Мария Сакрытина – Танец масок (страница 38)
— Что вы знаете о счастье?
Эш выпрямился.
— Всё. Вы ни в чём не будете нуждаться, любой ваш каприз я удовлетворю. Наряды, украшения…
— Да, — подхватила она. — И я буду разъезжать по балам и приёмам, когда мне вздумается, но без вас не смогу уехать, скажем, даже в другой город. Я буду везде сопровождать вас, я не смогу принимать самостоятельно решения. Мне останется только красиво улыбаться, говорить заученные фразы, хвастаться своими дорогими нарядами и радовать вас в постели. И да, родить вам сына.
Эш удивлённо слушал. Всё это звучало так приземлённо, но… Да, именно таким он брак себе и представлял. Однако в её словах было столько горечи, словно он собирался запереть её в башне и выбросить ключ.
— Да, миледи. Разве вам не хочется так жить?
— Нет, — убеждённо отозвалась она, снова делая попытку встать. — Не хочется. Купите себе куклу, милорд. Или птицу. Говорят, райские птицы в клетках тоже красивы и сладко поют.
— Птица или кукла не родит мне наследника, — рассмеялся Эш, но девушка даже не улыбнулась.
— Ничего, полагаю, с этим справится какая-нибудь горничная. Милорд, вы понятия не имеете, что такое счастье. Отпустите же меня, наконец!
Эшу пришлось обнять её, чтобы она снова села и замерла, точно испуганный кролик.
— Что же тогда для вас счастье, миледи?
— Свобода.
Эш удивлённо уставился на девочку. Свобода — для обычной смертной? У Эша сложилось впечатление, что люди бегут от свободы, как только могут. Как иначе они придумали такой убийственный этикет?
— А для вас, милорд?
— Дом.
— Дом? — изумилась она. — Милорд, а как же ваше богатство и родовитость? Уверена, вы можете себе позволить…
— Могу, — подхватил он. — У меня больше десятка поместий по всей империи и один родовой замок. Но что это, миледи — здания, не больше. Дом — это… — он запнулся, и на ум пришёл особняк леди Вустермор в Хэмтонкорте. — Это…
— Где любят и ждут? — улыбнулась она.
— Нет, — он покачал головой. — Это… дом. Здание не важно, любовь — тоже. Просто… я бы хотел перестать чувствовать себя чужим везде, где оказываюсь. Надоело! — Эш замер, поймав её внимательный взгляд и изумился: кому он душу открывает? — Не обращайте внимания, миледи, у всех…
— … нас свои заботы, — закончила она. — Простите, милорд, но не думаю, что смогу сделать вас счастливым. Я точно не ваша идеальная жена. — И снова попыталась встать.
«Ну хватит! — подумал он. — На этот раз ты от меня не сбежишь!»
И поймал губами её губы.
У Фриды шла кругом голова. Все эти разговоры о доме и свободе — какая нелепость! Она теряет время… Впрочем, Фрида уже смирилась, что с этим дежавю она стоящего жениха сегодня не найдёт. Что ж, это не последний бал, а время пока терпит. Но одно дело беседовать и целоваться… Однако когда руки этого наглеца принялись довольно таки сноровисто развязывать шнуровку платья, Фрида не выдержала.
— Милорд, что вы делаете? За кого вы меня принимаете?!
— Вы ведь тоже этого хотите, — жарко шепнул он ей на ухо.
«Хочу», — мысленно согласилась Фрида.
— Уберите руки немедленно! Я закричу.
— Бросьте, моя дорогая, если вы будете вести себя тихо, нас никто не услышит…
«Ну это уже совершенно никуда не годится!» — промелькнуло в голове, и Фрида потянулась за припасённым на такой случай (чего только на балах не происходит!) зельем.
— Милорд, прекратите!
Он забрал веер, которым она попыталась заслониться. Ха, забрал? Сломал.
— Вам же сказали «нет»! — сердито прошипела Фрида. — Остановитесь!
— Мне не говорят «нет», — усмехнулся этот наглый золотоволосый мальчик. Фрида мысленно с ним согласилась: такому красавцу точно не отказывают. — К тому же, после этого я буду обязан на вас жениться. — И попытался вытряхнуть Фриду из платья. Наверняка другие и это находили эротичным, но Фрида решила, что пора заканчивать. Она отвернулась, быстро набрала в рот зелье, выбросив флакон — всё равно никто не заметит — и сама прильнула к губам этого наглеца.
Поцелуй получился глубоким, долгим и очень страстным.
— Я же говорил, — усмехнулся золотоволосый юноша, победно глядя на неё. — Говорил, что тебе нравится…
Потом он завалился на скамью, тяжело и спокойно дыша. Чертыхаясь, Фрида проверила у него пульс, но всё было в порядке. Глубокий сон, после которого он ничего не вспомнит. Отлично. Теперь только пробираться кустами к гостиной, где осталась матушкина камеристка, чтобы зашнуровала платье и привела в порядок причёску. Нет, ну наглец!..
Уходя, Фрида разок всё-таки оглянулась, и у неё защемило сердце: в лунном свете юноша спал и улыбался, порочно и обещающе. Воплощение страсти.
— Кто же ты? — прошептала Фрида, но тут же отвернулась и ускорила шаг.
Не важно. Они точно не предназначены друг другу, так что стоит выбросить всё из головы. Хотя интрижка получилась забавная.
Упав с рукава, хрустнула под каблуком алая роза…
Когда Эш проснулся, голова гудела, а время приближалось к полуночи.
Первым чувством было изумление: его ещё никогда фейрийскими снадобьями не травили. Вторым — восхищение: лихая девчонка, с ведьмами якшается, значит, точно не простая штучка. А потом пришла злость: и эта сбежала! Да что ж такое?!
От него? Сбежала?!
«Она ещё точно не могла уехать: маски пока не снимали, — думал он, шагая по садовой аллее ко дворцу. — Найду — выпорю. Сначала узнаю имя и адрес той ведьмы, которая варила зелье, а потом как есть выпорю. Глупая девчонка, как она может не понимать, что для неё лучше?»
Лучше, по мнению Эша, чем остаться с ним, ничего не могло быть.
Нашлась девушка быстро: снова стояла у той же колонны и смотрела на танцующих. Рядом крутился какой-то щегол в белых бриджах, смутно Эшу знакомый, но больше никого видно не было. «Странно, — подумал Эш. — Где её семья? Её любовник, в конце концов?»
Пробраться к ней Эш не успел: его схватили за руку.
— Друг мой! Ну как там леди Вустермор? — поинтересовался император и задорно улыбнулся.
Эш сбросил его руку со своего плеча и поспешил к леди в зелёном.
— Скоро полночь, успей сделать ей предложение! — крикнул Генри ему вслед, а Эш зло подумал: «В бездну Вустермор!»
Девочка как раз отбивалась от щегла в бриджах:
— Мы уже танцевали два танца подряд, милорд…
«Мёдом рядом с тобой, что ли, намазано?» — мысленно выругался Эш и, отодвинув щегла в сторону, заметил:
— А со мной только раз. Вы должны мне ещё, по меньшей мере, один танец, миледи.
Она изумлённо распахнула глаза.
— Вы?
— Спать на скамье в саду безумно скучно, — усмехнулся он. — Особенно, когда рядом нет вас. Пойдёмте?
— К-куда? — Сейчас она почти не сопротивлялась. Наверняка не ожидала, что он проснётся так рано и уж тем более ничего не забудет.
«А качественное зелье, — подумал Эш. — Раз даже на фейри хоть немного, но подействовало…»
— Танцевать, моя дорогая леди, танцевать…
Она очнулась, уже когда он мягко, в такт музыке, вёл её по залу вслед за остальными парами.
— Милорд, опомнитесь! Достаточно! Сначала вы меня чуть не изнасиловали — и вам мало?
— Конечно, мало, раз всего лишь «чуть», — ухмыльнулся Эш. — И бросьте, миледи, я же предложил на вас жениться.
— Я отказала!
— Это пока, — усмехнулся он, кланяясь. Часы стали бить полночь. — Вы ещё просто со мной как следует не знакомы.