Мария Пономарева – Сборник стихотворений (страница 4)

Казалось, что жизнь вот-вот оборвется,

Оседая на землю черной сажей и пеплом.

Мне запомнились крепкие сильные руки,

Что спасали меня от чужого безумства,

Я старалась забыться, не слушая звуки,

Убивая внутри обостренные чувства.

Лицо человека скрывалось под маской,

Был пропитан насквозь стойким запахом гари,

Но взгляд переполнен отеческой лаской,

Мой в ответ был безмерно ему благодарен.

Погружаясь во тьму, я кричала от боли,

Холод сковывал слезы, бегущие градом.

Привкус терпкого дыма и вяжущей соли

Наполняли весь воздух, войною объятый.

Так уверенно он повторял вслух молитву,

Появляясь как-будто мираж среди мыслей,

Неразборчиво, тихо, мне в душу проникнув,

Разжигая надежды и веры в ней искру.

Пелена на глазах не позволила много,

Лишь маску запомнила я цвета хаки.

С ним рядом меня покидала тревога,

Обретала прилив беспредельной отваги.

Он пришел ниоткуда, пропадая бесследно,

Отставив на память только голоса нотки.

Я искала, писала, но все безответно,

Я теряла тот образ размытый, нечеткий.

Но жива. Я жива, потому что герои

Существуют не в книжках и даже не сказках.

Я жива, потому что по чести и крови

Не скрывал тот солдат свое сердце под маской.

Недопетой песней

Памяти жертв теракта

22.03.2024 г. Крокус Сити Холл

Беспощадно пулями пронзая,

Равнодушно невиновных прямо в спину,

Зверские глаза огнем пылают,

Среди искр, выстрелов и дыма.

Им все равно – невинный, безоружный,

Им наплевать – там женщины и дети,

Глаза в глаза, продав сердца и души.

Кто за погибших и кому теперь ответит?

Любой из нас мог быть на этом месте,

Вдыхая гарь иссохшими губами,

Прощаться недопетой старой песней,

В последний раз любимых обнимая.

Пропитан воздух страхами и кровью,

В обломках тлеющих осталось эхо крика.

Глаза прикрытые совсем чужой ладонью,

А рядом только алая гвоздика.

Теперь в руины, оседая черным пеплом,

Как символ скорби, падал тихий дождь.

А может, по погибшим плачет небо,

Ведь жизнь невинных больше не вернешь.

А может, не вернешь и у спасенных

Счастливых глаз, улыбок чистых свет.

В их душах раненных и подло обожженных

Навечно запылал багровый след.

Мимолетными

Мимолетными чистыми взглядами,

Что пронзали неистовым холодом,

Раскрывал ты все тайны, что спрятаны

За крупицами судеб расколотых.

Самолетными белыми шлейфами

Растворялась я там за туманами,

Угасая, надежда малейшая