Мария Покусаева – Темная сторона (СИ) (страница 8)

И Хозяин Зимы, и прочие фэйри, и ледяная река, текущая с той стороны мира. В общем, такая себе ночка. И утро не лучше.

Пришлось отвернуться и сделать вид, что я чихнула. Так сильно, что слезы из глаз брызнули.

– Она очнется, когда я прикажу, – Кондор выпрямился и тряхнул руками так, словно сбрасывал с них что-то невидимое.

Потом он задумчиво посмотрел на девушку, внимательно, окинув ее взглядом с головы до самых кроссовок, прямо в которых ее на диван и положили, и скептически скривился.

– Нет, это будет слишком удачное совпадение, – сказал он, переводя такой же внимательный взгляд на меня. – Она пришла оттуда же, откуда и ты.

Я пожала плечами. То, что девушка была из моего мира, я уже догадалась. Не знаю, какие законы управляли магией всех этих переходов, но это казалось мне правильным, что ли? Может быть, мне просто было сложно представить, что существовали еще какие-то миры и двери в них.

Ну, кроме Изнанки.

– Какова вероятность, что вы говорите на одном языке? – спросил Кондор, расстегивая манжеты и начиная закатывать рукава рубашки.

– Эм-м-м… Ну, я не знаю, – неуверенно протянула я, переминаясь с ноги на ногу.

– Ты можешь определить это, Мари? – Маг наклонил голову набок, щурясь в мою сторону с каким-то странным азартом. – Подойди ближе!

Он протянул мне руку, подманивая движением пальцев.

Я сделала неуверенный шаг вперед. Габриэль галантно поддержал меня, заметив, что я качнулась в сторону.

– Сквозняки, – неловко улыбнулся он. – Простуда, слабость. Понимаю.

– Я предлагал леди остаться дома, – добавил Кондор не без ехидства. – Но она весьма упряма, когда дело касается того, чтобы попасть в неприятности. Давай, милая, присмотрись повнимательнее.

– З-зачем?

Я разглядывала бледное личико, которое даже со следами потекшей туши выглядело миленьким. Кукольным. Девушка была очень… родная, своя – и совершенно чужая одновременно. Я попыталась сосредоточиться, отбросив мысли о доме и о неприятных мурашках, возникших от этого внезапного столкновения с той, другой реальностью, от которой я, к своему удивлению, почти отвыкла.

– При схожести ваших родных семантических матриц, – сказал Габриэль чуть надтреснутым голосом, как-то нервно посмотрев в сторону Кондора, словно извиняясь за то, что сам ответил мне, – будет намного проще внедрить в ее сознание хотя бы самый простой набор мыслеобразов с привязкой к местному языку. Поэтому я так обрадовался, увидев, что мой друг пришел вместе с вами…

– Габриэль… – устало вздохнул Кондор и покачал головой, из-за чего бедняга Габриэль замолчал, замялся и слегка покраснел, словно его щелкнули по носу.

– Я поняла, – торопливо сказала я прежде, чем Кондор успел добавить что-то. – Не уверена, что справлюсь, но попробую. У нее… не было с собой чего-нибудь еще? – с надеждой спросила я. – Сумки там или еще чего-то?

Габриэль отрицательно покачал головой.

Я вздохнула, моргнула пару раз и взяла девушку за руку, рассматривая тонкие, очень красивые кольца с мелкими камешками, сияющими, стоило свету упасть на них. Девушка никак не отреагировала, даже ее дыхание оставалось по-прежнему ровным, глубоким и спокойным. Что бы ни сделал с ней Кондор, он, кажется, решил дать ей как следует восстановиться.

Когда я повернула ей голову, чтобы посмотреть, что написано на лейбле тонкой серой толстовки с выложенными справа у воротника звездочками из стразов, Габриэль нервно кашлянул, а Кондор со странной полуулыбкой наклонил голову, явно заинтересованный происходящим.

– Я пытаюсь понять, где сшита и куплена ее одежда, – пояснила я, оттягивая воротник, чтобы столкнуться с парой знакомых букв на логотипе. Под толстовкой пряталась тонкая цепочка с серебряным крестиком и зодиакальным кулоном. – Это называется массовое производство, Кондор. Мы редко шьем одежду на заказ, обычно покупаем готовую, которую шьют на фабриках, не знаю, есть ли они у вас. И продают… в больших крытых рынках, скажем.

Я болтала, кажется, чтобы успокоить себя саму, потому что руки дрожали от волнения.

На шее справа, прямо рядом с линией волос, была татуировка – несколько маленьких звездочек.

– Занятно, – сказал Габриэль.

Я пожала плечами и стиснула зубы, стараясь не зареветь.

Мне хотелось, чтобы она была, ну, своей, но я боялась в это поверить, потому что и шмотки, и украшения, и татуировка – все это ведь не дает полной гарантии, правда?

Я вспомнила, как на автомате засовывала чеки из баров и кафе в карманы джинсов, а потом после стирки вытаскивала серые бумажные комочки, и, ни капли не стесняясь, чуть подвинула девушку и проверила ее карманы.

Есть!

В одном из задних обнаружился смятый полтинник, пара чеков и билет в музей, купленный со студенческой скидкой.

– Более того, – сказала я упавшим голосом. – Мы с ней из одного города, кажется.

И так и застыла, комкая в руке билет, думая, насколько велика вероятность, что я ошиблась, и какие тогда будут последствия. Еще я думала о том, что увидела наверху, в башне, и кусочки паззла в моей голове начали складываться в единую картину.

То, что Кондор не хотел брать меня с собой.

Их разговор, из которого только дурак бы не понял, что эти двое пытаются открыть портал.

Такой же, как тот, из которого пришла я сама.

Рассказы о магии, о дверях между мирами, о потерянном континенте и катастрофе, которая могла обрушиться на мир, и о том, как рвать ткань реальности, находя уязвимые места.

Ведь волшебник, встречающий гостей из соседнего мира, должен понимать, как открывается дверь?

«Вот оно, – подумала я, – вот оно то, о чем мы говорили в храме во дворце. Чужой секрет, чужая миссия, то, что местные жрецы могут расценить как нечто, неугодное богам».

Чужая ладонь легла на мое плечо, почему-то вдруг очень тяжелая. Я вздрогнула и на секунду крепко зажмурилась.

– Это то самое? – спросила я, вцепившись в музейный билетик, как в спасательный трос.

– Что?

Голос Кондора раздался очень близко. Кажется, дыхание волшебника задевало волосы у меня на макушке.

– То, что вы оба тут делаете. Это то, о чем ты говорил тогда? Поиск портала, способного…

Кондор развернул меня лицом к себе и прижал палец к губам:

– Ты очень догадлива, милая, – интонации Кондора не были ехидными, пожалуй, только потому, что были серьезными. – Но давай оставим этот вопрос на потом? Когда закончим с самым важным. Волшебные сны не должны длиться долго, это… не очень полезно. Сядь рядом с ней.

Его рука толкнула меня вперед, и мне пришлось подчиниться.

Я села на пол рядом с диваном и обхватила руками колени.

Габриэль смотрел на меня в недоумении.

– Я подразумевал немного другое, – сказал Кондор. – Но и так сойдет.

Он опустился рядом, развернувшись в мою сторону, коснулся пальцами моего подбородка, словно пытался заставить поднять голову и посмотреть прямо в глаза, и сказал с каким-то оттенком извинения:

– Тебе тоже придется заснуть.

Его пальцы легко расстегнули замочек на цепочке и сняли с меня амулет.

– Зачем? – я моргнула.

– Он будет мешать.

– Зачем заснуть? – уточнила я.

– Так нужно. На время. На несколько минут. – Кондор похлопал рукой по краю дивана там, где было свободное место. – Ложись. Иначе магия не сработает.

Габриэль снова кашлянул, привлекая наше внимание, и мы оба вскинулись и посмотрели на него. Кондор – устало и почти раздраженно, я – чувствуя непонятную мне обиду.

– Мне кажется, – сказал Габриэль, держась пальцами за воротник. – Мне кажется, Птица, леди Лидделл просто не понимает, чего ты от нее хочешь, а ты забыл ей объяснить.

– Конечно. – Кондор расплылся в странной улыбке. – Совсем вылетело из головы, что некоторые вещи нужно расписывать, словно я на экзамене по ритуалистике. Итак, Мари! – Он опять повернулся ко мне. – Когда гостья Габриэля очнется, даже если она будет помнить, что с ней произошло, она не поймет ни слова из того, что мы скажем. Увы, господин Моррис увлекся экспериментом, забыв, что, помимо прочего, в сопутствующих плетениях разрыва отсутствует заклинание, которое мы называем десигнатум. Оно помогает лучше понять друг друга. – Кондор снова положил руку на край дивана, улыбаясь мне при этом так ласково, что хотелось сбежать. – К сожалению, это очень сложное заклинание, к тому же из той же области, что и чары сна или тот способ спрятать воспоминания, действия которого ты на себе не так давно испытала. Поэтому лучше заснуть. Или ты не хочешь помочь этой бедняжке? – хитро добавил он.

– Я устала от магии, – замотала я головой, но все-таки покорно положила ее, куда сказали.

– Ну, совсем без магии – не получится, уж прости. – Кондор завел мне прядь волос за ухо. – Но я постараюсь, чтобы она не причиняла тебе вреда. Спи.

Я не знаю, как он это сделал – то ли нажал на какую-то точку у меня на лбу, то ли применил чары, то ли что-то еще. Я просто закрыла глаза – мне показалось, что не больше, чем требовалось, чтобы устало моргнуть, – а потом открыла их и поняла, что что-то не так. На щеке отпечаталась текстура обивки дивана, плечо затекло, и во рту пересохло. А главное – в голове, где-то внутри, поселилось странное ощущение щекотки, которое не проходило, и сама голова при этом была странно легкой и очень пустой. Я снова зажмурилась, на этот раз – без провала во времени, просто чтобы стряхнуть с себя все эти странные ощущения.