Мария Николаева – Фея любви, или Выбор демонессы (страница 48)

Глава 3

ПЯТЬ МИНУТ ПОЗОРА

В первый день на защиту выходили в основном бытовики. Это уже стало чем-то вроде традиции. У боевых курсов на разработку и воплощение идеи в жизнь уходило больше времени, да и обстоятельности в изготовлении наших работ требовалось больше — новая модификация боевого заклинания более непредсказуема и опасна, чем что-либо из ассортимента магов других специальностей.

Короче, у дверей актового зала компанию мне составляли сплошь малознакомые личности. Не то чтобы я не смогла вспомнить их имена, если бы чуть поднапряглась, но желания такого не возникало. У них, впрочем, тоже. Оно и понятно — комиссия за дверьми собралась серьезная. Помимо Себастиана, традиционно отмечавшегося на всех таких мероприятиях, за столом президиума оказались и такие известные личности, как Мегера всея института Лилея Грейви, леди Витория Туманная (неужто по мою душу?) и магистр Милион Разящий (этот точно — по мою).

В общем, было отчего волноваться. А ведь это если не считать обычных слушателей, просочившихся в зал от нечего делать или из любопытства. Представлять свою работу перед таким собранием боязно до дрожи в конечностях! К счастью, шла я во втором десятке, а значит, к моему появлению большинство наблюдающих должны будут устать от нудной чуши, из которой большей частью состоит любая речь, и слушать вполслуха. Собственно, в комиссии тоже не каменные идолы сидят, а значит, и их к третьему часу практически непрерывных выступлений должна одолеть усталость. Но на это мне можно не рассчитывать — на мою персону у них точно немного сил найдется. Из общей вредности, разумеется.

Собственно, так я себя и накручивала. Даже написанную на бумажке речь пробежала глазами лишь пару раз, несмотря на кучу свободного времени. Глупо? Бесспорно. С другой стороны, посмотрела бы я на вас на этом месте. Советы мы все давать горазды, а вот следовать им…

Внезапно за моей спиной какая-то девушка глубоко и резко задышала. Я оглянулась. Она выглядела настолько испуганной и смятенной, что почти задыхалась. Первая в списке, наверное. Ничем иным столь явный мандраж я объяснить не могла, все-таки маги весьма сдержанные создания, другие в нашей профессии не задерживаются.

Ее состояние заметила не только я; какая-то девица в той же форме, что и жертва паники, подошла к ней и, успокаивающе улыбаясь, произнесла:

— Да не волнуйся ты так, пять минут позора — и ты дипломированный маг. На этом этапе рубить уже не будут. Максимум — практиковать год запретят, но это нужно совершить какую-нибудь вопиющую ошибку.

Теперь уже я не сдержала горестного вздоха. Обидно быть уникумом даже в этом. Ведь два года назад, когда я получала первую магическую степень, Тиа личным указом запретил мне практиковать. Как бы это не повторилось вновь…

Глупо, наверно, бояться этого сейчас, когда я даже спичку зажигаю не с первого раза, но все равно — не хочу. Не хочу повторения той давнишней истории. Я ведь изменилась, повзрослела, поумнела, стала гораздо осторожнее относиться и к своим, и к чужим талантам…

Вот только заметят ли это члены комиссии? Поверят в меня? Или все снова обернется полным провалом? Страшнее всего вставать после падения. И сейчас эти две девицы с факультета общей магии напомнили мне об этом.

Следующие полчаса я провела, мысленно выстраивая последовательность событий в случае неудачного представления своего дипломного проекта. По всему выходило, что сбежать лучше сейчас — так хоть какие-то крупицы гордости удастся сохранить, в противном случае меня раскатают так, что я уже никогда не оправлюсь.

…И вот в тот момент, когда я наконец почти решилась совершить самую большую глупость в своей жизни и сбежать, меня втолкнули в аудиторию. Не ожидавшая такой подлости от студентов, я оказалась перед сидящим на небольшом возвышении президиумом. А за моей спиной в рядах амфитеатра переговаривались, делились мнениями и просто сплетничали случайные наблюдатели и прочие любопытствующие. Вот так я и оказалась между молотом и наковальней.

— Представьтесь, пожалуйста, и назовите тему своей работы, — сухим официальным тоном произнес сидящий в центре стола Себастиан. Н-да, подбодрил, называется. А вот леди Вит сразу же улыбнулась, стоило мне перевести взгляд на нее. Остальные выглядели также очень серьезными и сосредоточенными, особенно Мил. Ну да, его же репутация тоже зависит от моей защиты — как-никак он взялся за меня, абсолютно бесполезную сейчас, по мнению большинства присутствующих, студентку.

— Крисса Мария Лиршей, — коротко поклонилась я комиссии. Это было самым простым местом в моей защите, а вот начиная с самой темы исследования ожидались проблемы…

После всего случившегося я не могла оставить заявленную изначально тему работы, а потому мы с Милионом вытрясли из Себастиана специальное разрешение на замену оной по непредвиденным обстоятельствам. Тиа его нехотя нам выписал, даже не стал интересоваться, изучением какого вопроса мы планировали заняться. Это он зря, разумеется, но недельное отсутствие на рабочем месте не могло не сказаться, а потому работой лорд-директор был завален по самое горлышко.

Итак, что же стало моей темой? О, это особый разговор.

Как же мы с магистром ломали голову, чтобы найти лучшую!.. Для боевого мага выходить на комиссию без собственного адаптированного или модифицированного заклинания — нонсенс. Но я-то оказалась совершенно не в состоянии демонстрировать какие бы то ни было умения по управлению энергиями. Резерв-то у меня худо-бедно восстановился — немного, на самом донышке, но это уже был не абсолютный ноль. К сожалению, магических каналов это не касалось, а потому демонстрировать заклинания мне было преждевременно.

Собственно, поэтому нам с Милионом и пришлось так туго. Повезло лишь в одном: моей специализацией были политика и управление. Именно это нас и спасло. Точнее, спас словно бы невзначай заданный Милом вопрос: что самое важное для придворного мага?

Он спросил, а я ответила, не задумываясь, на автомате: самое главное не только распознавать влияния психотропных средств и веществ, но и прекрасно готовить их.

Нет, разумеется, этим жизнь придворного мага не ограничивается. Необходимо также на приемлемом уровне владеть и защитными и атакующими чарами, но на королей покушаются не так уж и часто, а политика дело грязное.

Так что основным все-таки является умение убеждать и стоять на своем. Любыми способами, любыми средствами.

Именно на это мы и решили сделать упор…

Но что-то взятая мной пауза как-то слишком затянулась.

— Итак, позвольте представить вам доклад на тему: «Контроль над разумом алхимическими средствами на примере экспериментального образца зелья подавления воли».

И тишина. Даже за моей спиной в рядах вольных слушателей установилось молчание.

Все-таки прав был Мил, когда сказал: «Очень добрая тема. Тебе подходит».

Кажется, теперь и остальные оценили ее значение для современного мира.

— Хочешь сказать, что добилась на этом поприще каких-то результатов? — недоверчиво хмыкнула Лилея.

— Да. Экспериментальный образец полностью оправдал себя.

— Крисса, передайте, пожалуйста, нам экземпляр сопроводительной записки. — Это уже Витория. И смотрит на меня шеф так, словно я собралась при всех устроить локальный конец света.

Я послушно протянула им сшитые атласной лентой листы бумаги. Размножить для всех любопытствующих они и без меня смогут.

Господа маги тут же заинтересованно уткнулись в результаты моих трудов. Тишина за спиной становилась все более заинтересованной и нетерпеливой. Вот только членов комиссии такие мелочи не волновали вовсе — они были заняты другим делом.

Мне казалось, что прошла целая вечность, когда наконец мой шеф первой отстранилась от документов.

— Та-ак, — решительно поднимаясь с места, протянула Витория Туманная. — Разработке присвоен гриф секретности. Прошу посторонних покинуть аудиторию. — Несколько минут было шумно и весьма суетливо. Оспаривать решение главы разведуправления Айлетта никто, разумеется, не стал, но недовольство высказывали многие. Как только за спиной последнего любопытного закрылась дверь, мне приказали: — Крисса, продолжай. Коротко и по всем основным пунктам. Кстати, будь добра, предоставь нам образец состава.

Приблизившись к столу, за которым расположился президиум, я поставила на угол небольшую баночку с составом, а потом начала свою речь с самого начала. Обоснование, новизна, описание недостатков первоначальных образцов, отчет по результатам опыта на лабораторных животных, вывод.

Уф, закончила.

Молчание, воцарившееся после моей речи, давило на нервы вполне осязаемо. Издеваются они, что ли?

— Крис, — внезапно подал голос Себастиан Арвишше. Я уже и забыла почти, что председателем комиссии является именно лорд-директор. — Крис, могу я тебя попросить забыть обо всем, о чем ты тут вещала последние полчаса?

— То есть… — Я озадаченно посмотрела на мужчину.

— Себастиан имеет в виду, что такое знание выпускать в мир не просто опасно — это равносильно катастрофе. Даже в качестве оружия с нашей стороны, так как рано или поздно оно попадет не в те руки. Так что я предлагаю всем присутствующим дать магическую клятву о неразглашении полученной здесь информации ни в каком виде под страхом смерти. — Леди Вит была собранна и серьезна. — Возражения?