Мария Печурина – Спутница (страница 4)

– Жители столицы еще не отошли от прошлого убийства, как сегодня была обнаружена очередная жертва. Эльбина ди Кастро, невеста темного ведьмака ди Ла Верто, стала уже четвертой в списке убитых. Маглиция сообщает, что, как и в прошлых случаях, свидетелей произошедшего нет. Ведется расследование.

Выключаю магскрин и отбрасываю кристалл управления на кресло. Становится чуточку страшно. Явно же, что на этом жертвы не закончатся, а у маглиции нет ни единой зацепки, иначе преступник был бы уже пойман.

Успокаивает лишь то, что все убитые были спутницами темных ведьмаков. Жена, невеста, любовница… Но не случайная одинокая сэя. Хоть какой-то плюс в отсутствии личной жизни.

Некстати вспоминается хат Ризат. Настойчивый ведьмак. Теперь у меня, если что, есть весомые основания для отказа ему.

Возвращаюсь к работе и не поднимаю головы от бумаг до самого вечера. Уже накинув на плечи пальто, отправляюсь проверить кабинет шефа. Я уже заметила, что босс любит чистоту и порядок. Вот и сейчас не исключение. Даже срочные дела, которые, я уверена, связаны с произошедшим убийством, не могут помешать ему аккуратно сложить бумаги и выключить магбук. Удовлетворившись увиденным, возвращаюсь в приемную и замираю.

На пороге помещения стоит темный ведьмак. А я-то надеялась, что он тоже уехал.

– Темного вечера, хат, – киваю ему. – Марха Асбуса сегодня уже не будет. Он уехал по делам.

– Знаю, – мужчина смотрит на меня с прищуром. Не так, как обычно. Сейчас в его взгляде нет и толики привычного вожделения. Он будто впервые меня по-настоящему увидел и сейчас решает, съесть или отпустить.

– Могу еще чем-то помочь? – говорю заученную фразу.

– Вам так понравился букет, что вы выставили его на всеобщее обозрение? – хат кивает на журнальный столик. Да, с моего места букет отлично виден, и я нет-нет да любовалась им весь день, но признаваться в это, конечно же, не собираюсь.

– Он замечательно вписался в данный интерьер. У вас отличный вкус.

– И это все?

– Конечно, – подтверждаю я, беря свою сумочку. – Если вы позволите, я хотела бы отправиться домой.

Все же я наивна. Вместо того чтобы пропустить меня, хат делает шаг мне навстречу и захлопывает за собой дверь. Тут я понимаю, что мы только вдвоем за закрытой дверью. Даже если закричу, в данный час навряд ли кто-то прибежит меня спасать. К тому здесь прекрасная звукоизоляция…

Не в силах сдержать порыв отступаю назад и упираюсь в стол. Хочу ступить за него, но хат оказывается проворней и отрезает мне путь к бегству, упершись руками по обе стороны от меня. Приходится отклониться назад, чтобы не уткнуться лицом в его широкую грудь. Снова ощущаю аромат мужчины и вижу, как начинают виться тени на плечах мужчины.

– Вы… вы не могли бы отодвинуться? – облизываю пересохшие губы.

– Эктор.

– Что, простите?

– Я же просил звать меня по имени.

– Это недопустимо. Рабочая субординация.

– Я разрешил.

– Спасибо, конечно, но я воздержусь.

– А я не люблю воздерживаться, – и вот оно, привычное лицо темного ведьмака. Кривая улыбка появляется на притягательных губах.

– Пожалуйста, оставьте меня в покое. Ваше внимание… оно излишне.

– Почему же? – с этими словами ведьмак едва касается пальцами волос за моим ухом. – Разве тебе не льстит, что ты привлекла мое внимание? – он склоняет еще ниже, так, что наши носы практически касаются друг друга. – Разве, не за этим ты устроилась сюда?

– У вас, видимо, сформировалось неправильное представление о девушках.

– Да ну?

– Я пришла сюда работать.

– Одно другому не мешает.

– Вы – хат, а я обычная сэя. В мои планы не входит быть чьей-то игрушкой или содержанкой.

– А с мархом, значит, входит?

– Не говорите чушь! – начинаю звереть. – Что вы себе позволяете?!

– Завтра, в семь. Ресторан «Кастория».

– Это еще что?

– Наше свидание, – улыбается ведьмак.

Сначала я хочу отказаться, но вовремя прикусываю язык. Мы зайдем на новый круг препирательств.

– Хорошо, – смотрю хмуро на мужчину. Ведьмак вздергивает бровь, явно не ожидав от меня согласия так скоро.

– Эктор, – шепчет он.

– Хорошо, Эктор, – выжимаю из себя и за послушность зарабатываю еще одну улыбку.

– Видишь, не так и сложно, – говорит он мне, а в следующее мгновение его губы всего на мгновение касаются моих. – Я буду ждать тебя, Юли́.

С тихим щелчком закрывается дверь за поспешно вышедшим из помещения ведьмаком, а я тупо пялюсь в окно, переживая произошедшее всего мгновение назад. Меня будто молнией прострелило от макушки до пяток. При чем огонь вспыхнул в ту же секунду в крови и заполыхал пожаром внизу живота. Что это?

Хлопаю себя по щекам и делаю глубокий вдох.

– Нет-нет-нет, Юли́! Не смей! Потерпи до выходного! А там сходим куда-нибудь в бар, найдем мужика на ночь! – уговариваю себя, запирая двери в приемную. Сама я такой способ расслабиться еще не пробовала, но экстренный случай требует экстренных мер!

***

Следующий день проходит как на иголках. Я придумываю новые и новые причины, чтобы не идти на свидание, но понимаю, что все они выглядят неубедительно.

На обеде практически не слушаю Асти, чем, кажется, ее расстраиваю. Извинившись, возвращаюсь к себе. Чувствую, как усиливается головная боль. Не хочу на свидание с хатом! Нас же могут увидеть. И тогда… тогда моя безопасность будет под вопросом. И не только из-за поползновений ведьмака, но и из-за убийств… Ну почему я не сказала хату, что боюсь встречаться с ним из-за происходящего в городе? Хотя, когда бы я это сделала? Все мысли вылетели из головы, едва этот ведьмак приблизился ко мне!

Спасительный звонок раздается аккурат, когда решаю, что попросту никуда не пойду вечером.

– Притихла? – первое, что слышу в магфон.

– Работы много, – почти что скулю и добавляю шепотом: – Спаси меня вечером!

– Давненько мы не ходили на разминку, – говорит, все понимающая Бэтти. – Учитывая, что ты отработала аж целых пару недель, мы обязательно должны встретится сегодня.

– Хорошо. В половине седьмого на нашем месте.

Отключаюсь и выдыхаю. Кажется, у меня будет повод не идти на свидание. Скажу, что забыла. Скорей всего, хат не поверит. И будет зол. Очень зол! Но завтра должен вернуться марх, и я снова смогу выдохнуть. При светлом ведьмаке Эктор не полезет ко мне с объятиями, а в остальное время я постараюсь держаться людных мест.

Ведь первое место, куда бросится злющий темный это моя квартира… Но, возможно, я преувеличиваю. Может, он плюнет на меня после того, как проигнорирую его великую милость ко мне!

После работы бегу домой, переодеваюсь в одежду попроще – брюки, футболку и объемный свитер. Из обуви выбираю спортивные ботинки без каблука (а вдруг придется бежать от хата?).

С Бэтти встречаемся уже в раздевалке. До занятия еще есть время, и я вкратце рассказываю ей, как докатилась до жизни такой.

– Вот ты попала, подруга, – качает она головой. – Будем надеяться, что хат действительно оскорбится и больше не будет проявлять к тебе знаки внимания, но… что-то слабо верится.

– Успокоила, так успокоила, – жалобно протягиваю я.

Мы проходим в зал для тренировки и располагаемся на ковриках. Группа у нас более-менее состоявшаяся, много знакомых лиц. Новенькие появляются каждое занятие, но наш дружный коллектив принимает их всегда как своих.

Плавные движения, медленное дыхание и тихий голос нашего тренера – все понемногу успокаивает мои нервы. Забываюсь, чувствую, как по телу струится теплая энергия, а дышать становится легче.

Прогибаюсь в спине, вдыхаю носом, выдыхаю ртом. Встаю на колени, выгибаю спину вверх, опираюсь пальцами ног в пол и встаю в позу треугольника.

И тут-то я и вижу в перевернутом виде, что позади меня, за стеклом… стоит хат.

Первый порыв – дать деру, но сдерживаю себя. Краска смущения заливает лицо, потому что сейчас я демонстрирую темному ведьмаку одну из прекрасных частей себя. И судя по его ухмылке и горящему взгляду, его все устраивает.

Только вот не пойму, что хат делает здесь, да еще в таком виде. На нем сейчас одеты черные спортивные штаны и майка без рукавов, которая открывает вид на накаченные руки. Залипаю на мужских бицепсах и едва не упускаю момент, когда необходимо менять позу. Встаю на ноги и завершаю тренировку. Позади меня уже никого нет.

– Мне не померещился тот мужчина за стеклом? – хихикая, выдает одна из наших знакомых. Мать двоих детей, между прочим! – Горяч!

– И я его видела…