Мария Покусаева – Зеркала (СИ) (страница 59)

Было там, конечно, и про хороших волшебников, верных слуг при великих королях, мудрых наставников и добрых помощников, которые спасали людей от чудовищ, исцеляли болезни и приносили победы в битвах. Все они шли по пути искупления, исправления прошлых ошибок, к которым автор, кажется, относил само их существование.

И само существование магии.

Кондор застал меня за чтением. Я сидела на полу рядом с диваном, упираясь в него спиной и положив книгу на колени, и увлеченно читала про защитные амулеты и ритуалы. Про соль, заячьи лапки, иглы под порогом и прочие занимательные вещи, которые Преподобный Этьен почему-то не считал чем-то неправильным, хотя казалось бы.

Волшебник сел на диван и терпеливо дождался, когда я закрою книгу и посмотрю в его сторону. Ни про книгу, ни про то, что сегодня я снова была в своей собственной одежде, он ничего не сказал.

– Доброе утро, леди Лидделл, – улыбнулся он. – Я за тобой.

Мне показалось, что Кондор смотрел на меня с затаенной тревогой, словно боялся, не брошу ли я в него книгой или не начну вдруг огрызаться, но я была настроена очень благодушно.

– Опять через зеркало куда-то? – спросила я.

– А тебе так этого хочется? – ответил он.

Тревога исчезла из его взгляда.

Я пожала плечами:

– Сегодня точно нет.

– Тогда у меня хорошие новости. – Он устроился удобнее, закинул голову назад и сказал, глядя в потолок: – Мы не будем выходить из замка. Лин ждет тебя в Зеленом зале.

– О, – только и сказала я.

И расстроилась, сама не знаю почему.

– Если ты готова, я провожу тебя к ней. – Кондор посмотрел на меня, чуть повернув голову. – Или дать тебе время собраться?

Я вытерла ладони о джинсы, словно пыталась стряхнуть с них пыль или воображаемые крошки. Автоматически, нервно, из странного желания сделать что-то такое, что не вписывалось бы в правила и законы светского поведения.

– Я готова, – сказала я. – Почти.

– Чудесно. – На его губах появилась ленивая улыбка. Одним плавным движением он встал и подал мне руку. – Признаться, милая, я ожидал от тебя что-то вроде молчаливого бунта, – сказал Кондор, пока я вставала и отряхивалась. – Что ты будешь язвить и брыкаться.

Я посмотрела на него, чуть хмурясь.

– Если хочешь, я не буду тебя разочаровывать, – усмехнулась я. – И начну язвить и брыкаться прямо сейчас. Только вот, кажется, это не поможет мне быстрее избавиться от вас, а вам – от меня. Я могу не переодеваться? – спросила я. – Лин же знает, кто я такая?

Он кивнул.

Конечно, знает. Должна знать.

Я очень не хотела сейчас влезать в платье, чтобы не чувствовать себя рядом с Лин еще более неуютно.

– Как тебе угодно, милая, – ответил Кондор и, пока я пыталась привести в порядок волосы перед зеркалом, висевшим над камином, взял в руки книгу, брошенную на пол. – Я смотрю, ты решила все-таки углубиться в изучение науки волшебства.

– Это запрещено? – я повернулась к нему и нервно заправила прядь за ухо.

– Отнюдь. – Кондор лениво листал страницы и улыбался так, словно замыслил недоброе. Как и полагается чародеям. – Просто в таком случае ты выбрала не те источники.

– Я уже заметила, что этот господин, – я кивнула на книгу, – не любитель волшебников и всего, что с ним связано.

– О да. – Кондор аккуратно закрыл «Арс Магику» и положил книгу на столик рядом с диваном. – Преподобный Этьен – во всех отношениях примечательная личность. И волшебников он действительно не любил. Ты закончила?

Я коротко кивнула.

– Тогда идем.

Он сделал жест рукой, приглашая меня идти чуть впереди него, и даже открыл передо мной двери, ведущие в коридор.

Мое нежелание куда-то вылезать и с кем-то встречаться не значило ничего.

День был солнечным. Яркий свет проникал в замок через окна и витражи, рассыпался цветными бликами на полу и стенах. Я уже привыкла к тишине этого места и к его пустоте, хотя, наверное, мне бы хотелось, чтобы замок был менее безлюдным.

– Ты же не снимала амулет, который я тебе дал? – спросил Кондор, пока мы шли через коридоры и комнаты.

Я покачала головой в ответ и достала кристалл из-под толстовки.

Кондор кивнул.

– Родовая магия леди Айвеллин позволяет ей влиять на чужие чувства, – сказал он. – Это бывает очень кстати, когда имеешь дело с капризными девицами в беде.

– Ну, спасибо, – надулась я.

– Не принимай на свой счет, – отмахнулся Кондор. – Если я все сделал правильно, то наша эльфийская ведьма не сможет тебя заколдовать. Пока ты не снимешь амулет, конечно.

Я сжала в руке кристалл. Снимать я его не собиралась. Размечтались.

– Ну а вдруг? – добавил Кондор с улыбкой. – Расстроишься, испугаешься, почувствуешь себя одиноко. Леди Айвеллин умеет лечить печали прикосновением руки.

Ага. И выбивать у тебя почву из-под ног, заставляя весь твой мир сжиматься до размеров комнаты, в которой вы находитесь.

– Если мне станет грустно, – сказала я. – Пойду найду Ренара и потребую разрешения заплести ему волосы. Кстати, где он? Я не видела его сегодня.

– Потому что с утра не вылезала из комнаты. – Чародей покосился в мою сторону, мол, все я про тебя знаю. – Ренар в городе. Выполняет мое поручение. Он вернется ближе к вечеру, так что до того момента с печалями и тревогами тебе придется справляться самой. К слову, – он стал серьезнее, – я думал, что с утра как минимум получу от тебя пару ледяных взглядов и шпилек, но ты удивительно благодушна. Несмотря на все вчерашние разговоры и не самые приятные открытия.

– Тебя интересует, злюсь ли я? – Я остановилась прямо под высоким узким окном, витраж в котором изображал ползущий вверх по стеклу плющ. – Или тебя не устраивает то, что я эту злость не показываю?

Волшебник тоже затормозил, немного удивленный и очень любопытный.

– Меня пугает то, что ты так спокойна, – сказал он честно и сощурился, рассматривая меня, словно пытался высмотреть на моем лице мельчайшие свидетельства готовящегося коварства. – И так послушна. Словно задумала что-то и пытаешься притворяться, что приняла правила игры, пока не найдешь способ сломать их.

Я посмотрела на него как на идиота и поняла, что с большим удовольствием бы сейчас стукнула чем-нибудь тяжелым по столу.

– Я злюсь, – сказала я спокойно, глядя ему в глаза. – Если тебя это так интересует.

«За себя, – подумала я, – и за ту девочку, у которой наверняка психотравма после такого на всю жизнь, если только кое-кто ее не заколдовал напоследок».

– И меньше всего на свете я сейчас хочу идти общаться с леди Айвеллин и учиться быть похожей на женщин вашего мира.

«Особенно, – подумала я, – если учесть, что рядом с леди Айвеллин я чувствую себя картошечкой, а еще я не знаю, чего от нее ожидать, когда мы останемся наедине – добра или саркастичных замечаний».

– Но ты не вернешь меня домой по первой просьбе, это я уже поняла. – Я заметила, как уголок его губ чуть дернулся, словно Кондор попытался не улыбнуться. У него получилось. – Поэтому я решила, что чем меньше я буду дергаться, тем проще все будет для меня в том числе.

«А еще, – не сказала я, – мне всю ночь снились путаные сны, и сил на злость просто не осталось».

– Вот видишь? – Я развела руками. – Никакого подвоха, господин волшебник. Спасибо, что поинтересовался моими чувствами.

Он все-таки улыбнулся, почти оскалился, и посмотрел на меня сверху вниз.

– Отлично вижу. И всегда пожалуйста, милая. – Кондор приложил правую ладонь к груди и чуть наклонил голову. – Рад, что здравомыслие взяло верх. А теперь давай пойдем дальше, пока Лин не решила, что нас утащили призраки.

Как я выяснила, Зеленым залом называлась та огромная комната, где был камин-дерево.

Здесь все еще было мрачновато, но на полу и стенах лежали яркие пятна света, а в воздухе отчетливо пахло нарциссами и скошенной травой.

Лин сидела в кресле у погасшего камина. Когда мы зашли, я увидела только ее руку, лежащую на подлокотнике, и кусочек рукава. Ткань была цвета морской волны, по самому краю бежал золотистый узор.

Лин то ли услышала нас, то ли почувствовала каким-то эльфийским чувством, что мы здесь. Платье зашелестело, как опавшая листва, Лин медленно, почти лениво встала нам навстречу и сдержанно, но тепло улыбнулась, когда наши с ней взгляды встретились.

Что бы она ни прочитала сейчас на моем лице, ей хватило такта не выдать этого.

Сегодня ее волосы были собраны так, что острые кончики ушей прятались за ними, и сейчас я бы ни за что не отличила Лин от обычного человека. Ну, хорошо, очень красивого, но человека. С яркими глазами и тонкими чертами лица.

– Доброго дня, леди Лидделл, – сказала Лин, улыбаясь шире.

Она стремительно прошла вперед и протянула мне раскрытую ладонь.