Мария Шипилова – Янтарный песок (страница 12)

– Альварс не хочет, чтобы я была здесь, – призналась Инесе. – Он, конечно, прямо не выгоняет меня и не выгонит, но я вижу, он с трудом переносит мое присутствие. Однако я не уеду, пока не увижу своего внука. Я не помню, как держала на руках маленького Альварса, но хочу подержать его ребенка. Если уже начали говорить по душам, то позволь и мне спросить, как у тебя складываются отношения с моим сыном?

Перед глазами Ады тут же всплыло лицо Елены, но молодая женщина не нашла в себе сил сказать правду.

– Мы не всегда находим общий язык, – призналась она только.

– Не бойся Альварса, – посоветовала свекровь. – Он выглядит как гранитная скала, на самом же деле очень уязвим.

Когда женщины вернулись домой, между ними установилась если не дружба, то более теплые и доверительные отношения. Лежа в своей постели поздним вечером, Ада ждала – придет муж или нет. Он не переступил порог ее комнаты.

12

Страдания матери Анны прекратились в конце ноября, и девушка с ужасом осознала, что испытывает облегчение, будто тяжкий груз упал с души. В то же время она чувствовала растерянность. Что теперь делать? Анна так долго мечтала о свободе, но обретя ее, не знала, как поступить. Братья учились в закрытой школе и не нуждались в постоянной заботе и опеке сестры, а больше у нее никого не было.

На похороны приехал Марис и был трогательно нежен с девушкой. А еще тетка – родная сестра матери, из Петербурга. Она и стала доброй феей для племянницы. Сразу после печальной церемонии Надежда Константиновна вернулась с Анной в опустевший дом. Усадила девушку за стол, налила ей стакан чая, положила теплую ладонь на плечо и… предложила погостить у нее месяц – другой.

– Тебе нужно отвлечься, милая, – сказала она. – Ты молода, а уже взвалила на свои плечи такую ношу. Я живу одна и буду рада компании.

Анна согласилась, не раздумывая, потому что не могла оставаться одна в этом доме, тем более, впереди холодная, мрачная зима.

В начале декабря Анна уже была в Петербурге. Она чувствовала себя героиней романа – провинциальная девушка приезжает в северную столицу с двумя поношенными платьями в чемодане и наивностью ребенка. Все восхищало ее – каналы, обрамленные величественными дворцами. «Шереметьевский дворец, Шуваловский, Юсуповский», – рассказывала Надежда Константиновна во время прогулки, и Анна с замиранием смотрела на эти строгие и в то же время роскошные строения. Девушка не только любовалась фасадами, но побывала в дворцовых залах, приходя в восторг от будуаров, парадных столовых, роскошных гостиных с гобеленами, античными скульптурами, хрустальными люстрами, антикварной мебелью.

– Мне кажется, в такой обстановке могли жить только особенные мужчины и женщины, – поделилась впечатлением Анна после посещения Юсуповского дворца.

– Глупости! Ты ни чем не хуже княгинь, которые здесь жили. Посмотри на себя, – и тетя подвела Анну к старому зеркалу в вестибюле дворца. – Какие у тебя привлекательные черты лица, какие длинные волосы, здоровые румяные щеки: ты настоящая красавица.

Девушка смутилась.

– Я, признаться, не чувствую себя красавицей. Не могу обратить на себя внимание мужчины.

– Ты о мужчинах в целом говоришь или о конкретном?

Анна покраснела.

– Уж не тот ли нескладный парень, что был на похоронах, волнует твое сердечко?

– Тетя! – лицо Анны вспыхнуло такими красками, что женщина все поняла.

– Он производит впечатление хорошего, доброго человека, – сказала Надежда Константиновна, глядя на племянницу. – Но я надеюсь, тебя ожидает более достойный кавалер.

Через несколько дней после этого разговора тетя и племянница пили чай на небольшой, но уютной кухне Надежды Константиновны.

– У меня для тебя предложение, – услышала Анна. – В субботу мой старинный приятель – Иван Сергеевич, приглашает нас в Михайловский театр. Надеюсь, ты не против?

– В театр?! Конечно, нет! Как я могу быть против?

Племянница порывисто обняла родственницу. Эта женщина окружила ее заботой и вниманием, открыла ей мир, полный необыкновенных впечатлений.

В преддверии похода в театр тетушка повела Анну по магазинам. Девушка не помнила, когда в последний раз ей что-то покупали, поэтому очень волновалась. Специально к этому вечеру было приобретено нарядное платье и теплое пальто с меховым воротом, кроме этого – повседневные юбка, блуза, брюки. Все было новое, красивое, и, когда Анна примерила вещи дома, почувствовала себя очень привлекательной.

Иван Сергеевич заехал за дамами в субботу вечером. Это был мужчина уже перешагнувший пятидесятилетний рубеж, седой, грузный и довольно представительный. Тетушка познакомила его с племянницей. Анна дрожала от волнения. Она чувствовала себя такой нарядной, как никогда в своей жизни. И она ехала в театр! Все в ней трепетало, когда Иван Сергеевич набрасывал ей на плечи новенькое пальто, открывал перед ней дверь, помогал сесть в автомобиль. Во время спектакля трепет Анны не унимался. Она была поражена роскошью постановки, игрой актеров. Когда они выходили из театра, повалил снег. Крупные хлопья, словно перья из разорванной подушки, летели с темного неба. В свете фонарей укутанное снежной шалью здание театра производило неизгладимое впечатление. Все было как в книгах, которые давал читать Марис. Иван Сергеевич отвез их с тетей домой, и девушка еще долго не могла заснуть, вспоминая пережитое.

Спустя какое-то время приятель тети пришел на ужин. Надежда Константиновна была особенно любезна с гостем, предлагала ему закуски и дорогой коньяк. Иван Сергеевич рассказывал много интересного о культурной жизни города, об актерах и художниках, с которыми был знаком. В общем, вечер прошел довольно приятно. На неделе Анна выбралась из-под опеки тетушки и посетила Русский музей. Гуляя по залам, она неожиданно встретилась с Иваном Сергеевичем. После совместного осмотра картин, он пригласил девушку в кафе, и она не могла отказать, таким любезным он был. Однако разговор ей не очень понравился. Собеседник Анны с обсуждения живописи перекинулся на рассказ о своей жизни, делая упор на то, что давно овдовел, и сердце его находится в ожидании новой любви. Девушке стало неловко. Она заспешила домой, мужчина вызвался подвезти.

Постепенно у Анны возникло чувство, что она потеряла свою недавно обретенную свободу. Сначала опека тетушки, а затем и назойливая забота Ивана Сергеевича воспринимались как само собой разумеющееся, ведь она только приехала в Петербург, была совершенно не искушена и, как птенец, нуждалась в присмотре взрослых. Но сейчас она освоилась в городе, и столь пристальное внимание стало ее тяготить, тем более Анна привыкла самостоятельно принимать решения и заботиться о себе. Ей не хотелось обижать Надежду Константиновку, приютившую ее, только поэтому она терпела внимание и наставления ее приятеля.

Анна читала в своей комнате, когда к ней вошла тетя.

– У меня отличные новости, – объявила она. – Иван Сергеевич приглашает нас осмотреть его дачу в Лисьем носу. Там только сделали ремонт, и мы будем первыми гостями, которым предстоит оценить обстановку.

– Может, вы поедете одна, что-то я себя неважно чувствую, – сказала Анна намеренно слабым голосом.

– Что ты! Иван Сергеевич так рассчитывает на твое мнение! Он будет очень огорчен. И я, конечно, тоже.

Анна вздохнула. Сегодня ей позвонил Марис. Он приехал на конференцию на два дня. Девушка так рассчитывала на встречу с ним. Ей очень хотелось увидеть дорогого друга, а также показаться самой – не замарашкой, какой он привык ее лицезреть, а в новых нарядах, полную ярких впечатлений.

– Марис в городе, – назвала истинную причину Анна. – Он приехал всего на пару дней, мне бы очень хотелось с ним встретиться.

– Милая моя, ты можешь видеться с ним хоть каждый день, когда вернешься из гостей. А сейчас порадуй своим вниманием тетку и ее старинного друга.

Девушка сдалась. Что ей еще оставалось делать.

Празднуя победу, Надежда Константиновна принялась наряжать племянницу. Она заплела ее волосы, чтобы эффектно смотрелись с меховой береткой, которую она ей купила. Дала жемчужные серьги, повязала на шею шаль. Однако когда Иван Сергеевич заехал за ними, у Надежды Константиновны подскочило давление, и она никак не могла ехать с ними. Анна сказала, что останется дома и будет за ней ухаживать. Женщина, до этого обессилено лежавшая на диване, встрепенулась и буквально вытолкала племянницу за дверь, сказав, чтобы она развлекалась и не обращала внимание на старую тетку. Без всякого желания Анна поехала с Иваном Сергеевичем. Погода, сырая и слякотная, соответствовала настроению девушки. Иван Сергеевич, похоже, не замечал молчаливость своей спутницы. Всю дорогу он шутил, смеялся сам и поддерживал оживленную беседу за двоих.

Загородный дом или дача, как называл Иван Сергеевич, оказался в приятном месте, окруженном соснами. Внутри все было оформлено, как в домах эпохи викторианской Англии: на стенах картины на тему охоты, плотные шторы на окнах, дубовая мебель, камин. В другой ситуации Анне понравилось бы все это, но сейчас тревожное чувство не покидало ее. Мужчина приготовил небольшой фуршет для двоих. Откупорил шампанское. Анна чуть пригубила шипучую влагу и съела пару виноградин.

– Что же вы не пьете?! – воскликнул Иван Сергеевич и чуть ли не силой приблизил бокал к губам девушки.