Мария Подольская – Тени желания. Бдсм. Нон-фикшн (страница 2)
– Александр… пожалуйста… – простонала она в подушку.
Второй оргазм был ещё сильнее. Тело сотрясалось, киска сжималась и пульсировала так интенсивно, что из неё буквально брызнуло. Анна закричала в подушку, ноги дрожали, бёдра сводило судорогой. Она продолжала трахать себя пальцами, выжимая из себя каждый последний спазм.
Когда всё затихло, она рухнула на кровать, тяжело дыша. Тело блестело от пота, трусики и простыня были совершенно мокрыми. Между ног всё ещё пульсировало сладкой, ноющей пустотой.
Анна перевернулась на спину и достала телефон. Новое сообщение от неизвестного номера:
«Завтра. Семь тридцать. Не опаздывайте.
И помните про чулки.
А. Волков»
Она закусила губу. Пальцы снова потянулись вниз. На этот раз она была медленнее – просто гладила набухший клитор, продлевая приятное послевкусие.
«Я не могу пойти… Это безумие. Он мой босс. Он опасен. Он…»
Но тело уже решило за неё. Она представила, как сидит напротив него в ресторане, а под столом его рука медленно забирается под её юбку, отодвигает трусики и два пальца входят в неё прямо там, среди людей.
Анна тихо застонала и ускорила движения. Третий оргазм пришёл мягко, но глубоко – длинная, сладкая волна, от которой она выгнулась и прошептала его имя:
– Александр…
Она лежала, тяжело дыша, и смотрела в потолок. Пальцы блестели от её соков.
Анна взяла телефон и быстро набрала ответ:
«Я буду. В семь тридцать.
Анна»
Сообщение улетело.
Она знала, что этой ночью ей уже точно не уснуть.
И что завтра её жизнь перевернётся навсегда.
Глава 3. Неожиданное предложение
Ровно в семь тридцать чёрный Mercedes-Maybach остановился у её подъезда. Анна уже ждала, нервно переминаясь на каблуках. Она выполнила все его указания: тонкие чёрные чулки с широкой кружевной резинкой, туфли на высоком каблуке и шелковая кремовая блузка, которую можно было расстегнуть почти до пояса. Под юбкой-карандаш – самые тонкие, почти прозрачные кружевные трусики.
Водитель молча открыл дверь. Анна села в салон, и прохладная кожа сиденья коснулась обнажённой кожи над чулками. Между ног уже предательски пульсировало.
Ресторан «Атмосфера» занимал весь верхний этаж роскошного отеля. Их проводили в отдельный кабинет с панорамным видом на ночную Москву. Александр ждал её. Когда она вошла, он медленно поднялся, и его серо-стальные глаза прошлись по её телу – медленно, собственнически, словно уже раздевали.
– Вы выглядите именно так, как я приказал, – произнёс он низким, бархатным голосом. – Хорошо. Садитесь.
Ужин шёл в тяжёлой, электрической атмосфере. Они говорили о мелочах, но каждое слово было пропитано подтекстом. Его взгляд постоянно возвращался к её губам, к приоткрытой ложбинке между грудей, к тому, как она сжимала бёдра под столом.
Когда подали десерт, Александр откинулся в кресле и посмотрел на неё совсем иначе – жёстко и откровенно.
– Анна, я не люблю тратить время на пустые разговоры. Я хочу вас. И хочу вас по-своему.
Он достал из внутреннего кармана тонкую чёрную папку и положил её на стол.
– Я доминант. Это не игра и не прихоть. Это образ жизни. Мне нужна женщина, которая готова отдать мне полный контроль над своим телом и удовольствием. Без оговорок. Без «почти».
Анна почувствовала, как жар разливается по низу живота.
– Вы предлагаете мне быть вашей… любовницей?
– Нет. Я предлагаю вам стать моей субмиссив. На определённый срок. С контрактом, правилами и чёткими границами.
Он открыл папку. Там лежал плотный список.
– Здесь всё: что я буду делать с вами, какие слова вы будете использовать, какие действия запрещены, какие – обязательны. Вы будете принадлежать мне. Ваши оргазмы, ваше тело, ваше время – всё под моим контролем. Взамен – безопасность, роскошь и такое удовольствие, которое вы даже не можете себе представить.
Анна смотрела на бумаги, и в голове вспыхивали яркие картины: как он прижимает её к столу, как шлёпает по попке, как грубо входит в неё сзади.
– Вы серьёзно? – прошептала она.
– Более чем. – Его голос стал ниже. – Я видел, как вы реагировали вчера в кабинете. Как ваши соски затвердели под блузкой, как вы сжимали бёдра, пытаясь скрыть, что течёте. Не отрицайте этого.
Анна покраснела. Она действительно была мокрой уже сейчас.
Александр наклонился ближе.
– Представьте, Анна. Я веду вас в свою Красную комнату. Это специальное помещение в моём пентхаусе, полностью посвящённое тому, что я люблю. Стены тёмно-бордового цвета, почти чёрные. Пол – тёплый чёрный мрамор с подогревом. В центре – большая кровать с чёрным шёлковым бельём и металлическими кольцами по всем сторонам для фиксации. По стенам – специальные крепления, цепи, карабины. Вдоль одной стены – большой деревянный крест Святого Андрея, отполированный до блеска. Рядом – скамья для порки с мягкой кожаной обивкой и ремнями для рук и ног.
Анна сглотнула. Её дыхание участилось.
– Там есть шкаф, полный игрушек, – продолжал он, не отводя от неё глаз. – Плети разной жёсткости, кожаные и замшевые. Паддлы, стек, канны. Вибраторы, анальные пробки всех размеров, зажимы для сосков, кляпы, слепые повязки. В углу – система подвеса с мягкими кожаными манжетами. Всё освещение – приглушённое, красное, чтобы кожа выглядела особенно соблазнительно. Воздух всегда тёплый, с лёгким запахом кожи и мускуса.
Она представила себя там: обнажённую, привязанную к кресту, с раздвинутыми руками и ногами. Представила, как Александр ходит вокруг неё с плетью в руке, как кожаные хвосты слегка касаются её груди, живота, внутренней стороны бёдер. Как он внезапно шлёпает ею по мокрой киске, заставляя её вскрикнуть.
– Вы можете меня связать… и что потом? – тихо спросила она.
– Потом я буду медленно исследовать каждую часть вашего тела, – ответил он, и его голос стал ещё ниже. – Я сниму с вас платье, оставлю только чулки и туфли. Привяжу вас к кресту или к кровати. Буду использовать свои руки, рот, игрушки. Доведу вас до края оргазма снова и снова, но не позволю кончить, пока вы не начнёте умолять меня по имени. А когда разрешу – вы будете кончить так сильно, что ноги перестанут вас держать.
Анна почувствовала, как её киска сжалась от этих слов. Трусики промокли окончательно.
– Я… я не знаю, смогу ли, – прошептала она, хотя тело уже горело.
Александр достал чёрную карточку и протянул ей.
– Завтра в девять вечера вы придёте в мой пентхаус. Я покажу вам Красную комнату лично. Посмотрите всё. Если испугаетесь – просто уйдёте, и мы никогда больше не увидимся. Если почувствуете, что хотите этого… мы начнём.
Он встал, обошёл стол и остановился совсем близко. Его пальцы легко коснулись её подбородка, заставляя поднять глаза.
– Наденьте платье, которое легко снять. Без нижнего белья. И приходите.
Он наклонился и очень легко, почти невесомо поцеловал её в уголок губ. Этот поцелуй обжёг сильнее любого другого.
– До завтра, Анна.
Он ушёл, оставив её одну с чёрной папкой, карточкой в руке и телом, которое буквально горело.
Анна сидела ещё долго, пытаясь успокоить дыхание. Между ног пульсировало так сильно, что она едва могла сидеть спокойно.
Она уже знала, что завтра в девять вечера она будет стоять у дверей его пентхауса.
И что после этого пути назад уже не будет.
Глава 4. Правила контракта
Анна стояла перед массивной дверью пентхауса ровно в девять вечера. Чёрное платье на тонких бретелях едва прикрывало верхнюю часть чулок. Под ним – ничего. Ни трусиков, ни бюстгальтера. Каждый шаг заставлял её остро чувствовать свою обнажённость. Между ног уже пульсировало предательской влагой.
Дверь открылась бесшумно. Александр ждал в гостиной, освещённой мягким светом. Чёрная рубашка с расстёгнутыми пуговицами открывала загорелую кожу. Его взгляд медленно скользнул по её телу – от каблуков до приоткрытой ложбинки между грудей.
– Вы пришли. И выполнили всё, что я сказал. Хорошо.
Он налил ей бокал красного вина и указал на низкий диван напротив своего кресла.
– Прежде чем я покажу вам Красную комнату, мы обсудим правила контракта. Если вы подпишете его, эти правила станут для вас законом.
Александр открыл толстую чёрную папку и начал читать спокойным, но властным голосом:
– Правило первое. Полное послушание. В этих стенах и в Красной комнате вы обращаетесь ко мне исключительно «Господин» или «Сэр». Вы выполняете все мои приказы немедленно и без обсуждения. Спор, промедление или отказ – наказание.