Мария Осинина – Неучтённая ошибка (страница 2)
Насобирав света, Вэл отправился к Краю Тени – плотной чёрной завесе на окраине поселения. Что за ней – никто не знал. Свет оттуда не возвращался, рассказывали, будто все, кто по неосторожности попали за черту, бесследно исчезали. Теперь таких становилось всё больше.
Через час Вэл израсходовал весь свой запас, а сделать удалось лишь треть от намеченного. Он так увлекся, что почти не оставил энергии на дорогу назад. Как обидно – застрять на краю пустоты из-за такой дурацкой мелочи. Энергии на мыслетрансляцию тоже не хватит. Неужели – конец?
В Древних скрижалях говорилось о том, что смерть – это переход в иной мир и этот мир лучше, чем наш. Если бы кто-то вернулся
В это хотелось верить, но не получалось. Вэлу казалось, что рай – лишь утешение для смертных. Лекарство от страха пустоты и ужаса небытия. Пилюля от безысходности: тебя – центра мироздания – никогда больше не будет. Ты не сможешь больше чувствовать, творить, наблюдать.
Вэл уже совсем замёрз, когда рядом засияло. Он узнал эти искры.
– Дала? Что ты тут делаешь?
– Я пришла помочь.
– Не женское это дело…
– Знаю, поэтому на собрании я молчала. А потом пошла собирать свет вслед за тобой. Смотри, сколько у меня маяков. Ой! Ты же…
Только тут Дала заметила, что он был почти обездвижен.
– Какой кошмар, Вэл, ты чуть не погиб!
И она обдала его веером белоснежных искр. Когда он зарядился достаточно, то решил, что может поставить ещё один маяк, прежде, чем отправиться домой. Но Дала его опередила.
– Нет, не туда, только не туда, Дала! Там смерть!
Но девушка уже исчезла в темноте. Вэл ещё долго кружил над этим местом, стыд и отчаяние накрыли его. Как же так неосторожно! И как с этим дальше жить?
А, может, Край Тени – вовсе не смерть, а что-то совсем иное? Может, Дала ждёт его по ту сторону и нуждается в помощи? И Вэл ринулся туда, где пару минут назад исчезли белоснежные искры.
***
Двое стояли у края лилового купола и наблюдали за движением еле приметных огней.
– Странно, почему они так охотно верят, но не хотят думать?
– Мы многого хотим от творения, дорогая.
– Почему же? Всё создано по образу и подобию Создателя, разве сложно добиться идентичности и в этом направлении?
– Если бы мальчишка не верил, он бы не переступил черту, и остался на прежнем уровне ещё неизвестно сколько. А этот сценарий мне уже порядком надоел …
***
С каждым оборотом вектор времени увеличивал модуль. Лучи, фрагменты, слои пересекались и складывались, увеличивая плотность пространства. Последовательности эволюционировали всё сложнее.
Этот мир повидал многое – рождение простейших проекций, причудливые метаморфозы фигур, усложнение форм, буйство красок.
Но каждое многообразие стремится к обобщению предыдущих. И теперь все цвета, сложившись в безумном вращении, дали одно грязно-лиловое пятно.
Ещё чуть-чуть и у мира появится новая координата. Наступал последний день Периода Четырёх мер.
Прошло семь тысяч лет, прежде чем Большой Тессеракт завершил полный оборот вокруг своей оси. Дабл Ви расправил четыре сегмента справа от себя, выдвинул зацеп, дёрнул за ближайший выступ, принял вертикальное положение. Скоро подниматься будет всё трудней. Грядут большие перемены. Один чёрт знает, что с ними будет в новом измерении.
Соберутся ли они из существующих проекций или метаморфируют во что-то совершенно новое? А может, и вовсе перестанут существовать – распадутся на точки, отрезки и грани, став строительным материалом для новой жизни?
От этой мысли Дабл Ви затошнило. Нет ничего хуже, чем думать о смерти.
– Доброе утро, сосед! Ну и разложился же ты вчера.
Дабл Ви не обязательно было поворачиваться, чтобы понять – это Дабл Ди зашла на огонек. Но он повернулся и … чуть не сложился. Дабл Ди зависла в двух метрах от плоскости и перебирала фигуры у себя на груди. Кубы, пирамиды, октаэдры раздувала в шары, вытягивала в эллипсоиды и, наконец, послала эти замысловатые знаки внимания к Дабл Ви.
Его приёмные отсеки инстинктивно потянулись навстречу, хотя он и не желал эту женщину, но то, что она метаморфировала, было выше всяких похвал.
– Вчера? Мы разве встречались вчера?
Дабл Ви лихорадочно пытался вспомнить, каким образом вчера наткнулся на Дабл Ди, если собирался в Метаморфорий со своей подругой Дабл Ю? У них всегда отлично получалось интегрировать проекции. Какие фигуры при этом получались – их сразу же отбирали в ясли! У Дабл Ви было тридцать три ребёнка от Дабл Ю и ещё двадцать шесть от прежней подруги.
При том, что все остальные на их Уровне родили по два-три ребёнка.
Ни сегодня, ни вчера Дабл Ди в его планы не входила. Чёртова баба – привязалась, как остаточная деформация!
– Похоже, сосед, что вчера ты попытался вывернуться наизнаку, – Дабл Ди возвратила на место свои сегменты и стала серьезной.
Откуда она знает? Это была его тайна, даже его подруги не подозревали об этих экспериментах. Его сородичи обычно крутили нижние и верхние сегменты – они хорошо отделялись и природой были приспособлены для эволюции. Никто и никогда не доходил до Центральной развёртки. А Дабл Ви решил рискнуть и поставить рекорд, упрямо упражняясь год за годом. Но едва перегруппировка достигала центра тела, как все сегменты возвращались в исходное положение.
– Знаешь в чём причина? Тебе не хватает энергии.
– С чего ты это взяла?
– Знаю! Смотри, – и Дабл Ди разложила отрезки и дуги, пытаясь собрать перед ним странную схему.
– Диаметр Центральной проекции состоит из сворачивающихся и сжимающихся участков, на одних время ускоряется, на других – замедляется. Когда срок действия одного участка проходит, на смену ему приходит другой участок с другой плотностью, в этот момент высвобождается энергия, которую нужно использовать, чтобы совершить скачок.
– Скачок куда?
– В Высшую размерность!
– Ты сбрендила? Зачем мне это? Мы итак все там будем, лучше позже, чем раньше.
– А как же твоя мечта? Неужели сольёшь её ради ещё пары сотен метаморфоз? Эх ты, я думала ты – гений, а ты – простой мечтатель.
Секунда, и Дабл Ди начала перегруппировку. Дойдя до центра, она вдруг сплющилась, вытянулась восьмеркой и … исчезла.
Дабл Ви стоял, не смея пошевелиться. Так и есть – он просто мечтатель, и дурак в придачу. И как только сам не додумался! Ему нужен реванш, немедленно! И не важно, если другое измерение принесёт ему смерть. В конце концов, никто из живущих ещё не избежал своей участи.
И Дабл Ви энергично начал укладку проекций к центру.
***
Двое стояли у края лилового купола и наблюдали за движением еле приметных искорок. Иногда они делали пассы руками, и огоньки на голограмме отклонялись от своего курса. Внезапно изображение зарябило и замерло стоп-кадром.
– Ну вот. Опять заглючило, – девушка повернулась к своему спутнику и пожала плечами, – на самом интересном месте!
– Это был последний уровень? Или будет что-то ещё? Я уже подустал. Какой-то бессмысленный бег по спирали. Создатель меняет антураж, но не меняет идею: разумные саморазвивающиеся системы, запрограммированные на самоуничтожение. Этот вариант полностью изжил себя на нижних уровнях. Эта его новая версия такая странная. Я думал, Игра будет доработана качественно, но оказалось…
– Неисповедимы пути Его. Но создать идеальную компьютерную симуляцию не так-то просто. Подбор оптимального генератора тактовой частоты, оцифровка, бесконечное количество расчётов для каждого объекта, одна неучтённая ошибка и… Вы сами видели. Обсчитали одной общей формулой волну электронов вместо того, чтобы обсчитывать каждый поштучно. В результате, когда персонажи добрались до элементарных частиц, случился сбой. Они же не знали, что "странное поведение электрона" – лишь след алгоритмов оптимизации в программе.
– Видел. Мой персонаж каждый раз о чём-то догадывался, когда натыкался на эти неучтённые ошибки. «Обрыв в спектре излучений», «Край Тени», «Центральная развёртка». И как только он нащупывал эту ошибку, уровень закрывался.
– А может, это и был замысел: оставить герою лазейку – для прозрения? Намерено допустить ошибки при оцифровке? Чтобы пробудить сомнение: кто ты, откуда пришёл и куда отправишься после? Когда твой мир начинает распадаться на пиксели, срывать законы сохранения энергии и прочее, неужели не возникнет мысль, что мир этот – лишь хорошо сконструированная иллюзия?
– Зато Создатель в идеале прописал чувства персонажей. Были моменты, когда я чуть не пустил скупую мужскую слезу – например, когда ты пожертвовала своей фигурой…
– В этом и состоял эксперимент? Проверить, могу ли я сочувствовать?
Собеседница внезапно погрустнела и отодвинулась от игрового стола. Её спутник, заметив перемену в настроении, промолвил:
– Не думаю. Ты выходила из игры потому, что хотела этого. Мы не можем вспомнить прежней жизни – значит, мы забыли её, глубоко погрузившись в виртуальность. Мы уверены, что родились здесь и живём по правилами Игры. Так играет-живёт основная масса, озабоченная проблемами правил поведения и выживания на сервере. Но раз в столетие появляются те, кто говорит об иных правилах – правилах выхода из Игры. Такие люди остаются в Базах Данных навечно. Они становятся пророками, учителями, мастерами. Ты – такой человек, Диана. Вот в чём смысл. Ты никогда не задумывалась, почему я каждый раз выбираю в гейм-компаньоны именно тебя? На сервере столько пользователей, а я всегда с тобой?