Мария Панкова – Французская империя и республика (страница 45)
Сегодня Суэцкий канал, условная географическая граница между Европой и Азией, сохраняет статус одного из важнейших в мире искусственных водных путей. Он неоднократно становился эпицентром и политических, и военных конфликтов, и всякий раз, как только судоходство на нем прерывалось, мировая экономика терпела существенные убытки.
Но вернемся к судьбе Фердинанда Лессепса. Окрыленный успехом, он вернулся на родину, где сразу же был прославлен как национальный герой. Во Франции виконт, отметивший уже 64-летие, совершил свой очередной «безумный» поступок: после 16-летнего вдовства женился на 20-летней Луизе-Элен Отар де Брагар. Но, несмотря на огромную разницу в возрасте, этот брак оказался счастливым, в нем родилось 12 детей, 11 из которых дожили до зрелого возраста. Молодожены обосновались в шикарном особняке на улице Монтень. Дорогой паркет в нем был скрыт бесценными персидскими коврами, а стены украсили броские картины в золоченых рамах. Каждый вечер Лессепсы давали ужин для дюжины гостей. Остальное время Фердинанда было поделено между торжественными приемами, интервью для европейских газет и посиделками в парижском Географическом обществе, где он подружился с Жюлем Верном.
В 1875 г. Фердинанд де Лессепс был выбран почетным членом Английского королевского общества, а в 1884 г. — членом Французской академии.
Казалось бы, жизнь создателя Суэцкого канала подошла к зениту, он немалого достиг: стал состоятельным и известным человеком, окружил себя многочисленными любящими домочадцами, и, наконец, ему удалось воплотить в жизнь одну из самых фантастических идей человечества. Но, видимо, не мог этот человек довольствоваться спокойной обыденной жизнью, его ум снова будоражила грандиозная идея — строительство Панамского канала. В то время де Лессепс, конечно, и предположить не мог, чем обернется для Франции и для него лично осуществление этого масштабного проекта.
От стройки века до аферы века
Панамский канал, который соединяет Карибское море, Атлантический и Тихий океаны, до сих пор считается одной из самых величайших и, несомненно, самых сложных строек за всю историю существования человечества. Его не зря называют восьмым чудом света. Этот шедевр инженерной мысли — один из самых напряженных, протяженных и сложных в исполнении искусственных водных путей в мире. Да и вряд ли еще какое-либо другое сооружение на Земле имеет такую богатую и драматическую историю.
Панамский канал — это настоящее чудо инженерного искусства. Один из его протоков отличается самой высокой пропускной способностью в мире. Протянулся канал от Панамы (на побережье Тихого океана) до Колона (на побережье Атлантического океана), обеспечивая прохождение свыше 12 тыс. океанских судов в год. Его длина относительно невелика: всего 81 км и 600 м. 65 км проходят еще и по суше, а 16,5 км по дну Лимонской и Панамской бухт. А между тем этот канал привел к настоящему перевороту в экономике и судоходстве на всей нашей планете. Стоит только представить себе, насколько сократился путь для судов, которые следуют из Нью-Йорка до Сан-Франциско. До сдачи в эксплуатацию этого жизненно необходимого водного пути судам приходилось преодолевать расстояние почти в 23 000 км между двумя городами. Благодаря же каналу этот отрезок пути сократился всего до 9 500 километров. Канал расположен в Панаме, маленькой латиноамериканской стране, лежащей на Панамском перешейке. Сегодня это удивительное по своей красоте государство, а Панамский канал — одна из его главных достопримечательностей, своеобразный памятник упорству и героизму людей, принимавших участие в его строительстве. И уже мало кто помнит, что еще в начале XX века его название было синонимом жульничества, обмана и махинаций в особо крупных масштабах.
Довольно узкий участок суши под названием Панамский перешеек, соединяющий Центральную и Южную Америку и находящийся между Тихим и Атлантическим океанами, был известен европейцам с начала XVI века. Примерно с того же времени беспокойные умы не покидала идея создания на нем искусственного водного пути, соединяющего два могучих океана. Среди ее авторов были и испанские конкистадоры, и итальянские мореплаватели, и английские путешественники, и немецкие ученые, и французские предприниматели, и американские военные.
Первый проект судоходного межокеанского канала предложил в начале XVI века европейский исследователь Тихого океана Альваро де Сааведра Седрон (Серон). Позднее король Испании Филипп II направил инженера Антонелли исследовать местность, чтобы затем соорудить водный путь — от Атлантического океана к Тихому — вдоль русла реки Чагрес. Вернувшись в Испанию, инженер сообщил, что строительство канала невозможно из-за высоких гор, пересекающих Панаму с востока на запад. И тогда испанцы стали строить новый морской флот на Тихоокеанском побережье. И все равно разгруженные с каравелл грузы надо было перевозить на мулах и лошадях по «королевской дороге» с одного побережья на другое. Мало того что это было неудобно, всегда существовал риск нападения пиратов, которые уже несколько раз сжигали город Панаму.
О возможности построить канал через Центральную Америку упоминал в 1550 г. и португальский мореплаватель Антонио Гальвао. Он доказывал, что это существенно облегчит преодоление пути между Атлантическим и Тихоокеанским побережьем. Подходящим для этого местом он считал Дарьенский перешеек — узкую, 48-километровую полоску между Центральной и Южной Америкой. Испания, владевшая в ту пору американскими колониями, сочла это предложение невыгодным, так как это могло подорвать монополию страны на сухопутные пути в этих районах.
Впрочем, на протяжении нескольких последующих веков этот замысел так и оставался несбывшейся мечтой. В начале XIX века некая французская фирма «Август Соломон и К°» в поисках средств для реализации проекта обратилась к правительству своей страны и пыталась привлечь к участию в проекте Россию (последнему не суждено было воплотиться из-за удаленности объекта строительства и отсутствия у России свободных финансовых средств). Предложили принять участие в проекте и испанскому кабинету министров, но Испания вновь отказалась.
Тем временем территория страны, получившей позже имя Панама, освободилась от испанских колонистов и стала частью Колумбии. И с середины XIX века ее уникальное географическое положение в связи со стремительным развитием экономических отношений стало особенно притягательно для коммерсантов и политиков обоих континентов. Примерно в это же время Колумбия начала активно предлагать потенциальным инвесторам концессии на транспортную модернизацию Панамского перешейка. Декрет правительства республики Новая Гранада[19] от 30 мая 1838 г. (именно на ее территории предполагалось вести строительство канала) определил условия концессии и привилегии, получаемые французской строительной компанией. Вот их суть: «…Сообщение может быть сухопутными дорогами, рельсовыми дорогами или каналами… Коммуникации и пошлины за проезд передаются во владение на 45 лет…
Республика сохраняет за собой только право на 1 % с доходов от канала и на 2 % со всех других коммуникаций… Работы должны быть закончены за 10 лет».
Но, конечно, больше всего в строительстве такого канала были заинтересованы США, которым в 1846 г. удалось добиться от Колумбии права беспошлинного транзита через Панамский перешеек и договора на строительство через него железной дороги. Согласно договору, США гарантировали суверенитет Новой Гранады над Панамским перешейком и равные права на эксплуатацию любого пути через перешеек. В 1855 г. североамериканская компания завершила строительство железной дороги через Панамский перешеек. Между тем рост объема транзитных грузов с Атлантического побережья США на Тихоокеанское побережье Южной Америки и обратно требовал строительства и водного канала, который сократил бы путь морских судов на тысячи морских миль. Владельцам такого канала это уже сулило огромные барыши.
Однако в успехе такого масштабного проекта Америка до конца уверена не была, к тому же в то время у нее была сильная соперница в борьбе за влияние в Центральной Америке — Великобритания. В 1850 г. эти государства заключили между собой компромиссный договор Клейтона — Булвера, по которому каждая из них отказывалась приобретать исключительные права на будущий канал и брала на себя обязательство гарантировать его нейтралитет. В течение двух десятилетий США и Великобритания так и не могли решить, кто из них главенствует в этом вопросе. И тут в конце 1870-х гг., вдохновленная небывалым успехом Суэцкого проекта, воспользовавшись непримиримыми противоречиями между двумя державами, в игру вступила Франция. Собственно, французы, в числе которых был знаменитый Лессепс, даже не особенно старались уговорить представителей местной власти, поскольку выгоды такого проекта были вполне очевидными. Тем более что от колумбийцев не требовались ни уступки, ни льготы, Франция не претендовала ни на ограничение суверенитета Колумбии, ни на контроль над областью канала.
О своем интересе к строительству канала между Тихим и Атлантическим океанами Лессепс заявлял с середины 1870-х гг., и хотя в те годы он занимался и другими инфраструктурными проектами (в частности, рассматривал возможность проведения железнодорожного сообщения из Европы в Азию), Панама постепенно вытеснила для него все остальные. Успех Суэцкого канала настолько вскружил бывшему дипломату голову, что мсье Фердинанд уже не особо и задумывался, что и где предстоит ему строить. И совершенно зря. Если идея сооружения канала витала в воздухе уже несколько столетий, то о том, где именно его следует строить, единого мнения не было. Слишком уж диким и неосвоенным был Панамский перешеек — сплошное нагромождение скал, царство непроходимых джунглей и болот, бурная и своенравная река Чагрес… Так или иначе, немецкий географ и естествоиспытатель Александр фон Гумбольдт, например, считал, что Панама представляет собой слишком уж дикую и гористую местность, чтобы строительство на ее территории канала можно было счесть делом целесообразным, а потому в качестве альтернативы предлагал пробить его в обе стороны от озера Никарагуа. Идеи предлагались самые фантастичные: подземный туннель, железная дорога для кораблей, канал со 120 шлюзами… Была высказана и единственно разумная версия: канал с небольшим числом шлюзов, расположенных только в тех местах, где путь преграждали горы. Однако, как мы увидим впоследствии, де Лессепс не воспользуется этой идеей и предложит строить прямой канал на уровне моря, точно такой же, что был построен им в Суэце.