Мария Морозова – Ядовитый Шиповник (страница 2)

– И он женат, - припечатала мама.

– Для тебя только это имеет смысл? - прищурилась я.

– Ты дочь лорда, лучшего дипломата Министерства иностранных дел…

– Папа мой выбор одобрил, - не поленилась напомнить еще раз.

Да, папа сейчас бы пришелся очень кстати. Но уже три года он и Дирк, мой старший брат, тоже избравший дипломатическую карьеру, сидят в посольстве Альдонии в далеком южном Киристане, появляясь дома от силы пару раз в год. Мы очень скучаем, но навещать его в Киристане не рвемся. Слишком уж мало там значат слова и желания женщин.

– А я так расхваливала тебя лессе ди Шелен, - разочарованно проговорила мама.

– Серьезно? - Я закатила глаза. - У тебя дочь или товар на рынке?

– Не утрируй. Разве ты сможешь познакомиться с достойным мужчиной, если будешь торчать в своей оранжерее?

– Сможет, – хихикнул братец. – С садовником.

Мы с мамой подарили ему одинаково уничижительные взгляды. Хендрик потупился и с энтузиазмом замолотил челюстями.

– Вот, кстати, что ты будешь делать, мама, если я решу выйти замуж не за лорда? - хмыкнула я.

– Пожалуюсь твоему отцу, и пусть он сам с тобой разбирается, - поморщилась она. Потом приложила тыльную сторону ладони ко лбу. - Боги, с твоими выкрутасами у меня мигрень случится.

– Вызовем целителя, - не впечатлилась я.

– Бессердечная дочь! Все, это невыносимо. Пойду отдыхать.

Она поднялась и вышла, чеканя шаг. Я тоже не стала задерживаться, оставляя брата с недоеденным ужином. Эмоции кипели. Гордость за то, что удалось отстоять свое мнение, мешалась с сожалением: ведь мама все же расстроилась. Да, она не будет сердиться вечно, но я слишком ее любила, чтобы так просто от этого отмахиваться. Все-таки мне очень повезло с семьей. Удивительно понимающий и рассудительный папа. Мама, которая дарит всем нам тепло, нежность и заботу. Дирк, готовый защищать меня от чего угодно – два года разницы сделали нас хорошими друзьями. И Хендрик – иногда вредный, зато добрый младший брат.

Жаль, мне не досталось папиных дипломатических талантов. Я смогла бы объяснить свою позицию спокойно и без эмоций, а не вспыхивать свечкой. Но как есть – так есть. Главное, не затягивать конфликт и идти на мировую сразу, когда это только станет возможным.

После ужина меня никто не тревожил, кроме меня самой. Я написала папе письмо, где честно рассказала о разногласиях с мамой, и сунула его в почтовую шкатулку. А потом решила прогуляться. Прогулка на свежем воздухе должна помочь проветрить голову и крепко спать. Завтра мне нужно быть бодрой, чтобы проявить себя как можно лучше.

На улице почти стемнело, но меня это не смущало. Район, в котором мы жили, был красивым и безопасным. Широкие улицы, фонари через каждые тридцать шагов, особняки богачей и аристократов. Впрочем, безопасной считалась вся Уэрта, новая столица Альдонии. Основанная всего каких-то двести лет назад, она стала настоящей жемчужиной нашего королевства. По обе стороны от реки Ирлинны раскинулись улицы, площади, дома, министерства, парки. Встречались и небогатые кварталы, конечно, особенно на окраинах, но настоящих трущоб в Уэрте не было. Поэтому я чувствовала себя совершенно спокойно.

Я медленно брела по тротуару, наслаждаясь погодой и стараясь ни о чем не думать, когда меня обогнала карета. Проехав немного вперед, она остановилась у ворот одного из домов. Возница спрыгнул на землю, чтобы открыть дверь и помочь выйти пассажирке. Присмотревшись, я узнала девушку и ахнула.

– Амелия!

Та оглянулась и радостно разулыбалась.

– Флор, ну наконец-то!

Амелия ван Ольтен была моей лучшей подругой. Мы практически выросли вместе, но магические способности у нас открылись разные, поэтому я уехала на самый юг, где располагался лучший факультет природной магии, а стихийница Амелия осталась учиться здесь, в столице.

– Когда ты вернулась? - спросила Амелия, стискивая меня в объятиях.

– Сегодня днем. А ты где была?

– Нигде. – Она с досадой махнула рукой. – Я собиралась к тетке, в ее поместье. А на дороге обрушился мост через реку, представляешь? Туда сразу же вызвали магов, но мне не хотелось ждать, поэтому я решила вернуться и поехать завтра.

– Как удачно. Мы же полгода не виделись.

– О да. Зайдешь? Выпьем чаю, посекретничаем. А можешь и вообще остаться ночевать. У меня дома сейчас совершенно никого нет.

Возница внес в особняк чемоданы Амелии и откланялся. Мы вошли внутрь, и только там я поинтересовалась:

– Совсем никого нет?

– Совсем. - Она раскинула руки и закружилась по пустому холлу. - Родители уже вторую неделю на побережье, вернутся только через пару дней. Бастиан живет рядом с работой. А слугам мы устроили маленький отпуск.

– Тогда я и правда останусь, - улыбнулась я. - Как в старые добрые времена. Только отправлю домой вестника, чтобы меня не начали искать.

– Устроимся на кухне, - потерла ладони Амелия. – Там наверняка осталось что-то вкусное в стазисном шкафу.

Мы заварили какао, нарезали сыр и отыскали в шкафу шоколадное печенье. Зажигать верхний свет не стали, а выставили на стол пару толстых свечей, отчего на кухне воцарился таинственный полумрак, отлично подходящий для того, чтобы секретничать.

– Значит, лесса Янника не одобрила, - пробормотала Амелия, когда я рассказала о ссоре с мамой.

– Да, – я вздохнула. - Но этого стоило ожидать. Ты же знаешь, она очень хочет выдать меня замуж. И даже какого-то ди Шелена вон нашла.

– Я знакома с ди Шеленом, – кивнула подруга. - Вроде неплохой парень, но очень уж у него маменька властная.

– Тогда это точно мимо. Не хочу, чтобы свекровь указывала мне, как жить и что делать.

– Меня никто не торопит с замужеством, – призналась Амелия. - А вот на Бастиана мама уже начинает укоризненно посматривать. Подумать только, почти целых тридцать лет, а еще нет даже невесты.

– Как же – нет? – я делано округлила глаза. - Ведь Баст давно и счастливо женат. На своей работе.

Мы рассмеялись. Бастиан был магом-стихийником, как и его сестра, и уже пять лет трудился на должности следователя в Департаменте уголовных расследований. Работу свою он очень любил и даже купил квартиру прямо напротив Департамента, чтобы не тратить время на дорогу. Кто-то назвал бы это глупостью. Но только не я.

Да, многие аристократы чураются работы и предпочитают вести праздную жизнь на дивиденды, которые приносят земли или ценные бумаги. Но мне всегда было сложно понять таких людей. Что хорошего, когда каждый следующий день похож на предыдущий? Когда вся жизнь – это вереница приемов, салонов и клубов? Когда из интересов только сплетни или развлечения? Когда нет того, чем ты искренне горишь, что может принести пользу и вызвать то самое чувство гордости, которое бывает от отлично сделанной работы? Даже моя мама – светская лесса до мозга костей, и то состоит в трех благотворительных комитетах, занимаясь там действительно толковыми вещами, а не мелькая для галочки.

Тем более, я маг. У меня есть сила, талант и светлая голова. Было преступлением против богини Тельмы, покровительницы природы, зарывать его в землю и просиживать юбки в светских салонах.

– А у меня есть кое-то интересное. - Я решила сменить тему и вытянула левую руку.

– Какое необычное украшение, - присмотрелась Амелия. – Это эмаль?

– Не совсем, - хитро улыбнулась я.

У меня на предплечье был надет браслет. На тонком серебристо-сером ободе крепились детали, действительно похожие на эмаль. Два блестящих темно-зеленых листа и цветок орхидеи с малиновыми лепестками. Но скромным и непритязательным браслет мог показаться только на первый взгляд. На второй же…

– Очень изящная работа, - Амелия протянула к браслету руку. – Мне можно… Ой!

Подруга замерла, глядя на меня во все глаза. Я хихикнула. А браслет зашевелился, словно змея, стек с предплечья, и на столешнице появилась орхидея, которая опиралась на толстенькие воздушные корни и забавно шевелила листьями.

– Боги, – прошептала Амелия. – Мне что, мерещится? Это иллюзия? Артефакт?

– О нет, - довольно протянула я. - Не иллюзия и не артефакт. Это орхидея-метаморф. Его зовут Листик.

– Как? Метаморф? Никогда о таких не слышала.

– Потому что это огромная-огромная редкость, – заговорила я негромко, подавшись поближе к подруге. - Один из шести найденных и описанных видов полуразумных растений. Перед защитой диплома нас возили на практику в Роксарские топи. Это та самая заболоченная низина на юге, где влажно, жарко и обитает бесчисленное количество зелени и живности. Я нашла орхидею именно там.

– Как? – выдохнула Амелия, глядя на Листика.

Тот тем временем почистил корешки и бодро зашагал к миске с печеньем. Нащупал один кругляш, исследовав его со всех сторон, и принялся уничтожать.

– Он его что, ест? – шокированно спросила подруга.

– Вроде того. Вообще ему хватает воды со специальной подкормкой и солнца, но почему-то в Листике проснулась странная тяга к шоколаду.

– Обалдеть, – совершенно не по-аристократически выразилась подруга. - Как ты его нашла?

– Вырвала из пасти гигантской росянки. Знаешь, такой милый кустик в половину меня ростом и с липкой ловушкой?

– Боюсь даже представить.

– В общем, я отбила Листика у росянки и думала отпустить, вот только он совершенно не захотел уходить. Вцепился мне в руку и все: не отставал до тех пор, пока я не заявила, что заберу его с собой.