Мария Покусаева – Чийский шелк (страница 8)

Утром она узнала, что граф Доннели прислал записку и обещал приехать после обеда.

И он действительно приехал — очень помятый и бледный, лишённый своего обычного лоска и уверенности. Наткнувшись на встревоженный взгляд Джейны, которую леди Алисия едва ли не за руку втащила в гостиную, лорд Доннели сощурился — довольно неприятно и нехорошо. Джейна в ответ упрямо поджала губы.

Кажется, это был намёк на то, что у них теперь есть общая тайна и эта тайна тяготит каждого.

Сидя в гостиной особняка, который снимала леди Бронкль, лорд Доннели извинился лишь за то, что ему пришлось покинуть свою прелестную спутницу во время прогулки.

Джейна нервно теребила наспех заплетённую косу. Она была рассержена, как оса, влетевшая в окно и увязшая в вазочке с яблочным вареньем, потому что точно так же, как эта оса, была скована и обречена.

— Мы столкнулись с одним моим знакомым, — граф невозмутимо принял из рук слуги чашку чая. — Пришлось отправить юную леди назад в одиночестве, потому что этот господин был пьян и очень серьёзно напрашивался в компанию к нам.

Звучало это, с точки зрения Джейны, не слишком убедительно. Матушка поджимала губы, видимо, считая точно так же, но никак иначе недоверия не выражала.

— И кто, позвольте спросить, вам встретился? — спина старшей леди Бронкль была пряма, а взгляд и улыбка вежливы и холодны.

— Эмм… Чародей из свиты принца Антуана, — граф нервно заёрзал в кресле. — Весьма неприятный тип.

— Это тот, которому принц, по слухам, обязан жизнью?

— Тот самый, — кивнул граф. — Видимо, действительно обязан, раз эту языкастую ско… — тут лорд Доннели поморщился, словно от боли. — Не в меру саркастичного господина терпят в высшем свете. Поэтому я вчера…

— В любом случае это было крайне неучтиво, Ваша Светлость, — перебила его леди Алисия, чопорно поджав губы.

Красивое, аристократическое лицо графа сейчас не вызывало у Джейны никаких чувств, кроме отвращения. Она старательно отводила от него взгляд, изучая то стены, то чайный сервиз, то собственные колени и кремовый атлас юбки, на который боялась пролить чай.

— А что мне было делать? — развёл руками лорд Доннели. Джейне показалось, что даже сюртук на нём сегодня выглядел помято. — Я пришёл принести извинения за эту неучтивость и как-то загладить свою вину, если юная леди мне позволит, — он улыбнулся в сторону Джейны, а ту передёрнуло — пришлось сделать вид, что она поперхнулась чаем. Улыбка графа показалась девушке очень неискренней и расчётливой. — Может быть, мне стоит пригласить вас завтра…

— Завтра мы не можем, — быстро сказала Джейна, умоляюще посмотрев на мать. — Мы же собрались навестить салон моей кузины, и…

Леди Алисия удивлённо вскинула брови: ещё пару дней назад дочь, не слишком любившая музыкальные салоны, старательно уговаривала матушку придумать другое развлечение. Сообразив, что между молодыми людьми, на чей союз Алисия не слишком надеялась, но с удовольствием поддержала бы, что-то происходит, леди Бронкль подтвердила слова дочери и, выждав полагающуюся паузу, за которую придумала благовидный предлог, поспешила на время — точно ею озвученное — оставить парочку наедине. Серые глаза Джейны казались напуганными, но леди Алисия, хорошо понимающая, что вчера дочь натворила каких-то дел — слава Милосердному, в воздухе скандалом не пахло! — решила в воспитательных целях дать Джейне возможность самой эти дела разгрести.

Стоило леди Бронкль покинуть комнату, как граф снял с лица маску доброжелательности. Почти. Со стороны могло бы показаться, что парочка мирно, пусть и прохладно, беседует, но на деле было не так.

Граф достал из кармана амулет — оправленный в серебро тонкий, как коготь, чёрный кристалл и, покручивая его в руках, с победной насмешливостью посмотрел на вжавшуюся в кресло Джейну.

— Маленькая дрянь, — ласковым шёпотом сказал он. — Не бойтесь, милая, ваша матушка нас не услышит, даже если очень захочет. У меня тоже есть чародеи в друзьях, — граф закинул ногу на ногу, продолжая рассматривать Джейну. Джейна теребила кончик косы и в ужасе кусала губы. Она была слишком вымотана всем этим, чтобы даже просто велеть неприятному гостю уйти из гостиной и из её дома. Впрочем, что-то подсказывало, что он бы не послушался. — Я сделаю всё, чтобы ваша жизнь превратилась в страшную сказку, леди Бронкль, — пообещал он. — Пусть он и зачаровал меня так, что я никому не могу сказать о том, что вы очень наивная и доступная юная леди, — в красивых, мужественных чертах графа проявилось нечто, похожее на змеиную хитрость.

Оса в последний раз отчаянно вжикнула.

— Я знаю, что вы ищете мужа, Джейна, — продолжил граф. — Я бы с удовольствием сам на вас женился, но в сложившихся обстоятельствах — увы, не могу. Этот хитрец всё предусмотрел. Слышали бы вы, в каких выражениях он изложил мне это вчера днём, перехватив на встрече в Министерстве. Хотя нет, — граф посмотрел сквозь кристалл на свет. — Юным барышням вроде вас такие слова знать нельзя. Как и некоторые подробности проклятия.

Джейна собралась с силами и выпрямила спину, пытаясь прогнать страх.

— Вы сейчас встанете и уйдё… — попыталась она.

— Я уйду, когда мы договорим, — резко ответил граф Доннели. — Я бы сказал вам многое, милая леди, но, увы, не могу, — он придвинулся к ней. Со стороны могло бы показать­ся, что граф собирается сделать пылкое признание. В общем-то, что-то такое он и сделал. — Я обещаю, Джейна, что вы не выйдете замуж, или выйдете, но за того, кто будет выгоден мне. Это будет плата за моё самолюбие, которое пострадало из-за вас.

— Уходите, — Джейна смотрела на столик, где оса продолжала тонуть в варенье, и едва сдерживала слёзы ужаса.

— Посольство уедет, Джейна, — словно не обратив внимание на её слова продолжил граф. — А вы останетесь. Я не думаю, что высокородная сво… персона будет отслеживать положение ваших дел и обещаю: я поверну своё проклятие против вас. Ну, не надо, не плачьте, вы сами знали, на что шли…

— Не знала! — яростно вскрикнула она, понимая, что сейчас точно заплачет. — Я полагалась на ваше благородство!

— А я слышал, что вы знаете намного больше, чем прикидываетесь, — самодовольно улыбнулся он, наблюдая, как дрожат от бессильной ярости её руки. — Ваша страшненькая подружка… как её? Селия? Она как-то мне обмолвилась, что вы отличаетесь весьма свободными взглядами на некоторые вещи… Не делайте такое лицо, Джейна. Целуетесь вы превосходно.

XI

— Мы не можем сразу предложить вам место Младшей Наставницы, — сказала Директриса. — Только помощницы. Но у вас будет место в служебной спальне, еда и казённое платье. И пока что скромное жалование. С вашими результатами, думаю, вы быстро сможете получить доверие и продвинуться в иерархии Школы, — Директриса любовно провела рукой по аттестату Джейны, который сама же и подписывала чуть больше полугода назад. — Говорите, ваш отец дал согласие?

— Да, миледи, — Джейна протянула конверт, в котором лежало письмо отца, и теперь надеялась, что ничем себя не выдаст. Это согласие было выцарапанной из лорда Бронкля отмашкой, результатом нескольких истерик и голодовки, после которой с разволновавшимся отцом пришлось поговорить и, в тайне от матери, рассказать всё.

— Что ж… Джейна, — Директриса жестом приказала молчаливой служанке принести чай. — Работать здесь — не то же самое, что учиться…

— Я понимаю, миледи…

— Не перебивайте! — Директриса умела говорить тихо, но так, что ослушаться её не было возможности.

Среди студентов ходил слух, что эта леди — настоящая ведьма и не стесняется этого. Было ли это правдой — никто не мог доподлинно сказать. Директрису Враньего Дола в стенах школы видели не часто, но она при этом, кажется, знала все обо всех.

О ней же самой было известно крайне мало, словно кто-то сплел сеть морока, прячущую ее настоящее, светское лицо за маской должности.

— Джейна, вы опуститесь на ступень ниже, чем были раньше. Я помню, что вы довольно болезненно переживали столкновения с более знатными воспитанницами, но по статусу внутри Враньего Дола вы были равны им. Теперь — нет. Пока я не сочту, что вы набрались достаточно опыта, вы будете в самом низу местной иерархии — чуть выше Молли, — тут горничная вскинула голову, услышав своё имя — она как раз вошла в Приёмную с подносом в руках. Директриса кивнула. — Вы это понимаете, Джейна?

— Да, миледи.

— Никаких поблажек, — Директриса отстукивала пальцами по поверхности стола в такт своим словам. Джейна следила за движением ее руки, потому что боялась смотреть этой строгой леди в лицо. — Никаких выходных очень долгое время. И тем более — никаких отношений с мужчинами, пока вам не исполнится двадцать один. У вас будет очень много обязанностей, Джейна, но почти никаких прав. Вы согласны?

— Да, миледи, — Джейна не решалась притронуться к предложенному чаю. Сейчас она только начала в полной мере осознавать, на что пошла, решив перечить матери и искать не мужа, к чему её готовили всю жизнь, а работу. Но даже озвученные Директрисой условия показались ей не такими суровыми на фоне тихой травли, которую устроил граф Доннели.

Три жениха Джейны, достойные во всех отношениях молодые люди, сбежали от неё, объяснив разрыв совершенно разными причинами, ни одна из которых с самой Джейной связана не была. Один уехал служить в Аглавер, второй получил должность где-то в Арли и его планы создать семью пришлось подвинуть на пару лет. Семья третьего внезапно разорилась. Граф действительно умело обходил проклятие, поворачивая его так, чтобы оно приносило вред и Джейне, ради спасения которой вроде бы было создано.