Мария Першке – Клыки Тьмы. Тайна маски (страница 4)
Льюис снова попытался удобно устроиться на ветке, но у него никак не получалось. Жесткая кора дерева то и дело впивалась в его спину сквозь порванную кофту.
Новый знакомый сначала спокойно наблюдал за этим, но все-таки не выдержал и кинул ему свою куртку.
– Положи под спину, – сказал он.
– Спасибо, – ответил Льюис, аккуратно складывая чёрную куртку и также бережно убирая её за спину.
Сероглазый мальчик выдержал паузу и снова заговорил:
– Ты ведь не здешний? Я тебя раньше не видел.
– Верно, – кивнул Льюис. – Я раньше жил в другом штате.
У маленького мальчика всегда оставались тёплые воспоминания о своём родном городе. Но пережив столько переездов, он и вовсе запутался, где ему понравилось больше. Родители Льюиса последние пять лет не могли определиться, где они хотят жить, и практически каждые полгода меняли город и штат. Но они заверили своего сына, что город Уэйко будет лучшим местом и для него, и для их семьи, и для его старшей сестры Патриции.
– Ну тогда, – начал говорить мальчик на соседней ветке, – мы можем и подружиться!
Интересно, а почему он вдруг завел такой разговор? Почему предложил дружбу, когда узнал о том, что Льюис не из этих мест? В чём, интересно, было дело? Майкл явно не хотел, чтобы кто-то знал о его прошлом. Или, может быть, причина в чем-то другом? Но в чем же?
– Ты это предложил, – осторожно проговорил Льюис, – только потому, что я не отсюда?
Майкл в изумлении посмотрел на новенького и странно улыбнулся. И вдруг в его глазах появилась грусть и какой-то очень нездоровый страх.
– Просто… – протянул мальчик. – Если ты не местный, значит, ты не мог быть одним из тех детей, которые издевались надо мной раньше.
Льюису стало жаль своего нового знакомого. Похоже, тот вовсе не был хулиганом, а ссадины могли лишь означать самозащиту. Да и сидел он тут в одиночестве, был оборвышем со смешной и обидной кличкой. Видимо, ему доставалось в детстве из-за всего этого, но сейчас, похоже, он стал защищать свою честь.
– Почему твои родители не помогли тебе? – поинтересовался Льюис. – Мои мама и папа защищали меня от хулиганов, когда я был совсем маленьким. Ну и моя сестра тоже, – отметил он, – Патриция всегда готова защитить меня.
– У меня есть только мама, – грустно признался чёрноволосый мальчик, – а папу я никогда не видел. У меня нет ни братьев, ни сестёр. Так что я сам по себе.
– Но ведь есть мама!
– Она избегает меня, – еле слышно прошептал Майкл. – Говорит, что я – урод, как и мой отец.
Льюис не нашёл слов, чтобы хоть как-то поддержать мальчика. Его новый друг был несчастен – нет любви и тепла от матери, нет отца. Он сам не был способен по-настоящему понять Майкла. Ведь у него было всё, в отличии от этого ребёнка. И Льюис вдруг побоялся, что Майк может начать ему завидовать. Тогда, может, стоило показать, что они похожи? Лью действительно хотел подружиться со своим собеседником, ведь у него здесь не было ни одного друга.
Сэмми отдал материалы сразу же, как приехал в судмедцентр. Вечер клонился к ночи, а результат экспертизы найденных останков будет с утра.
«Почему так долго? – попытался было возмутиться Сэм, но смирился. – Ну что ж, придётся ждать».
Приехав в свой отель, он не находил места от нетерпения. Ему бы стоило отдохнуть перед тем, что будет ждать его утром – Дайлли предчувствовал что-то невероятное. Но не мог понять что именно. С наступлением нового дня Сэм планировал изучить не только сегодняшние находки, но и записи опроса тех трёх девушек, которые нашли шестерых похищенных детей.
А после изучения и заключения, он должен был впервые встретиться с мистером Кайли. Но когда настанет тот день, точно не было известно. Потому что расследование могло и затянуться, а Николас мог приехать и гораздо раньше. Это был бы самый лучший вариант для Сэма, раз уж шеф полиции лично бывал в Филиале Радоу.
А теперь – кроличья голова. Сэмми плюхнулся на кровать, держа ее в руках. Детектив снова покрутил её, рассматривая со всех сторон. Под светом неяркой лампочки голова выглядела устрашающей. От неё словно исходила какая-то страшная аура. Чёрный облезлый мех неприятно холодил ладони, а запах, исходивший от кроличьей маски, разливался по всей комнате. Сэму стало не по себе – он понял, что боится.
«Не смотри на меня так, мне страшно!» – зазвенел испуганный детский голос у него в голове.
Дайлли показалось, что он сам – этот мальчик. Но кому он это сказал? Человеку в костюме чёрного кролика? Или это случайная мысль, которая ничего не значит. Молодой человек ещё раз посмотрел на голову в своих руках. Он определённо где-то её видел и держал её точно также.
Его мысли ни с того, ни сего перестали быть ясными – Сэм понял, что засыпает. Оказывается, он так устал. Криминалист сполз ниже, под одеяло, а маску положил на прикроватную тумбу. Сначала Сэмми положил её так, чтобы она смотрела в стену напротив. Но вдруг решил, что так будет не честно – и развернул голову пустыми глазницами к себе. Словно эта угольная кроличья голова могла наблюдать за ним. И ему уже не было жутко, навалившаяся усталость растворяла мысли о страхе и самозащите.
Дайлли моментально погрузился в сон. Тьма окутала его сознание, мышцы расслабились. Тихий шелест деревьев за окном уступил абсолютной тишине.
И в один момент Сэм вдруг почувствовал запах гнили – такой же, как в подвале узла. Но откуда ему было взяться? Неужели зловоние пришло с его сном?
Тёмная пучина рассеялась, и перед ним возникла тень – та же, которая появилась буквально на секунду в филиале. Сейчас, по крайней мере, было понятно, что это образ мужчины. Но Сэм не понимал – кто это. Это был силуэт «Льюиса»?. Мужчина возвышался над ним – он был огромным. Сэм почувствовал себя маленьким мальчиком по сравнению с этим человеком.
Открыв глаза от испуга, он сразу понял, почему воняло гнилью – кроличья маска была на его голове. Переведя дух и осознав, что происходит, Сэм быстро стянул с себя кроличью голову и откинул ее от себя. Запах гнили всё ещё витал в его носу. Это было мерзко.
Когда он успел надеть эту голову? Похоже, это произошло непроизвольно, когда он уснул. Но он же положил её на тумбочку! Может быть, он лунатик? И кто был тот мужчина? Почему его голос показался таким знакомым? Это и был Льюис? Это был его отец? И почему он назвал его «Сэмми»? Только мама называла его так…
Выходит, Сэм был прав – эта кроличья голова раскроет тайну его прошлого. Такое с ним происходит впервые – никогда ещё Дайлли не приближался так близко к разгадке того, что произошло в 1982 году.
Посмотрев на часы, что стояли на прикроватной тумбочке, Сэм обнаружил, что ему нужно вставать как раз через пять минут. Удачно он проснулся! Парень вспомнил, что ему должны были отдать результаты теста ДНК.
Дайлли снова убрал кроличью голову в сумку, собрался и поехал в судмедцентр. Всю дорогу он только и думал о том человеке, который пришёл к нему во сне. Он явился к нему тогда, когда Сэм надел маску? Если да, то получается, она решила раскрыть ему свои тайны? Сейчас он это узнает.
Солнце снаружи убежища шпарило, как никогда раньше. Но это не мешало двум подросткам наслаждаться летними каникулами в своём собственном укромном месте, подальше от всех. Еще круче было от того, что их убежище находилась на огромной свалке, на окраине Уэйко. Здесь их уж точно не смогли бы найти злые сверстники, которые так любили поиздеваться над ними обоими.
Льюис всегда любил робототехнику и мечтал создать машину, которая произведёт фурор. Такой же, как Конрад Цузе в 1938 году, когда создал первый компьютер.
Благодаря родителям, у Льюиса были различные книги по роботостроению и машиностроению. Именно этим он, в основном, и занимался всё свободное время. Сначала просто перечитал книги по нескольку раз. Потом за ним замечали другие вещи: то он рисует различные чертежи, то копается в хламе – именно этим ему и нравилась свалка. То строит что-то своё. К всеобщему удивлению у него всё отлично получалось – Лью был хорошо обучаем и схватывал всё на лету.
Майкл не противился порывам друга к изучению механизмов и даже сам порой приносил Льюису всякие интересные штуковины. А иногда делился своими идеями и рисунками, правда, они были странными и даже тревожными – не такими, как идеи самого Льюиса. Но парень не особенно заморачивался по поводу идей Майкла – в конце концов, они были разными людьми с разным воспитанием. И с разными мозгами. Здорово, что Майкл никогда не обижался на критику, на которую Лью, надо сказать, был щедр.
Что точно выяснил Льюис – у Майкла была какая-то странная одержимость кроликами. Он не держал у себя дома этих животных, вовсе нет. С детства он любил рисовать их. Или точнее, не кроликов, а что-то очень похожее. Но с каждым разом, с каждым годом кролики становились всё менее реалистичными – они все больше напоминали гибрид животного и человека. А к своему пятнадцатилетию Майкл научился рисовать настолько хорошо, что все эти кроликоподобные существа казались слишком живыми.