Мария Шабалина – Нулевой рубеж. Начало (страница 3)
Помывочная представляла из себя две небольшие комнаты. В одной из которых была раздевалка, а во второй сама душевая кабинка. Войдя в раздевалку, требовалось вставить специальную электронную карточку в автомат. Он считывал с нее информацию о владельце, фиксировал посещение, а затем списывал с карточки часть электронных денег. Да уж… обдирал он знатно! Следом ты раздевался, нажимал кнопку на автомате, при входе, и двери душевой открывались. С этого момента таймер начинал отсчет времени. Через 5 минут вода прекращала литься. Но знаете самые интересные удивительное было не это.… А то, что за такие огромные деньги, там, по сути, приходилось мыться фактически сточными водами. А именно, вторичный водой с шампунем и мылом, которая стекала к нам после мытья наших господ. Наша вода была непрозрачная, а мутная. Нам всегда доставалась только самое плохое с верхов – остатки и объедки. Конечно же, на всё была причина, а с водой причина только одна – ее малое количество. Вот поэтому нам и доставляли ее такой грязной и лишь чуть- чуть разбавленную чистой. Однако же, тот, кто придумал эту схему, совершенно не считал, что это какая-то дискриминация других людей и, в общем, неправильно. Наоборот, предполагалось, что это вода уже автоматически хорошая и с антибактериальным мылом, которое нам, кстати говоря, неблагодарным людишкам, достается абсолютно бесплатно.
Знаете, в этом случае я всё-таки соглашусь с нашим правительством и скажу, что да, шампунь и мыло нам практически не требовалось, так как моющего вещество после помывки покрывало аж все тело. Выходили мы из этого так называемого душа с ощущением пенки на теле. Да еще и распыление антибактериального спрея, будь он неладен, не добавляло удовольствия. В результате кожа стягивалась окончательно и переставала дышать.
А как же мне порой хотелось соскоблить всё это и помыться не 5 минут по лимиту, а может и 20 и 30 и не раз в 2 недели, а каждый день. Ходили слухи, что там у них наверху есть целый бассейн, где море воды, где можно не просто мыться с мочалкой, а плавать исключительно ради удовольствия. Удовольствие – это, наверное, такое слово, которое было просто непонятно нашим людям и чуждое. Мы знали только одно слово- долг. В этом и заключался смысл нашего существования: приносить пользу, выполнять свои обязанности и быть благодарным за то, что мы ещё живы. Разумеется, все были благодарны, но чувство несправедливости и не равноправия не могло не засесть в голове. Я просто порой задумывалась обо всем этом и не понимала, как так можно давать одним всё, а другим оставлять одни отбросы.
Наверное, наш парк был одним из немногих, а может даже единственным, в котором я наедине с собой или подружками могла в редкие часы отдыха просто посидеть, расслабиться, помедитировать и по наслаждаться красотой. Хотя, иногда я думала, как же пахнут настоящие цветы, как летают живые птицы, как течет горная река? Хотелось понюхать и ощутить всю природу по-настоящему. И мне кажется, если бы я оказалась в поле ромашек, я бы сидела в нём целую вечность, вдыхая непревзойденный их аромат, наблюдая полет пчел, лицезря сменяющиеся закаты и рассветы. Но нет, это были для нас несбыточные мечты, хотя… одна мечта всё-таки могла сейчас сбыться – участие в отборе!
* * *
Ещё один день на работе, и послезавтра весь город, наконец, узнает о выбранных кандидатурах. А вдруг я о себе слишком много думаю и на самом деле я никакая не талантливая и не достойная этого места? И я так и останусь, до конца жизни, продавщицей в системе общественного питания и буду жить в своей 5 метровой комнате. Неужели я ничего не достигну, и все мои усилия пройдут даром? Нет, нет, надо гнать эти мысли прочь, сейчас надо ждать и надеяться на чудо.
Вечер сменило утро, и тусклые лучи искусственного света осветили мою комнату. Моя комнатка площадью не больше 5 квадратных метров располагала односпальной раскладушкой, железными полками для вещей и палкой, зажатой между стенами, служившей подобием шкафа для одежды. А у небольшого треугольного окна стоял железный стол и пластиковая коробка, служившая стулом. Туалет был в местах общего пользования, около 30 на каждом этаже. Половина из них располагалась в одном конце этажа, а другая в другом. Но так таковой процедуры умывания и чистки зубов у нас просто не было. Все это заменяло обеззараживание. Для его осуществления требовалось заходить в специальную кабинку, которая располагалась перед каждым блоком туалетов. Стоило зайти внутрь, как срабатывал датчик, который давал сигнал к началу очистки, и из специальных форсунок выходил газ, в момент заполнявший всю кабинку. В результате с зубов сходил налет, уходил пот с тела, и наступало чувство бодрости. И всё бы это было хорошо, если бы только не огромные очереди. Хорошо, что меня это не коснулось, и я проходила очистку на час раньше остальных. Обычно на работу все приходили к 9, а я к 8. По мне лучше встать на час раньше остальных, чем простоять полчаса, в бестолковой очереди сходя с ума от разрыва мочевого пузыря.
К сожалению, процедура антибактериальные очистки была обязательна. За не прохождение ее, человека ждал внушительный денежный штраф, в результате которого вы бы не смогли приобрести что-то необходимое – поесть, помыться или отказ в медицинской помощи.
* * *
Говорят на земле, раньше, самый плохой едой считался фастфуд, но по сравнению с нашей пищей… фастфуд был божественен. Мы не знали, что такое жевать еду, вдыхать ее запах и как пользоваться вилкой.
В нашем меню было лишь два блюда- таблетки и порошковые коктейли. По словам правительства, это была вынужденная мера, и мы не могли питаться иначе.
В мире больше не осталось животной и растительной пищи, и полностью химическая еда оставалась единственной надеждой на выживание.
Моя работа заключалась в смешивании химических порошков и получении из них готовых блюд. У нас были таблетки с ароматом мяса, овощные, со вкусом выпечки, шипучий суповой коктейль, молочный, кефирный коктейль и фруктовые таблетки. Выбирай любую, ни в чём себе не отказывай!
В общем, все это было омерзительно, и я с первого дня ненавидела и свою работу, и эту пищу. Хотя, многим мне очень завидовали. Считали, что я выиграла лотерейный билет и большая счастливица, ведь объедаться этими химикатами мне можно было неограниченно. Фу-ууу… больно нужно, ешьте их сами на здоровье, а меня от них тошнит!
Сами подумайте, как может таблетка со вкусом сочной говядины и шипучий молочный коктейль заменить настоящие продукты?
Придя в нашу столовую один раз в неделю, вы могли выбрать 2 таблетки с разными вкусами или 1таблетку и 1 коктейль. Сытость еда давала на неделю. Однако, даже если вы и проголодаетесь, добавки не последует.
Да и это порция давалось далеко не бесплатно, а стоила приличных денег.
Нас всю жизнь учили, что все меры, которые приняты, и все правила нового мира, просто необходимы для выживания и если бы не они, мы бы не выжили.
А интересно, наша элита тоже ест таблетки?
По их словам у нас полное равноправие во всем. А так ли это? О-очень сомневаюсь в этом….
Глава 4
Сегодняшнее утро казалось каким-то особенным. В нём, в отличие других дней, в воздухе витала что-то новое… – надежда!
Многие люди ждали это дня еще с ночи. Считали оставшиеся часы, а сейчас уже и минуты до оглашения результатов.
Казалось, эти один час пятьдесят минут на работе тянулись целую вечность. Я периодически бегала из стороны в сторону, всё время поглядывала на часы и не находила себе места.
И вот я тут – стою на главной площади, в первом ряду, и жду прямой трансляции.
Ровно в 10:00 экран загорается и в нем появляется наш звездный комментатор новостей.
– Здравствуйте, жители! Сегодня мы отмечаем целых 2 события – открытие здания Алмаза и начало отборочного конкурса среди девушек на должность секретаря премьер-министра. Вы готовы?
А-а-а – завизжала в ответ толпа, и кто-то даже присвистнул.
– Тогда-а-а… начинаем, раздался задорные голос ведущего и все замерли. Нет, нет, так не пойдет – спустя небольшую паузу продолжил он. – Вы что затихли? Я вас не слышу.
А-а-а – загудела площадь, словно улей пчел и ведущий продолжил:
– Так, так-то лучше! И первое имя… – очередная вечная пауза и мое сердце готово вырваться из груди.
– Меган Ротеншер! – зрители кричат от восторга, и имя кандидатки появляется красными буквами на огромном экране.
Следом звучат еще 7 имен, и ни кто не знает, какое из них последнее…
– Хлоя Финиган. – звучит 9 имя и мне становится ну уж совсем обидно… слышать имя близкой подруги.
Ее взяли, а меня нет, что это такое? Где справедливость? Мм… с досады я топаю ногой об мостовую и с обиды сильно поджимаю губы. Я больше не смотрю на экран и даже собираюсь уйти с площади, как… «Эмили Харисон!» – раздается, будто в тумане голос ведущего.
Не в силах поверить своим ушам – я поднимаю голову и смотрю на экран… и там мое имя. Мое! Они взяли меня! Счастью нет предела, и тут звучат слова ведущего, прерывая мой омут счастья.
– Вот и все. Это было последнее имя. Поздравляю всех девушек с победой, и мы вас и всех зрителей ждем ровно через час на этом же месте. Удачи вам и до скорой встречи, – сказал ведущий и экран погас.
Покинув площадь я не могла поверить в случившиеся- я и участница, да еще и лучшая подруга рядом со мной. Хотя, это не лучшая новость. Как я могу соревноваться с ней? Она же мне как сестра, а тут борьба. Да и на кону то, что хотят все. Как же быть? Сойти с конкурса, уступить место? Нет, это не разумно. Да и почему я должна ей уступать? Борьба значит, пусть так, только я за честное соревнование и пусть победит сильнейший. Надеюсь, она думает так же.