Мария Морозова – Ядовитый Чертополох (страница 3)

Кстати, чужих следов там видно не было. Только сапоги Лойса и взрытый конскими копытами снег. Лошадь, на которой бедняга приехал, явно запаниковала, почуяв упыря, и сбежала. Но это еще ничего не значило. Если там был кто-то еще, он мог уничтожить свои следы или заранее позаботиться о том, чтобы их не оставить.

И ведь душу в тело для допроса не призвать. То есть, призвать можно, но сказать он мне все равно ничего не сможет из-за поврежденного горла. Общаться же с бесплотным духом могут только жнецы темного бога Марра. Вряд ли кто-то из них будет удачно проезжать через Артан. Остается один выход.

Я стянула перчатки, очищая их чарами, и потерла занемевшие ладони. Достала из сумки мел и прямо на столе начертила несколько знаков простой ритуальной схемы. Встав у головы покойника, сосредоточилась, вытянула ладони над его лицом и прошептала заклинание. Перед глазами замелькали расплывчатые картинки. Усыпанная камнями дорога. Конская голова с растрепанной гривой. Стена башни. Пологий заснеженный склон. Холод, пробирающийся сквозь теплую одежду. Нетерпеливое ожидание. И темнота, которая навалилась внезапно и резко, вместе с подлым ударом по голове.

Тихо выдохнув, я отшатнулась от стола. В комнате еще сильнее похолодало, как часто бывает от некромантских чар. Мое заклинание не было чтением мыслей или чем-то вроде. Оно снимало подобие слепка последних ощущений и воспоминаний погибшего. И то, что мне удалось увидеть, лишь подтвердило догадку. Кажется, мы имеем дело с убийством.

Начальник Артанской стражи появился только к вечеру, когда снегопад немного утих. Помощник коменданта сразу проводил его в казарму. Я отправилась вместе с ними.

– М-да, – пробормотал Альт Сиберг, глядя на покойника. – Не повезло бедняге.

Красивый или скорее смазливый смуглый брюнет, он смотрелся в заваленном мебелью подвале немного чужеродно. Но хотя бы явился и даже лично, прихватив с собой повозку и пару крепких парней, способных унести тело.

– Что ж, – вздохнул он. – Я попробую разыскать родственников или друзей, если не получится, организуем похороны за счет городского бюджета.

– А расследование? – напомнила я.

– Расследование? – На меня глянули две пары изумленных глаз: Сиберга и Лимбери. Страж позволил себе легкую улыбку: – Кажется, вы сами наказали убийцу, уничтожив своей магией. Не будем же мы привлекать к ответственности кучку пепла.

Снисхождение, прозвучавшее в его голосе, на корню загубило все возможные симпатии. И этот мужчина не воспринимает меня серьезно.

– Нежить могла прийти уже к мертвецу, – упрямо произнесла я. – У него на затылке рана. Подозреваю, эту рану мог нанести кто-то другой.

– Вы некромант, верно? – прищурился Сиберг. – Гельма Ард Ренна.

– Да.

– Допрашивали дух?

– Нет, – я вздохнула. – У него повреждено горло. Слишком сильно, чтобы он мог говорить.

– Тогда откуда подозрения?

– Место, угол, – ответила коротко. – Плюс, посмертный слепок воспоминаний.

– Насколько я знаю, эта методика очень ненадежная.

– И тем не менее… Могу предоставить показания в письменном виде.

Страж нахмурился. Лимбери закатил глаза.

– Мы обязательно проверим, – кивнул Сиберг в итоге, то ли решив не спорить, то ли и правда собираясь разобраться. – Благодарю за сознательность.

Его подчиненные положили тело на носилки и унесли. Альт Сиберг прошелся по крепости, скорее для порядка задав вопрос, видел ли кто сегодня здесь Лойса. Но получив только отрицательные ответы, шутливо отсалютовал мне и смылся, укутавшись в меховой плащ. А я пошла к себе. На сегодня мое дело было сделано.

ГЛАВА 2

Влезать в расследование я не имела никакого права. Но когда через три дня наткнулась в крепости на Альта Сиберга, мирно беседовавшего с комендантом Грандисом, просто не могла не подойти.

– Добрый вечер, – поздоровалась негромко, когда в их разговоре возникла пауза.

– А, это вы. – Не слишком воодушевился Сиберг.

– Могу ли я узнать, как продвигается дело Лойса?

– Вчера утром он был похоронен на кладбище Артана.

– Но как же расследование? – нахмурилась я. – Разве убитых хоронят так быстро?

– Убитых? – ахнул Грандис. – Побойтесь богов, Гельма, беднягу загрызла нежить.

– Одно другому не мешает, – заявила я упрямо.

– Ну нет, нам тут никаких убийств не нужно. – От негодования у коменданта аж усы затряслись. – Расследования, проверки, разбирательства…

– Не переживайте, – улыбнулся ему Сиберг. – Эсса Ард Ренна не имела в виду ничего такого. Небольшое недоразумение. – Он подхватил меня под руку. – Проводите меня до ворот, эсса?

Я хмуро кивнула и позволила себя увести, желая по пути получить объяснения. И получила их. Вот только совсем не те, которые ожидала.

– Никакого убийства не было, – спокойно сказал Сиберг. – Лойс остался при своих вещах. На теле не нашлось следов сопротивления или какого-либо воздействия. А ваши слепки… Вы могли просто ошибиться. Принять желаемое за действительное.

– Желаемое? – изумилась я.

Он подарил мне понимающий взгляд.

– Вы молодая, активная девушка, только приехавшая из столицы. Вам наверняка быстро стало скучно у нас. Захотелось каких-то эмоций, загадок, приключений. И вы готовы искать их даже там, где этого делать не нужно.

– Все совсем не так, – я искренне возмутилась. – То, что меня волнует, это справедливость.

– А может, вы хотите прикрыть свою оплошность? – вкрадчиво спросил мужчина.

– Какую еще оплошность?

– Лойс погиб от клыков нежити. Той самой нежити, которую должны контролировать вы, как некромант. И это значит, что вы плохо сделали свою работу.

– Ну знаете, – разозлилась я и вырвала свою руку, останавливаясь.

– Не обижайтесь, Гельма. – Сиберг тоже остановился и поднял ладони. Но на его лице не было написано ни грамма раскаяния. – Я просто хочу показать, как можно расценивать эту ситуацию с разных сторон.

– Я вас поняла, – процедила высокомерно. – Что ж, не буду больше отнимать ваше драгоценное время.

– Гельма…

– Всего доброго.

Я развернулась и отправилась к себе, гордо чеканя шаг. Поворот, переход, лестница – и вот второй этаж общежития, где в самом конце коридора располагалась моя комната. Небольшая, с одним окном, кроватью, шкафом и столиком, она не смущала меня ни размерами, ни простотой. Но сейчас хотелось иметь апартаменты гораздо, гораздо больше. Чтобы можно было ходить по ним кругами и вымещать эмоции, ругаясь сквозь зубы.

Нет, ну надо же. Как ловко он все вывернул. Видите ли, мне стало скучно и захотелось поиграть в детектива. И второй вариант еще лучше. Да, я и правда отвечала за то, чтобы оберегать людей от нежити. Но при этом хорошо понимала, что не могу выследить и уничтожить каждого упыря или умертвие. А местные знали, что ходить в горы в одиночку и без оружия может быть опасно. Конечно, мне было жаль непутевого Лойса. Вот только винить себя в его смерти и посыпать голову пеплом я не собиралась.

И это начальник стражи. Человек, который должен охранять порядок на вверенной территории и олицетворять собой закон. Мне казалось, он еще слишком молод, чтобы растерять энтузиазм. Но Альт Сиберг повел себя прямо как Грандис, который всеми силами избегает лишнюю работу. Можно было бы решить, что он прикрывает настоящего убийцу, если бы мысль не казалась настолько нелепой.

Нет, подозревать можно было кого угодно. Но мне пока даже в голову не приходило, что могло связать главу городской стражи и простого перевозчика, да еще и до такой степени, что один убил другого. Или хотя бы поспособствовал убийству. Гораздо более жизнеспособной выглядела версия, что Сибергу просто лень. Зима, снег, холод. И ему, и его подчиненным наверняка больше хотелось сидеть в теплом кабинете, а не разыскивать свидетелей и улики.

Кажется, это захолустье влияет на некоторых немного отупляюще. Нашему коменданту так вообще ничего не нужно, лишь бы кресло удобное под пятой точкой было. Завхоз носа не кажет со своего склада, где сидит, обложившись коробками и свертками так, что там скоро свободного места не останется. Патрульным ничего не интересно. Мое рвение к работе понимания не находит, и кажется, если бы я решила весь год просто просидеть у себя в комнате, читая книги, все были бы только рады. Наверное, единственные, кто «горит» своим делом, это счетоводы таможни. Каждый раз они активно набрасываются на телеги и обозы, чтобы подсчитать, сколько пошлин должно быть уплачено в нашу казну. Хотя в этом как раз нет ничего удивительного.

И ведь непонятно, что сейчас делать мне. Оставить все просто так, согласившись с Сибергом, не дает совесть: где-то в Артане, а может быть, даже и у нас в крепости, гуляет убийца. А бросаться в дело очертя голову не позволяет осторожность. Меня тут вряд ли кто-то поддержит. Слова Сиберга вообще были похожи на предупреждение, мол, стану упорствовать, виноватым сделают некроманта, не уследившего за нежитью.

Наверное, если бы не обостренная интуиция, которая шептала, что тут все не так просто, я бы согласилась с Сибергом. Странная рана могла стать следствием неудачного падения. Амулет с шеи мог остаться в желудке упыря, особенно если он разрядился или сломался и больше не выполнял свою функцию. А посмертный слепок воспоминаний – и правда ненадежная методика. Особенно, если дело касается тех самых, последних секунд жизни, потому что эти эмоции – очень сильные и легко путаются. Но чутье не давало успокоиться.