Мария Сакрытина – Мой парень дышит огнём (страница 73)
– Проверка печати и… э-э-э… – Тут Верховный маг подобрался и впился в меня ну очень внимательным взглядом. Я сглотнула и продолжила: – Драконьей вменяемости.
– Вменяемости, – повторил господин Эол. Прозвучало почему-то с подвохом. – Как же вы собираетесь её проверять?
Тогда я решила, что это своего рода экзамен. Я же артефактор, а не драконовед, наверное, Верховный маг боится, что я не знаю элементарных формул. Раньше, до знакомства с Иннаром, я и правда их не знала, так что смысл в этой проверке был.
Формулы я, естественно, перечислила, и парочку даже нарисовала на электронной доске. Господин Эол внимательно меня выслушал, отвёл взгляд, помолчал, а потом всё-таки нашёл силы уточнить, оговаривали мы с принцем секс с его драконом или нет.
– Что-о-о?! – ахнула я и уставилась на господина Эола во все глаза. – С ке-е-ем?! С драконом принца? Я?! Никогда!
Даже играть не пришлось – да я бы и не смогла, кабинет Верховного мага был нашпигован артефактами, например, на его столе стоял декоративный вечный маятник, где вместе с шариками покачивались менталка, детектор лжи и камера.
– Госпожа Стерн, поймите меня правильно…
– Да за кого вы меня принимаете?!
– За привлекательную девушку, госпожа Стерн. Поймите, Сильвен – могущественный дракон, и оказывает на женщин определённое…
– Он же драко-о-он! – Я упала в кресло для посетителей и принялась глубоко дышать, якобы для успокоения. На самом деле я обманывала детектор лжи, что было не так уж сложно, ведь спать с Сильвеном я и правда не собиралась – вот ещё, ни за что! А именно это и хотел узнать Верховный маг, так что его артефакт молчал.
Зато господин Эол решил, что я девушка не только привлекательная, но и самых честных правил, а он меня оскорбил, поэтому теперь повёл себя как галантный и очень виноватый джентльмен: налил воды, извинился, вместе со мной посетовал на широту современных взглядов, снова извинился и пообещал больше к этому вопросу не возвращаться.
На всякий случай я заметила – то есть, проворчала:
– У меня есть парень.
– Да, госпожа Стерн, я вижу на вас помолвочный браслет. Но почему же вы до сих пор не вышли за него замуж?
– Потому что я ещё не заработала свой первый миллиард.
Господин Эол снова уставился на меня.
– Простите?
– У нас в семье, господин Верховный маг, действует соглашение: ты считаешься взрослым после первого заработанного миллиарда кэлов чистой прибыли. Я ещё на пути к этой сумме.
Господин Эол не сдержал усмешку и тут же за неё извинился.
– Вы очень похожи на своего отца, госпожа Стерн.
– Если бы! Он заработал свой первый миллиард в двадцать лет. А я… Эх! Может, вы мне зарплату поднимете?
Но господин Эол только рассмеялся. Зато после этого мы быстро нашли общий язык. Господин Эол, как и я, трепетно относился к законам, поэтому ему понравилось моё стремление оговорить каждый пункт трудового договора, чтобы в будущем не было недопонимания.
– Его высочество излишне мягок со своим драконом, – сказал в конце собеседования Верховный маг. – Очевидно, он ждёт подобного отношения и от вас. Госпожа Стерн, будьте аккуратны. Вы же понимаете, чем вам грозит подтверждённый статус драконолюба.
Как минимум тем, что у меня заберут Иннара. А ещё о работе, связанной с магией, в Каэлии мне можно будет даже не мечтать. Драконолюб у нас – несмываемое клеймо, спокойно жить не дадут, останется только эмигрировать.
– Конечно, понимаю, господин Верховный маг. Уверяю вас, ничто не помешает мне выполнять обязанности. Даже его высочество.
Господин Эол довольно улыбнулся, а я сделала вывод, что с принцем у него отношения натянутые. Впрочем, какой принц, такие и отношения.
Следующим обязательным пунктом моего расписания была встреча с подопечным, но Сильвен сопровождал принца сначала на интервью, потом на встречу с министрами, затем – на совещание по новому законопроекту. Короче, был очень занят, как и его высочество, который предложил мне отправиться домой и вернуться во дворец в девятом часу вечера.
Но я решила остаться и разведать обстановку, потому что дома меня никто не ждал. Иннар, который ещё вчера вечером почувствовал себя лучше, теперь пытался взять меня измором. Он встал ещё до того, как прозвенел мой будильник, и вместо дракона под боком я утром нашла записку: «Ушёл гулять, как ты и хотела». На сообщение Иннар ответил, мол, всё в порядке, здоров, наслаждаюсь свободой. Да, один. А что не так?
Но прежде чем уйти, он приготовил мне завтрак, поэтому я надеялась, что как раз к вечеру Иннар смирится с неизбежным – моей работой во дворце. Куда он денется?
Знакомство с коллективом прошло отлично. Большинство придворных магов я и так знала. Куда, вы думаете, попадают лучшие выпускники столичной академии? Правильно, на работу во дворец. Секретарь господина Эола, например, заканчивала курс теоретической магии, когда я только поступила, и мы с ней замечательно отметили посвящение в первокурсники, да и в клубах потом постоянно сталкивались. Мир тесен, а мои социальные связи обширны.
В любом случае, день у меня выдался хлопотный. Сначала я пообщалась со всеми знакомыми магами. Потом – с незнакомыми, узнала местные сплетни, в том числе и про себя, обсудила мою сумочку с артефакторами, нападение в клубе – с боевиками, короче – плодотворно проводила время.
А на обеде в королевской кухне я чисто случайно оказалась за столом с утренней дворцовой стражей – она как раз сменилась на дневную. Ух и славно мы вместе посидели! С ними я тоже свою сумочку обсудила, и не только её. Конечно, со всеми познакомилась. Было приятно.
Знакомство с дневной стражей состоялось уже в коридорах дворца, где я заблудилась. Весьма удачно, потому что меня потом пригласили на вечерний кофе всё на ту же королевскую кухню. Обожаю общаться, особенно с приятными военными. Ну красота же!
Так что к вечеру я уже примерно понимала, как во дворце обстоят дела – это плюс. Но так и не выведала, кто ещё сочувствует драконам. Это минус. Ладно, прошёл всего лишь один день, а я свела знакомство даже не со всей стражей. Ещё с горничными надо поболтать, потом с поварами и так далее. Ручаюсь, через неделю меня будет знать весь дворец, а я ко всем присмотрюсь, узнаю про политиков и аристократов, пойму, кого можно записать в союзники, а кого нужно опасаться.
Но главный подарок этот день преподнёс мне уже в девятом часу, когда я направлялась в королевский архив для более тесного – чтоб его! – знакомства с Сильвеном. А познакомилась в итоге с королём! Мне определённо сопутствовала в этот день удача.
Правда, в тот момент я так не считала. Его величество был не в духе – как мне объяснили, последнее время не в духе он был всегда, потому что чувствовал себя всё хуже и хуже с каждым днём. Вся Каэлия была в курсе, что время короля Родрика заканчивается – до совершеннолетия принца, а значит, и до его свадьбы оставалось примерно два месяца, после чего Роберт сможет занять престол, а его отец – спокойно отойти в мир иной. Так думали все, и страшно представить, как к этому относился сам король, которого заочно давно похоронили.
Я столкнулась с ним в зале правительственного крыла – просторном и пустом, почти как бальный. Свита и слуги попрятались, потому что все во дворце знали, что королю нельзя показываться в такие моменты на глаза, поэтому вокруг его величества стояли только его телохранители, а напротив на полу скорчился мой подопечный, Сильвен. Принца нигде не было видно – наверное, ещё совещался с министрами или застрял в архиве.
Меня быстро затащили в укромную нишу за портьерой – интерьер во дворце как в музее, даже в правительственном крыле: все эти ниши, гобелены, огромные вазы, картины и так далее. В моей нише стояли два бледных артефактора – лучшие выпускники прошлого года – и едва не дрожа поглядывали, как его величество носится по залу на своём инвалидном кресле.
– Привод опять барахлит, я же тебе говорил! – шептал один.
– Я, честное слово, его проверял, нормально всё было, – отвечал ему второй.
– Так, может, починить? – вмешалась я.
На меня посмотрели, как на дурочку, потом ответили:
– Для этого к нему надо подойти. Рискнёшь?
Ну да, его величество рассекал по залу со скоростью гонщика на болиде. И ещё – меня предупреждали, но одно дело слышать, совсем другое – видеть. Так вот, ещё король бросался разными тяжёлыми предметами. Вазами. Безделушками с каминной полки. Книгами. Всё это летело в Сильвена вместе с нецензурной бранью в адрес принца. Насколько я поняла, новый законопроект, который принц только что обсудил с советниками, королю не понравился.
Привод и правда держался на честном слове, мы с артефакторами это видели, и бедные парни только что не стонали: «Что мы будем делать, если он сломается прямо сейчас?» Тогда короля ждал полёт на пол или даже удар о стену. «А что, если он из-за этого умрёт?» – выдохнул один из магов, а другой побледнел так, словно сам вот-вот сыграет в ящик.
Я же смотрела, как всё ниже и ниже склоняется Сильвен – гордый огненный дракон. И мне было его очень жаль. Я лишь отдалённо, но понимала, как ему сложно стоять на коленях, сложно не поднимать головы, сложно не огрызаться. Это не человеческая гордость, которую унизили, для огненного дракона всё гораздо страшнее. Лучше его избить, но никогда – никогда! – не заставлять склонить головы. Для огненного дракона подчинение слабому без возможности дать сдачи – смертельно.