Мария Шумская – Правила игры (страница 20)

"Ну ахуенно, она на ногах еле держится!" – думал он и уже не обижался, что она отвечает на его сообщения односложно. "Удивительно еще, что в кнопки попадает и не ошибается. Вот женский пол, и не подумал бы, что она пьяная в дюпель мне отвечает!". Честно говоря, о подарке и думать забыл. Старался держаться от них подальше, иначе не удержался бы и уронил бокал. Прямо ему на голову! Но нельзя, нельзя, это слишком тупо. Только ему на руку и всей этой шобле-ебле. Ни одна скотина не видит, что происходит, ни одна мразь не скажет, что ей хватит уже, пора домой, к маме, пока совсем хреново не стало. И ведь даже родителей нет, куда, сука, смотрят! Она ж тут одна, а вокруг только восемь разновидностей сукиного сына. И он, связанный по рукам и ногам своим паршивым маскарадом, нищим прошлым и сомнительным, в высшей степени сомнительным настоящим!

Ну вот, пишет, что все под контролем. "А как ты можешь меня увидеть? Ты ж опять не пришел, я вот тебя не вижу! Всем, знаешь ли, пофиг, кого хочу – того и зову. На тебе не написано, что ты детей в соцсетях разводишь. Или я не разглядела?" Язва! Такую тираду настрочила – значит, пока соображает, уже кое-что. Но каков этот хрен! У самого уже руки дерганные, язык на плече, стенку своей кривой спиной подпирает. Ничего, еще поквитаемся, мой выход!

Подарок вынесла уступчивая Диана, он уже не мог собой владеть и боялся подходить близко к этому уроду. "Вот же сучка малолетняя, такой парень за ней ухаживает, а она надралась с этими прыщавыми недоносками! Где справедливость?" – думала Диана и холодно, но с профессиональной вежливостью поздравила "сучку" с днем рождения от известного ей лица. Девки сразу ощетинились огоньками камер, ведь подача была эффектная: музыка с бала из фильма Бортко "Мастер и Маргарита", потухший свет, яркие огни, мрачная и царственная Диана со зловещим, как договаривались, голосом. Даже аниматоры офигели от таких фокусов. А какой букет! Все пощупали, все погладили, именинница рта не успела раскрыть, как розы ушли работать на фотозону. Теперь каждая гостья похвастается длинными, с себя ростом, розами. Ну а именинница их даже не подержала. Про нее на время цветочного ажиотажа все забыли. Она же завороженно смотрела на шахматы, гладила их тонкой, как будто чужой рукой. "Ах да, еще же письмо!" В голове все смешалось, как в доме Облонских. Подступала тошнота. В висках бесконечно, зациклено отбивало полночь, так что карета с треском ломалась в тыкву, разбегались мыши и щелк-щелк-щелк. Это каблуки! Ее, но как будто издали, и ноги проваливаются в лед полыньи, все тает, весна же. Весна, весна, весна! Мокро и скользко. Ручей? Вода? Чьи-то руки срывают крючки на платье, полночь-то позади, оно тает и тает, уже грязно-белое, как последний вчерашний снег. Еще чуть-чуть и проталина. "Нет!", утонувшее в складках рук. Тошнит так, что уже взахлеб.

"Ах ты пидор!" Уже и майские громы? "Иди сюда, блядь!" Хлоп! Спустилась по стеночке, ничто не держит. Мокро. "Я тебя убью, мразь!" Чо такое вообще? "На телефончик снял? Ну я тебе сейчас этот телефончик…" Дальше следовали такие подробности, что Марта отключилась. Не подобает ей, приличной девушке, слушать… "Где я?" – не могла связать одну мысль с другой. И застежки тоже не сходились. Где тут унитаз?

Музыка там играла так громко, что "здесь", тоже очень громкое, никто не слышал. Миша давно свалил, ему эти проблемы даром не нужны. "Скажу, что вышел покурить, и ничего не видел. Пусть лучше за курение влетит, чем это вот все". Вода на полу смешалась с кровью. Из разбитых губ, глаз и носа. Рома даже не ударил в ответ, сам был в нулину пьян. Он даже не видел, кто. Не успел увидеть, глаза уже заплыли к тому моменту, как он понял, что ночь любви превратилась в ночную битву. Эмиль же двигался очень быстро. Жалкий вид противника вовремя его остудил. "Жив хоть?" Его интересовала статья, а не состояние здоровья потерпевшего. "Хер с ним! А вот тебе, пьющая красавица, пора на выход!" Он умыл, одел, подождал, пока утихнут первые спазмы рвоты. Потом еще будет, но это уже на улице, времени нет. Накинул свою куртку. За ее вещами нельзя – спалятся. Хорошо, телефон взяла. Вышли на мороз через черный ход. Ну как вышли? Он ее нес, она ничего не соображала. По пути остановка – опять тошнит. На морозе постояла, немного пришла в себя. На чулках неровные стрелки. На глазах черные дорожки туши. Прическа слиплась в один здоровенный колтун. Кулончик, папин подарочек, потерялся где-то на задворках туалета. Каблуки предательски подгибались. "Так вот, как выглядит пиздец" – подумала она и усмехнулась размазанным ртом.

–

Ты кто?

–

Ну как тебе сказать? Идеи есть?

–

Неужто ты?

–

В этом нет никакого сомнения. Я – это я и никто больше.

–

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.