Мария Селькова – Собирая осколки (страница 6)

– Пора мальчику узнать правду. Неведение усиливает тревожность.

– А если он замкнется совсем?

– А вас не насторожило, что за всю дорогу до центра мальчик так и не спросил про свою мать? Он уже догадался, что случилось неладное.

– Вам виднее. Из полиции приедут через час, чтобы его допросить. Это их обязанность – сообщать о смерти.

Время тянулось для Хидео невыносимо медленно. Сидя на кровати и обняв колени, он пытался вспомнить, как выглядела его мама два года назад. Чем сильнее он старался, тем туманнее становился образ. Тогда Хидео сосредоточился на том, как встретит ее сейчас, что ей скажет, как крепко к ней прижмется.

Мечтания прервал стук в дверь: психолог Окада пришла за ним, чтобы проводить в свой кабинет. Там, расположившись в кресле, подростка ждал старый знакомый – лейтенант Накагами.

– Здравствуй, Хидео.

– Здравствуйте, Накагами-сан. – Парнишка опустился на серый диван. Рядом с ним села психолог. Хидео посмотрел сначала на Окаду, потом на полицейского:

– Мама не придет, да? – Вопрос прозвучал с осознанием неизбежного. До конца разговора парнишка больше не взглянул ни на кого из присутствующих.

– Хидео. – Лейтенант все утро эмоционально готовился к встрече. Обычно он сообщал родителям о смерти ребенка. Но сегодня впервые говорил с подростком о смерти его родителя. Слова давались с трудом. – Твоя мама не сможет прийти.

– Скажите мне, что случилось?

Со своего места Накагами наблюдал его взгляд в пустоту. Сейчас Хидео больше напоминал взрослого, чем подростка.

– Семь недель назад у твоей мамы случился сердечный приступ. Врачи не смогли спасти ей жизнь.

Подросток зажмурился и обхватил руками голову.

– Семь недель… Я должен был вернуться раньше. Я опоздал… на семь недель… – Он тяжело дышал. Провел руками по волосам, и в ладонях осталась золотая прядь. – Это все из-за меня… Мама.

Психолог поспешила успокоить Хидео, но он оттолкнул женщину.

– Вы не понимаете, это я виноват! Она ведь одна была, наверняка… Ей никто не помог. Я виноват! Все из-за меня! – последние слова парнишка почти прокричал.

Не дожидаясь обострения ситуации, Окада дала Хидео стакан воды с успокоительным и позвала кого-то из персонала.

– Это не нервный срыв и не стадия агрессии, – констатировала она, когда парнишку увели в комнату отдыха. – Мальчик контролировал себя.

– Но реакция была…

– Очень интересной. – Окада откинулась на спинку стула и сложила руки перед собой. – Мальчик говорил, словно отсутствовал по собственному желанию.

– А на самом деле?

– Его наверняка не только унижали физически, но и подавляли морально. В качестве защитной реакции мальчик убедил себя, что действует сам.

– Соучастник, значит… – Накагами нахмурился. – А соучастники молчат.

– Хидео вам расскажет правду, если поймет, что произошедшее – не его вина.

Плохие новости в этот день пришли не только к Хидео. В Тихих Садах были шокированы сообщением об автокатастрофе, в которую попал хозяин дома во время деловой поездки. Акихиро тут же собрался к отцу, а Мицуко осталась управлять семейным бизнесом. Младших детей Хироши взрослые оставили в неведении. Юки и Эйджи, таким образом, пребывали в обычном беззаботном расположении духа.

Для Хидео же последующие три дня превратились в череду однообразных действий. Он спал, ел, встречался с Окадой и больше никуда не выходил. Во время бесед вел себя отстраненно: либо молчал, либо отвечал односложно. Психолога торопили чиновники социальной службы, и та разрешила на четвертый день отправить парнишку в дом-приют для подростков.

Глава 6. Приют

Место, куда под вечер приехал Хидео в сопровождении куратора Саито, представляло собой небольшое, отдельно стоящее здание, в два этажа. На первом располагались гостиная, кухня-столовая и две спальни; на втором – восемь спален. Дом был рассчитан на проживание десяти подростков. И Хидео стал как раз десятым.

Все обитатели приюта собрались в гостиной.

– Встречайте новенького. Такада Хидео будет жить теперь с вами. Это Широ, а это Рика. – Куратор указал сначала на рослого парня с короткой стрижкой, потом на девушку лет девятнадцати. – Они старосты. Все тебе здесь покажут.

– Привет! – Рика махнула рукой. Она была высокая и казалась довольно сильной.

Саито продолжил:

– С остальными познакомишься сам. В школу пойдешь на следующей неделе. Если что-то нужно, обращайся к старостам.

На этом знакомство завершилось. Куратор отозвал в сторону Широ, а Рика начала рассматривать новенького.

– Иди за мной, – наконец сказала девушка, рукой подозвала Хидео и направилась к лестнице. – Я покажу, где ты будешь спать.

Поднимаясь вслед за старостой, парнишка расслышал некоторые фразы, доносящиеся из гостиной.

– Какой красавчик!

– Вроде девчонку должны были поселить для ровного счета, нет?

– Ты его причесон видел? А рожу? Чем тебе не девчонка?!

По комнате прокатился смех…

– Хватит ржать! – прорычал вернувшийся Широ. – Куратор уехал. Дел нет, что ли?! Расселись тут.

Все потянулись к выходу.

– Ты его хорошенько рассмотрел, Широ? – вопрос задал последний из оставшихся в гостиной. Худощавый семнадцатилетний парень по имени Керо, внешне безобидный и немного инфантильный, всегда очень радовался приезду новеньких. – Сколько ему лет?

– Куратор сказал, шестнадцать, круглый сирота. Мать недавно умерла, другой родни нет.

Керо улыбался в предвкушении:

– Бедняжечка. Но мы-то его быстро к жизни вернем, правда, Широ?

– Угомонись, Керо. Что, уже чешется? – староста сверкнул глазами в сторону приятеля. – Посмотрим сначала, что за фрукт.

Хидео стоял посреди маленькой комнатки, которая была последней по коридору, слева от лестницы. Слов Широ он, конечно же, не слышал.

– Значит, так: ванная и туалет в этом крыле для девочек. Тебе в другое. В кухне дежурим по очереди. Завтрак в семь утра, ужин в семь вечера. Отбой в девять. С остальным разберешься по ситуации. У тебя сегодня день приезда, так что можешь из комнаты не выходить. Но с завтрашнего дня в восемь сорок пять чтобы был в гостиной! Я и Широ для остальных семпаи. Вопросы?

– Нет, семпай, – Хидео смотрел на девушку очень внимательно, настолько, что Рика почувствовала холодок, пробежавший по спине.

– А вот у меня есть. Ты уже жил в подобном месте?

– Нет. Только несколько дней в реабилитационном центре.

– Ладно, освоишься.

Рика не стала дальше расспрашивать парнишку о его жизни до приюта, и Хидео вздохнул с облегчением. Староста оставила его в комнате, перед уходом посоветовав запирать дверь на ключ.

В коридоре Рику встретила одна из обитательниц приюта. Шестнадцатилетняя Азуми была низенькой, с короткой стрижкой и неуемной энергией. Девочка больше напоминала назойливого мальчишку и одевалась соответственно.

– Ну что?! Как тебе эта милашка? – вздохнула Азуми, зажмурив глаза. – Первый раз вижу такого красавчика.

– Держись от него подальше! – строго предупредила староста.

– А я что?! Я хочу дружить. – Глаза Азуми затуманились.

– Непохож он на домашнего. То ли мамаша там извергом была, то ли… В общем, не суйся к нему. Пошли в гостиную, – Рика взяла девочку под руку, и они спустились по лестнице.

На следующее утро Хидео был на ногах в половине седьмого. На кухне уже суетились девочки: одна непрерывно ворчала, а вторая расставляла тарелки. С появлением парнишки воцарилось молчание, но ненадолго.

– О! Новенький! Я Азуми, а это Минако.

– Хидео. Я могу помочь?

Минако вопросительно посмотрела на подругу. Та же без стеснения схватила Хидео за руку.

– Ты такой милый. А этот идиот Нофу вечно просыпает свое дежурство.