Мария Подольская – Шёлковые Узы королевства. БДСМ. НОНФИКШН (страница 3)

Его голос был низким, тёплым. Он слегка потянул цепочку вверх, заставляя её руки подняться выше, и направлял движения пальцами поверх её пальцев. Игла входила в ткань медленно, точно. Анфиса дышала ровно, каждый стежок сопровождался тихим «Да, мой Король». Роберт иногда наклонялся и целовал её шею, шепча:

– Ты делаешь это для меня. Каждая нить – это «я твоя».

Через полчаса вышивка была почти закончена. Роберт развернул её кресло к себе, встал на колени перед ней и поцеловал готовый инициал прямо сквозь ткань, прижимаясь губами к её груди. Она выгнулась, чувствуя тепло его дыхания через тонкий шёлк рубашки.

Теперь была его очередь.

Роберт помог ей встать, подвёл к большому мягкому пуфу у окна и усадил её на него. Он снял с неё цепочку браслетов, но оставил сами манжеты – просто как символ. Затем достал набор хны – натуральную, тёплую, цвета тёмного шоколада.

– Сегодня я нарисую на тебе нашу сказку, – сказал он, разводя пасту. – Ляг на спину, руки над головой. Я свяжу их шёлком, чтобы ты не могла пошевелиться, пока краска высыхает.

Анфиса послушно легла. Роберт взял длинную шёлковую ленту, обвил её запястья и закрепил за специальное мягкое кольцо в изголовье пуфа – фиксация была лёгкой, но полной: руки вытянуты вверх, тело открыто. Он снова проверил пульс и пространство под лентой.

– Дыши со мной, – прошептал он.

Пока хна сохла, Роберт взял холст и начал рисовать её портрет. Анфиса лежала перед ним обнажённая, связанная, с уже нанесёнными первыми линиями хны на животе – переплетённые нити и маленькая корона над пупком. Его кисть двигалась быстро и уверенно: он рисовал её лицо – закрытые глаза, приоткрытые губы, длинные ресницы. Потом грудь, изгиб бёдер, место, где хна уже начинала темнеть.

– Ты видишь, как я вижу тебя? – спрашивал он, не отрываясь от холста. – Моя Королева в узах, но свободная в любви.

Анфиса тихо стонала от каждого его взгляда. Хна слегка покалывала кожу – приятное, тёплое ощущение. Роберт отложил кисть, подошёл ближе и начал наносить узоры дальше: тонкие линии от ключиц вниз по груди, обводя соски, потом по бёдрам – спирали, символизирующие их бесконечную сказку. Его пальцы были тёплыми, движения – медленными, почти гипнотическими.

Когда узор был завершён, он развязал ленту, но не сразу. Сначала поцеловал каждое запястье, затем опустился ниже и начал целовать хну – губами, языком, очень нежно, чтобы не размазать, но достаточно страстно, чтобы она почувствовала его желание. Он дошёл до живота, до бёдер, и наконец – между ног. Анфиса дрожала, но не двигалась: руки всё ещё были свободны, но она сама держала их над головой, отдаваясь.

– Теперь ритуал подписи, – прошептал Роберт, поднимаясь выше.

Он лёг рядом, прижал её к себе и начал целовать своё собственное сердце – то место на груди, где билось его сердце. Долгие, влажные поцелуи, оставляющие следы. Анфиса повернулась и присоединилась: её губы тоже коснулись его сердца, оставляя лёгкий след хны и своей помады. Они целовали одно и то же место по очереди, пока их дыхание не слилось в одно.

– Это наша подпись, – сказал он тихо. – Навсегда.

Только после этого он вошёл в неё – медленно, глубоко, держа её за бёдра, чтобы хна не размазалась. Движения были плавными, как мазки кисти: каждый толчок – новый штрих их любви. Анфиса кончила первой, тихо, долго, шепча «Да, мой Король» ему в губы. Роберт последовал за ней, заполняя её собой полностью.

Сразу после – aftercare. Он принёс тёплую влажную ткань, аккуратно стёр остатки хны, где нужно, и нанёс успокаивающий крем на все места узоров. Потом укрыл её пледом, лёг рядом и прижал к груди.

– Как ты себя чувствуешь, моя любимая?

Анфиса улыбнулась, прижимаясь ближе.

– Я – картина. Я – вышивка. Я – твоя. Никогда не чувствовала себя такой красивой и такой любимой.

Роберт поцеловал её в лоб и тихо сказал:

– Завтра мы наденем эту рубашку на нашу онлайн-встречу по инвестициям. И каждый, кто увидит инициалы, не будет знать, что под ними – наша сказка.

Они лежали в полумраке, глядя на законченный портрет и готовую вышивку. Нить покорности сегодня стала ещё крепче. А хна на её коже будет напоминать о вечере ещё целую неделю – их тайный, нежный, полный любви рисунок.

Глава 5. «Спортивный вызов: бег за королём»

Утро было свежим и бодрым. Солнце только поднялось над парком, воздух пах мокрой травой и соснами. Роберт и Анфиса стояли у входа в их любимую лесную тропу – пять километров ровной дорожки с мягким покрытием, где они бегали каждое утро. Он был в чёрных спортивных шортах и белой майке, на поясе – маленькая рация и телефон. Анфиса – в лёгких розовых леггинсах и белом спортивном топе. На шее, как всегда, тонкий коллар, который она никогда не снимала даже на пробежку.

Она подошла к нему вплотную, опустила глаза и произнесла тихо, но ясно:

– Я твоя, мой Король.

Роберт улыбнулся, обнял её за талию и поцеловал в висок.

– И я твой, моя Королева. Сегодня ты побежишь за мной… внутри.

Он достал из маленькой сумки на поясе крошечный, гладкий вибратор – медицинский силикон, размером с большой палец, с приложением на телефоне. Анфиса сама подняла край топа и спустила леггинсы. Роберт медленно ввёл игрушку в неё, убедившись, что она хорошо смазана и сидит комфортно. Затем подключил приложение, проверил связь и поставил самый низкий уровень – лёгкое, постоянное пульсирование.

– Чувствуешь? – спросил он, целуя её в губы.

– Да, мой Король… уже чувствую, – выдохнула она, и её щёки слегка порозовели.

Он надел ей на ухо беспроводной наушник-рацию, сам вставил второй.

– Команды будут только от меня. «Ускорься», «Замедлись», «Дыши глубже». Safeword остаётся прежним. Если «Жёлтый» – сразу снижаю. Если «Красный» – останавливаемся. Поняла?

– Да, мой Король. Я готова отдать тебе даже свой бег.

Они начали. Роберт бежал в полуметре слева от неё, легко и уверенно. Вибратор внутри Анфисы работал на первом уровне – мягко, ритмично, как второе сердце. Первые пятьсот метров она бежала ровно, но уже чувствовала, как удовольствие растекается по телу с каждым шагом.

– Ускорься на десять секунд, – раздался в наушнике его низкий, спокойный голос.

Анфиса послушно прибавила темп. Вибратор тут же перешёл на второй уровень – сильнее, глубже. Она тихо ахнула, но не сбилась с шага.

– Хорошая девочка, – похвалил Роберт. – Дыши со мной. Вдох… выдох…

Они бежали в унисон. Каждый раз, когда он говорил «Замедлись», вибратор снижался, давая ей передышку. Когда «Ускорься» – поднимался, заставляя её тело дрожать от удовольствия на бегу. Пот уже стекал по её спине, ноги становились ватными не от усталости, а от того, как сильно она сдерживала себя, чтобы не кончить посреди парка. Роберт бежал рядом, иногда касаясь её руки локтем – просто чтобы она чувствовала: он здесь, он контролирует, он любит.

На третьем километре он шепнул:

– Сейчас третий уровень. Только на тридцать секунд. Держись за меня взглядом.

Анфиса повернула голову – их глаза встретились. Вибратор взорвался внутри неё мощной, но контролируемой волной. Она споткнулась на шаг, но он мгновенно поддержал её за локоть.

– Ты справишься, моя Королева. Ты бежишь за мной. Ты моя.

Она стиснула зубы, дыхание стало прерывистым, но она не остановилась. Тридцать секунд показались вечностью и мгновением одновременно. Когда уровень снова упал, она выдохнула с дрожью:

– Спасибо… мой Король…

На финише, у их любимой скамейки, Роберт остановил приложение полностью. Анфиса рухнула ему в объятия, тяжело дыша, вся мокрая от пота и возбуждения. Он снял с неё наушник, поцеловал в мокрый лоб, в губы, в шею.

– Ты пробежала пять километров под моим контролем. Я так горжусь тобой.

Они медленно пошли домой пешком – всего десять минут. Всю дорогу он держал её за руку, а вибратор остался внутри – как напоминание.

Дома они сразу прошли в большую душевую кабину. Роберт включил тёплую воду, раздел их обоих и поставил Анфису под струи. Он сам намылил губку и начал мыть её – медленно, как королеву после битвы. Сначала волосы, потом плечи, грудь, живот. Когда дошло до бёдер, он аккуратно вынул вибратор, поцеловал то место, где тот только что был, и продолжил мыть её нежно, пальцами, губкой, любовью.

– Ты была идеальной сегодня, – шептал он, стоя за её спиной и массируя ей поясницу. – Каждый шаг – это твоя покорность. Каждый вздох – это «да».

Анфиса повернулась к нему лицом, обняла за шею и поцеловала глубоко, страстно.

– Я хочу пробежать с тобой марафон. Полный. С тобой внутри меня… в прямом и переносном смысле.

Роберт улыбнулся, прижал её к мокрой плитке и вошёл в неё медленно, под тёплыми струями. Движения были плавными, глубокими – не спеша, просто чтобы закрепить утренний ритуал. Она кончила первой, тихо, долго, держась за его плечи. Он следом – заполняя её собой под шум воды.

После душа – aftercare на широкой кровати. Он укутал её в большое мягкое полотенце, принёс воду с лимоном, лёг рядом и начал гладить по всему телу – от макушки до пальцев ног.

– Расскажи мне, что ты чувствовала на третьем километре, – попросил он.

Анфиса прижалась к его груди.

– Я была полностью твоя. Даже бег был не мой – твой. Я никогда не чувствовала себя такой сильной и такой… отданной. Я люблю тебя.

– А я люблю тебя так сильно, что хочу пробежать с тобой весь мир, – ответил Роберт. – Завтра зарегистрируемся на полумарафон через два месяца. Вместе. И я буду управлять тобой всю дистанцию.