Мария Рутницкая – Судьбоносный зооуголок, или Как потроллить троллей (страница 1)
Мария Рутницкая, Александр Рутницкий
Судьбоносный зооуголок, или Как потроллить троллей
ПРОЛОГ
Последнее, что внятно помнила Хелена – это закрутившую ее темную воронку. И сейчас, медленно приходя в себя, она пыталась сообразить, чем завершился их с Родриго безумный побег. Было почему-то холодно, неудобно, и левую руку неожиданно пронзила резкая боль. Вскрикнув и распахнув глаза, девушка с изумлением увидела склонившегося над ней совершенно невероятного мужчину. Ярко-синие глаза, подобных которым она никогда не видела, смотрели на нее с мягким укором. Остальное лицо незнакомца было скрыто странной тканью. Что-то похожее она видала у перегонщиков скота для защиты от пыли, но те использовали черные платки, а не светло-голубые.
– Ты ангел? – несмело пролепетала Хелена, страшась и одновременно надеясь услышать положительный ответ.
– Я Ваш хирург, – строгим приятным голосом ответил этот необычный незнакомец, а затем бросил кому-то, находящемуся за головой Хелены:
– Петр Иванович, начинайте давать наркоз, а то у нас, похоже, болевой шок.
Вновь уплывая в темноту, девушка из последних сил взмолилась Мадонне – кто бы он ни был, позволить им еще раз встретиться. Обидно, что он увидел ее сейчас, когда она такая некрасивая. А вот три месяца назад…
***
– Оу! – Родриго с бешено колотящимся сердцем уставился на обтянутую белым халатом…
От восторга он не мог подобрать слов, в то же время отчаянно краснея, вспоминая и суровые наставления отца, и мягкие увещевания их местного капеллана падре Симона: «Если фигура женщины соблазняет тебя – отвернись и поспеши к священнику, дабы исповедью искупить грех свой, поддавшись искушению, врагом рода человеческого ниспосланному!». Правильные слова требовали подчиниться, а бесстыжие глаза продолжали пялиться на склонившуюся и что-то пытающуюся поднять с пола женскую фигурку.
Наконец, Бог, видимо, решил сжалиться над своим чадом, потому что девушка распрямилась и, что-то недовольно проворчав себе под нос, повернулась к замершему на кровати парню. Но лучше бы она этого не делала, потому что Родриго стало еще более некомфортно и стыдно. Вернее, должно было бы стать. А на самом деле…
Такой красивой девушки ему еще видеть не приходилось – светлые волосы выглядывали из-под необычной шапочки, серые очи с сочувствием и вниманием смотрели в абсолютно обалдевшие глаза Родриго. Но это не мешало этим самым глазам замечать совершенно неприличное подчеркивающее фигуру белое одеяние, выставляющее напоказ стройные ножки. А дальше случилось совсем уже невероятное.
–
Вы пришли в себя, замечательно, – волшебный голос девушки заставил благородного дона почувствовать приятную дрожь.
Продолжая улыбаться, красавица подошла к лежащему на кровати Родриго и, слегка наклонившись над затаившим дыхание парнем, взяла его за запястье. Так делал их лекарь, когда матушка жаловалась на духоту. Но женщины не могут быть врачами – это исключено! Это Родриго знал абсолютно точно. Но потом все мысли исчезли из его головы, потому что незнакомка наклонилась чуть ниже, и его взгляд непроизвольно, он готов был поклясться Мадонной, скользнул в приоткрывшийся вырез.
– Ооо, – мученический стон и закатывание глаз заставили прелестницу испуганно вздрогнуть.
– Александр Иванович, скорее, здесь пациенту плохо, – громко воскликнула она, подбегая к двери.
ЧАСТЬ 1. Испания. 17 век
Глава 1. Наследники Корсо-дель-Торо и Торо-дель-Торо
Зеленый мыс бухты Благословенной утопал в зелени сосен, финиковых пальм, платанов и пышно цветущих кустарников. Если посмотреть на высоченную гору со стороны моря, покажется, будто на фоне радостной зелени горстями рассыпаны самоцветные каменья пурпурных, желтых, розовых и фиолетовых цветов.
На Зеленом мысе лепились добротно построенные хижины деревушки Корсо-дель-Торо, а на берегу живописной бухты стоял на причале скромный рыбацкий флот, состоявший из лодок, лодочек и лодчонок. Было чудесное весеннее утро. По небу плыли легкие, полупрозрачные облачка.
Жаркое солнце Испании еще не успело подняться высоко и загнать жителей по домам на сиесту, поэтому на деревенских улицах было достаточно многолюдно.
– Боже мой, какая красавица! – восторженно воскликнула сеньора Гонсалез, жена местного кузнеца, обращаясь к своей дочери Мерседес.
Мерседес, которая по праву считалась первой красавицей в Корсо, недовольно фыркнула, но тем не менее с нескрываемой завистью проводила глазами ту, о ком так восторженно говорила ее матушка. А посмотреть там действительно было на что. В сторону церкви двигалась примечательная процессия – местный сеньор – барон Алисандро Марео в сопровождении своего младшего сына, дона Родриго и своих высокородных гостей – барона Педро Амедао, хозяина соседней деревушки Торо-дель-Торо, почтившего соседа своим визитом вместе с женой и дочерью.
Вот именно последней так шумно и восторгалась сеньора Гонсалез, с грустью понимая, что ее любимой девочке никогда не сравниться по красоте с титулованной дворянкой. А ведь по меркам их деревни, семья Гонсалез была достаточно зажиточной. Да что там говорить, они даже иногда могли позволить себе мясо! Но, чтобы получилась такая фигура, как у сеньориты Хелены, этого, конечно, было недостаточно.
Восемнадцатилетняя Хелена, естественно, была в курсе, насколько она хороша – ведь девушка каждый день могла любоваться собой в настоящем зеркале, которое подарил ей любящий отец на ее шестнадцатилетние, в честь ее представления высшему обществу Валенсии. Именно на территории этого королевства и находились владения барона Амедао. И венецианское стекло ежедневно демонстрировало хозяйке круглое пухлощекое лицо с темными глазами, шикарные темные кудри, пышную грудь и весьма обширные бедра, которые местная мода благоразумно прятала под пышными юбками.
Иногда Хелена жалела, что суровые правила не позволяют ей продемонстрировать все достоинства ее фигуры, облачившись, например, в юбку без кринолина, как, скажем, вон та крестьянка, стоявшая рядом с восхищенно взиравшей на их процессию пожилой матроной. Ведь даже вслед этой девице молодые парни смотрели с восхищением, а она, между прочим, была явно раза в два тощее дочери барона. Но Хелена была по-христиански милосердна – когда она представляла, что бы стало со всеми этими кабальеро и идальго, которые наведывались в их дом с целью привлечь ее внимание, если бы она предстала перед ними в таком виде, ей хотелось плакать от жалости. Ведь такой красавице, как она, пристало выходить замуж только за высокородного гранда и никак иначе! Зачем же разбивать сердца и подвергать несчастных мужчин необходимости бесконечно бегать на исповедь из-за охватившей их страсти?
Правда, подобными размышлениями Хелена, естественно, ни с кем не делилась – матушка пришла бы в ужас, а батюшка отправил бы на исповедь уже ее саму. Да еще бы посадил на хлеб с водой, чтобы красота слегка поубавилась, а скромность увеличилась. Поэтому пышные юбки воспринимались девушкой, как необходимое зло.
Мысли дона Родриго были совсем не так лучезарны, как у их с отцом юной гостьи. Пыхтя и постоянно вытирая со лба пот, он тащился по деревенской улочке, злясь на весь мир. Ну неужели нельзя было поехать в коляске или в крайнем случае верхом? И причины мерзкого настроения молодого человека были весьма просты – молодой баронет в свои двадцать лет был безобразно толст, его огромный живот свешивался далеко за пределы богато расшитого кожаного пояса. Пухлое круглое лицо Родриго покраснело от жары и казалось арахисовой лепешкой, только что снятой с огня. Однако, если полнота Хелены была предметом зависти всех окрестных барышень любого сословия, то младшему дону Марео приносила только неприятности – старшие братья не уставали над ним подтрунивать, особенно во время тренировочных поединков по фехтованию или при попытках Родриго поучаствовать в скачках, или проявить себя на охоте.
– Смотри, – ехидно фыркал, обычно, Серхио, обращаясь к Христофору, лениво наблюдавшему за очередным полетом младшего брата носом в пыль после потуги парировать удар шпаги среднего брата, – мы можем использовать его как подушку для наших дам сердца, если они захотят полюбоваться нашей с тобой доблестью и силой.
– К сожалению, нас только двое, – притворно-печально вздыхал Христофор, – нашим дамам будет слишком просторно и неуютно. Вот если бы у нас была еще парочка братьев, тогда было бы в самый раз.
Подобные насмешки заставляли младшего из братьев бессильно стискивать кулаки и мечтать хоть когда-то суметь ответить что-то столь же остроумное. О том, чтобы так же навалять старшим, он уже даже и не мечтал. А ведь он гораздо лучше знал нужные хитрости и усваивал коварные приемы, о чем не раз говорил его отцу их учитель фехтования. Хорошо, что сегодня братья задержались с управляющим и не смогли сопровождать гостей в церковь, потому что… Потому что там, скорее всего, будет ОНА. И, возможно, сегодня ему удастся хотя бы перекинуться с ней парой слов без ехидных замечаний и подколок со стороны старших родственников. Или хотя бы просто повздыхать, созерцая ее прекрасный лик.
– Сеньор Гомес, приветствую, – неожиданно пробасил отец Родриго, заставив молодого дворянина вздрогнуть – за своими невеселыми размышлениями он и не заметил, как они добрались до цели своей прогулки.