Мария Печурина – Обесцененная (страница 7)
– Мамуль, не нагнетай, – прошу волчицу. – Все будет хорошо.
– Лина, – сжимает мою руку мама, – присмотрись к Илье. Он в обиду не даст. Хороший парень же.
– В том-то и дело, мам, что хороший. Зачем ему такая грязь?
Я аж подпрыгиваю, когда родительница ударяет кулаком по столу.
– Не смей так о себе говорить! Чтоб больше я такого не слышала! Ясно?
– Ясно, – шепчу в ответ. Похоже, за шесть лет не только я изменилась. Та добрая и робкая женщина, которую я помню, обзавелась твердым стержнем.
Вот и мне не нужно раскисать.
***
День проходит в приятной суете. Я с энтузиазмом принимаюсь готовить ужин. И совру, если скажу, что мне неинтересен Степан Михайлович. Конечно же, я не собираюсь вставлять палки в отношения между этим оборотнем и моей мамой, но узнать волка, прежде чем отдать в его руки свою родительницу, все же стоит.
Когда вчера я спокойно пожурила маму за ее молчание, она, конечно, опешила. Видимо, и не собиралась еще какое-то время рассказывать мне о своем ухажере. Благо, что Илья оказался таким болтливым.
Илья…
Нет-нет, да мысли время от времени перескакивают на этого волка. Вчера наше общение закончилась не самым лучшим образом. И я действительно чувствую себя грязной, вспоминая, что он слышал мой разговор с Марком. Одна надежда, что Илья не будет, как остальные, осуждать меня и трепать языком. В последнем я почему-то уверена. Не такой он. Но вот порицать может. И не обязательно вслух. Что, наверное, еще хуже. А может, я просто накручиваю себе? Какое ему вообще дело до меня. Ну, встретились, поболтали…
Вздыхаю, понимая, что слишком много думаю о волке, который раньше был совершенно мне безразличен. Ну да, жили в одном поселке, знали друг друга, учились в одной школе, но в разных классах. Ну и что с того?
Кстати о школе.
– Мамуль, а ты чего не на работе сегодня? – интересуюсь у родительницы. Она же у меня педагог как-никак.
– Так у меня сегодня нет уроков. Классов мало у нас сейчас. Я всего три дня в неделю работаю.
Вот оно как. А я опять ничего не знаю. И раз мало работы, значит, и платят немного. Мне, конечно же, никто об этом не говорил. Благо, что я несмотря ни на что каждый месяц отправляла маме деньги.
Школы стаи, к слову сказать, финансировались частично из ее казны. Альфа лично следил за поступлением средств в каждое заведение. Другую часть оплачивали родители детей. Обучение было на высшем уровне. Каждому щенку уделялось много внимания, и иногда подбиралась индивидуальная программа. Среди оборотней не было бездарей и лентяев. Многие без проблем поступали после школы в особые институты. Для людей они был не доступны. Там учились как оборотни, так и вампиры с ведьмами. Конечно, никто никого не ограничивал и любой желающий мог поступить и в человеческий ВУЗ, если необходимой специальности в особых заведениях не находилось. Все же малочисленность наших рас играло свою роль.
Я поступала как раз в особый институт. И стая, как положено, должна была частично оплачивать мое обучение, а потом я бы отработала эти затраты. Но я не подавала заявку нашему альфе, потому что не хотела быть должной тем, кто не сберег моего отца, поэтому и вертелась сама.
Воспоминания об отце просачиваются в мысли. Как бы сложилась моя жизнь, если бы отец был жив? Ну почему он пошел на ту дурацкую охоту? Зачем?
– Лина, пирог посмотри! – вырывает меня из моих страданий мама.
– Уже зарумянился, – бросаю взгляд на духовку.
– Ох, как замечательно, – вплывая на кухню, улыбается мама. – Степан очень уж любит выпечку.
– И не он один, видимо, – хмыкаю.
– Это ты о чем? – удивляется родительница.
– Илья, тоже нахваливал твои пирожки.
– О! Ну как я могу не угостить мальчика. Он же один живет. Все сам. Да и работает с утра до вечера. Уж не знаю, чем он вообще питается.
– Судя по нему, не скажешь, что он голодает.
– Голодает или нет, а парня нужно кормить, – важно произносит ма, вынимая пирог из духовки. – Может, моя дочь его сытым сделает.
– Мам! – вспыхиваю я, когда замечаю ироничный взгляд родительницы. Я не пошлячка, но почему у меня такое чувство, будто ма говорит сейчас вовсе не о еде?
– А что мам? – усмехается волчица. – Сытый мужчина добр и покладист.
– Вот и задобрим Степана Михайловича… для начала.
– Задобрим!
Я смотрю, как смеется родительница, и улыбаюсь. Мама прямо помолодела на десяток лет. Думаю, в этом немалая заслуга Степана, которого я еще не знаю, но уже испытываю к нему симпатию. Моей маме тоже нужно сильное плечо.
***
Мы с родительницей немного увлеклись процессом, поэтому к ужину стол буквально ломится от блюд. И если Степан не будет покладистым и добрым после такого разнообразия еды, то уж не знаю, что еще нужно для этого сделать.
Подъехавшую к нашему дому машину я узнаю сразу же. Замираю трусливым зайцем у окна и не могу отвести взгляда от темного стекла автомобиля. С пассажирского места выходит высокий плечистый мужчина, а я все жду, когда же покажется совершенно другой волк. Кажется, я начинаю понимать, почему мы столько сегодня приготовили. Ох, уж мама!
Мои подозрения не оправдываются. Как только Степан забирает пакеты с заднего сиденья машины, та срывается с места и скрывается из вида.
На душу будто наваливается гранитная плита. Даже не зашел поздороваться. Видимо, брезгует моим обществом. Ну что ж… ожидаемо. Внутри все аж начинает клокотать от злости. Да кто он вообще такой, чтобы я так реагировала на него? Нужно больно мне его хорошее отношение!
– Лина! – недовольно зовет меня мама из прихожей. Луна! За своей обидой я совсем забыла о госте. Сейчас не время думать об Илье! Совсем не время!
Выхожу с кухни и тут же встречаюсь взглядом с волком. Мужчина явно волнуется, хоть и старается скрыть это за приветливым выражением лица. За время жизни в городе и благодаря многочисленным посещениям светских мероприятий, на которые меня таскал Марк, я отлично научилась читать с лица эмоции собеседника. Илья не в счет…
Нет-нет-нет! Не думать о нем. Сейчас нужно уделить все внимание будущему отчему.
– Степан, познакомься, это моя дочь Лина, – улыбается мама. – Лина, это Степан Михайлович, мой… хороший друг.
Я закатываю глаза. Мама-мама!
– Добрый вечер, Степан Михайлович, – протягиваю оборотню руку. – Будьте как дома. И да, я прекрасно знаю, что для моей мамы вы больше, чем хороший друг.
Степан уверенно отвечает на рукопожатие. Тепло его ладони приятно. Привыкла я полагаться на свою интуицию. Не испытываю к мужчине каких-то отрицательных эмоций, и это хороший знак.
– Очень приятно познакомиться с вами, Лина.
– Предлагаю сразу перейти на "ты", если не возражаете, – улыбаюсь я.
– Тогда зови меня по имени.
– Отлично, – киваю я, замечая довольный взгляд мамы. Степан после моих слов явно расслабляется. – Ну что мы тут стоим, пойдемте уже за стол.
– Я тут кое-что принес к чаю, – волк протягивает мне пакет.
– Спасибо. Не стоило беспокоиться, мы всего столько наготовили, что вам придется у нас задержаться на парочку дней, – подмигиваю волку и удаляюсь на кухню. Заглянув в пакет, облизываюсь, когда вижу мой любимый торт и пирожные, а еще конфетки. Мама, небось, раскрыла тайну моей любви к сладкому.
Когда возвращаюсь в гостиную, Степан обнимает ма за талию. Очень аккуратно и трепетно. Сразу видно его хорошее отношение к моей родительнице. Для приличия кашлянув, захожу в комнату. Степан с мамой похожи на шкодливых щенков, которых застукали за проделками.
– Я бы хотела поблагодарить вас за помощь маме, – говорю мужчине, когда мы располагаемся за столом. – Дом, забор, ворота – все такое чудесное. Вы – мастер своего дела.
– Засмущала меня, – смеется Степан, и я замечаю, как светятся его глаза, в уголках которых собираются мелкие морщинки. – На самом деле я только забор с воротами делал, а дом это уже заслуга Ильи.
Я удивленно приподнимаю брови и перевожу недоуменный взгляд на маму. Та-а-ак! Интересно, чего я еще не знаю.
– А чего Илюша не зашел? – будто и не замечая моего негодования, интересуется у волка родительница.
– Он считает, что сегодня все внимание должно быть приковано ко мне, – усмехается мужчина.
– Вот прохвост, – качает головой ма. – Нужно будет ему отнести пирожков, – и выразительный взгляд в мою сторону. А я что? А я, как и она, ничего не замечаю.
– Расскажите о себе, Степан, – прошу волка, наполняя свою тарелку. – Не подумайте только, что это допрос, но вы у нас новенький, а я мало еще что о вас знаю. Любопытно.
– Понимаю, – кивает мужчина и начинает свой рассказ.
***
Беседа течет неспешной рекой. Чувствую себя уютно рядом с оборотнем. В какой-то момент ловлю себя на том, что мне не хватало все эти годы вот такого теплого и непринужденного общения… как когда-то с отцом.
Из разговора узнаю, что Степан жил в стае волков с северных гор. Пару свою встретил еще в молодости, но они были не истинной. У Степана двое детей – сын и дочь. Они уже взрослые и каждый обзавелся своей семьей. Степан ждет не дождется появления внуков.
Жена умерла от внезапной болезни. И пусть ходят слухи, что оборотни отличаются отменным здоровьем, но никто не застрахован. Вот и жена Степана подхватила какую-то заразу, которую не смогли вылечить даже человеческие врачи.