Расставил деликатесы на столе и поманил меня пальцем.

— Не стой столбом, Аддерли. И хватит смотреть на меня так, словно стоит тебе шевельнуться, и я на тебя наброшусь. Не переживай, девушек в академии достаточно, мне хватит. Поешь, я не хочу, чтобы окружающие упрекали меня в дурном обращении с… помощницей по хозяйству.

Он ехидно усмехнулся и уселся в кресло, раскрыв книгу. Я еще потопталась, не понимая, что делать, и косясь на хозяина комнат. Но Вандерфилд, похоже, потерял ко мне интерес. И это почему-то огорчило. Пытаясь не показывать обиду, я выбрала на столе персик, съела. Эш продолжал с заинтересованным видом читать. И даже страницы переворачивал, гад!

Я взяла второй фрукт, Эш закинул ногу на ногу.

Окончательно расстроившись, я ушла в ванную и хлопнула дверью. Посмотрела на себя в зеркало — глаза блестят от слез, а губы почти дрожат. И почему? Потому что Вандерфилд поступил так, как я и хотела. Оставил меня в покое!

— Идиотка, — прошептала я, открывая кран. — Просто ненормальная. На что ты рассчитывала? Все… правильно!

Плашмя ударила рукой по водяной струе, брызги оросили лицо. Внутри надулась обида — глупая и нелогичная. Надо приниматься за работу. И уходить. Соберись, Тина!

Я снова в сердцах ударила по латунному крану и вскрикнула, когда в ответ брызнул фонтан воды. Вскрикнув, я повернула вентиль, но он отскочил, оставшись в моей ладони. А следом вылетела и трубка, зато вода продолжила течь. Да что там. Бить с таким напором, что я не удержалась — поскользнулась и рухнула на плиточный пол. Ойкнула от боли в ноге и тут же меня окатило сверху. Ледяной водой. Да что это такое. Сколько можно-то?

— Ты что творишь? — ошарашено спросил Эш, возникая в двери. Окинул одним взглядом и разворочанный кран и меня — мокрую и дрожащую.

— Я не хотела. Он сам!

Вандерфилд сказал то, что не положено знать ни аристократишкам, ни приличным девушкам, как я.

— Отойди!

Я отползла, потому что нога дергала и болела, не давая подняться. Вандерфилд попытался закрыть кран, но не тут-то было. Струя воды словно взбесилась, заливая все вокруг. Внутри стен раздался глухой гул, все увеличивающийся и пугающий.

— Давление внутри труб растет! — крикнул Эш.

— Может, заткнуть полотенцем? — растеряно предложила я.

Он хмыкнул.

— Ну да, еще свои ленточки от косичек предложи. Девчонка!

Я попыталась обидеться, но новый поток ледяной воды, промочивший до нитки нас обоих, заткнул мне рот.

Эш помотал головой, фыркнул по-кошачьи, отошел на шаг. Прикинул что-то. И выкрикнул заклинание. Труба, торчащая на месте крана, закашляла в ответ, выплюнула кривую прерывистую струю и затихла.

Вандерфилд присел возле меня.

— Что с ногой?

И как только понял, удивилась я.

— Ударилась. Ничего страшного. Я сейчас встану… ой!

Выполнить это не удалось — при новой попытке опереться на лодыжку, тело прострелила боль.

— Не дергайся, — произнес Вандерфилд и поднял меня на руки.

Дергаться? Да я от шока едва дышать могла. Белобрысый сноб поднял меня на руки? Меня?

— И прекрати так смотреть. Раздражает.

Я не послушалась, продолжая таращиться в лицо парня. Его светлые волосы потемнели от воды и рассыпались на тонкие пряди. Как тогда… на реке. Кажется, и у него возникла та же картинка в голове, потому что взгляд Эша стал холодным и отстраненным.

Он опустил меня на край дивана, быстро ощупал ногу и отошел.

— У тебя обычное растяжение, ничего страшного. Надо наложить обезболивающую мазь и перевязать. Я сделаю.

— Ты разбираешься в лекарском деле? — снова изумилась я.

— У студентов с уровнем выше красного это обязательный предмет, — хмуро отозвался Эш. — С таким потенциалом мы запросто можем убить или покалечить. И должны знать, как этого избежать. Ну, или оказать помощь, если потребуется. Тебе надо снять одежду и согреться. Я дам тебе… что-нибудь.

Вернулся с одной из своих рубашек, и я улыбнулась.

— Я скоро их все перемеряю.

В глазах Эша что-то блеснуло. То ли предвкушение, то ли ожидание… и стало горячо. Но голос его прозвучал спокойно.

— Вряд ли. У меня их слишком много.

Я засмущалась, не зная, как переодеться, и Вандерфилд разозлился.

— Я уже все видел, если ты забыла, — резко бросил он. — Так что снимай свой балахон, живо. А мне надо найти смотрителя и мастера, чтобы починить кран. Моя заглушка долго не удержит такой поток.

Резко отвернувшись, Вандерфилд скрылся в спальне, а уже через пару минут вышел в сухой одежде. Бросил на меня быстрый взгляд и ушел.

А когда вернулся, я сидела замотанная в плед до самого носа. Смотритель крыла — незнакомый мне упитанный мужчина, качая головой и таща за собой работника в форме ВСА, скрылся в ванной. Эш отправился с ними, и я услышала их возбужденные голоса.

— Ничего не понимаю! — восклицал смотритель. — Трубу просто разорвало, вы понимаете?

— Излишнее давление? Но откуда ему взяться?. Очень странно… — прогудел мастер.

— Это крыло возводили по проекту Хельмота Дьорса, вы слышали о нем? На стройматериалы гарантия в сто лет. Внутренние трубы с улучшенным составом металла, защитой от коррозии и заклинанием повышенной износостойкости! — возмутился смотритель. — Мы ведь понимаем, кто именно проживает в этом здании. Но вы только посмотрите на этот кран. А труба? Ее же просто разорвало, как будто изнутри выгрызал дикий зверь. Как такое возможно? Вы когда-нибудь такое видели?

Мастер отрицательно загудел в ответ. А потом в ванной снова булькнула вода, звякнули трубы…

Я почесала нос и чихнула.

— Не вздумай заболеть, — приказал Эш, возвращаясь ко мне с бинтами и остро пахнущей мазью. Присел рядом, не церемонясь, вытащил из-под пледа мою ногу и принялся перевязывать.

— А то полы будет некому мыть? — пролепетала я.

Он поднял голову, посмотрел в глаза. Расширились и сузились — словно вздохнули, зрачки… И я смутилась. Эш смотрел, поглаживая мою ногу поверх бинта. И кажется, не осознавал, что делает…

Понял и ладонь убрал.

— Что случилось с краном? — просипела я, пытаясь разрушить опасную тишину.

Вандерфилд моргнул и поднялся. Пожал плечами.

Через полчаса смотритель и мастер покинули комнаты, не переставая удивляться и возмущаться. А я осталась. И тут со всей неотвратимостью встал вопрос, который мучил меня все это время.

Я не знала, как добраться до своей комнаты. От мази лодыжка болела меньше, но при попытке опустить ногу на пол и встать, отозвалась острой болью.

— Что ты делаешь? — разозлился Эш.

— Пытаюсь идти. Не могу же я сидеть на твоем диване до утра!

— Еще как можешь. За ночь мазь подействует, тогда и уйдешь.

— То есть? — не поняла я.

— То есть ночевать ты останешься здесь, — отчеканил Вандерфилд. — И это не обсуждается.

Я открыла рот. У него? Ночевать? Да ни за что!

Глава 29

Понятия не имею, как я на это согласилась!

Хотя у меня просто не оказалось выбора. Пройти самостоятельно несколько коридоров и лестниц я не смогу, а мою просьбу позвать Томаса Вандерфилд демонстративно проигнорировал. Да и вряд ли мне помог бы щуплый первокурсник. С его помощью я могу доковылять, конечно, но нога этому не обрадуется и лишь сильнее распухнет.

Так и получилось, что я осталась на диване Вандерфилда. Он снабдил меня подушками и ещё одним одеялом, сухо кивнул и ушел в спальню. Сквозь приоткрытую дверь я видела Эша, сидящего в кресле с книгой. Хотелось спросить, что он читает с таким интересом, но я промолчала. Вандерфилд и так сегодня возится со мной весь вечер, наверняка, ему это надоело. Поэтому и хмурится.

К тому же, за окнами давно ночь.

Я свернулась под пледом. В соседней комнате раздались шаги, щелкнул выключатель. Мягко прошелестело постельное белье, принимая в объятия тело Эша…