Мария Милюкова – Глинтвейн для демона (страница 3)

– Не хотелось бы.

– А что изначально сделать хотела? – В глазах демона засверкало подозрение и что-то ещё, но с ходу распознать это «что-то» я не смогла. – И подробнее, пожалуйста.

– Печь разжечь хотела. – Я честно вспомнила свои действия. – Начертила круг, потом руны и призвала пламя. Всё.

Гость посмотрел себе под ноги, поразился моему таланту рисовать геометрические фигуры и растерянно развел руками:

– У твоего круга пять вершин, ты в курсе?

– Руки дрожали от холода. Сам бы попробовал начертить что-то путное ледышками вместо пальцев. – Насупилась я и быстро поменяла тему разговора. – С именами давай что-то придумывать. Как-то называть тебя я должна. Или остановимся на «Эй-ты»?

Демон сложил руки на груди. Задумался. Сжал губы. Нахмурился.

Я с любопытством следила за противоречивыми эмоциями, отражающимися на красивом лице, и терпеливо молчала.

– Называй меня Кристс. – Наконец определился он.

– С «тс»?

– Да.

– Змеиное имя какое. Другое выдумать не мог? – Улыбнулась я. – Ладно, о насущном, – вкусно тебе?

Демон не успел озадачиться критике, влил в рот остатки напитка и кивнул:

– Очень. Что это такое?

– Глин-т-вейн. – Я попыталась выделить руну «Т», чтобы подколоть его в имени, но судя по удивлению в светло-карих глазах, напрасно – юмора моего он не оценил. Старею. Третий десяток только разменяла, а уже сдаю позиции.

– Глин… Что? Зелье что ли? – Ошалел демон, похвально игнорируя мою деревянную шутку. – Ты меня так вкусно травишь или опаиваешь?

– Нужен ты мне восемь раз! Это просто сок с фруктами и специями.

– Просто сок?

– Прогоняет хандру, залечивает душевнее раны. Сидишь, пьешь, смотришь на улицу, на снег там, на вьюгу и хандришь… – Честно попыталась объяснить я предназначение напитка. – Красота же?!

– То есть, зелье. – Кристс щелкнул пальцами, вполне довольный собственным умозаключением. – Красиво всё описала, я прям представил.

– Ну так! Могу. Умею. Практикую. – Я сделала большой глоток глинтвейна и зажмурилась от удовольствия: в меру сладкий, с идеальной кислинкой, а уж аромат какой, м-м…

– Всё. Уговорила, Марита, я остаюсь. На какое-то время уж точно.

Я поперхнулась, закашлялась. Вытащила изо рта дольку лимона и уставилась на демона максимально озадаченным взглядом:

– Это как? Это ещё почему? Не-е, мне такого не надо!

– Хорошо тут, не жарко. – Объяснил демон. Только вот в его глазах появилась сталь. – Мне тут нравится. Я так решил. Обещаю не причинять тебе зла.

– А ты злой? – Ещё больше ошалела я.

Что-то крутилось в голове, песенка… и мотивчик еще такой приставучий: «Баю-баюшки-баю, не ложися на краю, придет демон злой, унесет с собой…»

– Был бы злой, уже тебя разорвал бы. – Просто ответил он.

Верю. Вон, ручищи какие: схватит и пополам – хрясь!

– Значит, ты у нас добряк?

– Нет. Просто настроение хорошее. И мне тут нравится. А то, что мне нравится, я не уничтожаю.

Круто! И во что я опять вляпалась?

– Ты очень наглый гость, Кристс. – Решилась я. – Тогда я сама тебя выго… верну!

Демон широко улыбнулся и даже поклонился. Да насмешливо так, будто хотел оскорбить. Не хотел – оскорбил!

– Давай. Открывай портал, маг-недоучка.

А издёвки-то в голосе сколько! На пять бабок Аболинок хватит!

– Не знаешь как? – Пожалел меня демон. – Я подожду. Пока ты соображаешь, поживу тут.

– Я найду ритуал. – Чуть ли не взвыла я, с трудом поборов желание швырнуть в мужика пустую чашку.

– Ты постараешься. Но не успеешь. – Демон постучал пальцами по защитному барьеру, отозвавшемуся бледными желтыми сполохами. – Он слабеет. Я скоро сам выйду.

Зараза!

ГЛАВА 3

Я впечатлилась угрозам, оценила масштаб надвигающейся трагедии, укуталась в шубу, натянула ботинки и чуть ли не бегом выскочила на улицу. Цель была проста: узнать о демонах всё что можно и нельзя, и особенно много – об их изгнании. Архив! Мне нужен архив!

Зимой темнело рано. Сумрак набрасывался сразу со всех сторон, будто пытался сожрать. Мороз крепчал. Обледеневшие деревья угрожающе скрипели и грозились сбросить на голову ветко-сосульку. Такая по темечку треснет и в сугроб вколотит, даже пикнуть не успеешь. Аккурат, по весне и откопают. Тебя. Не ветку. Хорошо, если прямо тут пришибет. А если у сточной канавы? Это же какой позор!

Я красочно представила своё тело в окружении натюрморта из всего того перегнившего, что в деревне выбрасывают, и пригорюнилась окончательно.

Пока бежала до библиотеки деревенского масштаба (она же архив), прикрывала нос рукавицами: ледяной воздух так и норовил расцарапать легкие. Из-за мороза Большие Родники будто вымерли: даже собаки от греха подальше спрятались в будки и лишний раз нос на улицу не показывали. Только я шаталась по селу, подтверждала слухи о себе ненормальной и прогрызала проход в сугробах. Мало мне шепотков за спиной о «одинокой да неказистой», теперь ещё и больной называть начнут. И речь пойдет отнюдь не о простуде.

Здание архива встретило меня темными окнами и заснеженным крыльцом. Сегодня была очередь Аболинки лопатой махать. И эту очередь она благополучно пропустила. Опять! Значит, завтра меня ждут песни о радикулите и хандре, что не позволяют ей ничего тяжелее чашки чая поднимать, а тут целая лопата!

Я откопала в недрах карманов связку ключей, с третьей попытки открыла замок и ввалилась внутрь под дробный стук зубов. В библиотеке было тепло, а после мороза казалось, что и вовсе жарко. Магические кристаллы, расставленные в подвале, поддерживали в архиве постоянную температуру в +18 градусов. Не комфортные +21, но и не -30 как на улице. Дареному обогревателю в термостат не заглядывают!

Я задрала голову, осмотрела полупустые книжные шкафы, упирающиеся в потолок, и приуныла: и где здесь искать информацию о демонах? В разделе «сказки и былины»? Или сразу топать в подвал и рыться в «старом и рваном, требующем реставрации»?

Я скинула шубу, стянула рукавицы и, хрустнув пальцами, ринулась на обыск. Для начала перепроверила картотеку на магодиске. Нашла пару газетных вырезок о кражах (бес попутал!) и один рассказ о встрече с «рогатым и дюже страшенным, когда с таверны по ветру до лесу отлучился». Как оказалось, встретился автор с лосем, но слушок уже было не остановить, потому журнал опровержение не выпустил, а просто переквалифицировал его в рассказ.

Не то…

В разделе «вымершие и неквалифицированные» были упоминания только о злополучных бесах, что «вид принимали зело сладкий, отчего ум теряли мужики и бабы».

А вот это похоже. Беру. Не то чтобы я тот ум уже потеряла, но задатки на исчезновение оного были, – от одного взгляда на Кристса мозг отключался. Красивый, зараза! Кристс, не мозг. Мозг у меня глупый.

Больше всего взбесил йиландерский учебник по боевой некромантии второго курса. Как он оказался в Больших Родниках, понятия не имею. Может, выпал из сумки зазевавшегося студента, а бабка Аболинка подобрала?! Учебник был разбит на разделы и о бесах с полтергейстами, и о призраках с прочими нелицеприятными тварями. Только вот о демонах ни слова не было! Лишь приписка красными рунами загадочно гласила: «Ритуалы по вызову и изгнанию смотреть в методичке 4 курса. Требуется подпись на заявлении об освобождении от ответственности академии Йиландера за смерть или увечья абитуриента».

Мило.

Больше я ничего не нашла о демонах, хоть и провозилась в архиве не меньше двух часов. Надо бы завтра заглянуть в Алтарную и Храм Смерти. Там точно что-то знают о Кристсе. Должны знать! И осмотреть в подвале полку с почти уничтоженными рукописями. По-хорошему, их уже давно надо переправить в Йиландер, мастерам для восстановления. Мы с Аболинкой с такой работой не справимся. Но! Но Йиландер не торопился принимать старые свитки. Своих, видимо, выше крыши.

Итак, улов оказался меньше, чем я ожидала – всего одна тощая книжонка и та о бесах, но, как говорят, в слепом царстве и косой – король!

Пришло время возвращаться.

На улице стало совсем темно. И совсем холодно. Ледяной ветер пронизывал до костей, забирался под шубу и, – клянусь! – отщипывал от моего носа маленькие кусочки кожи. Пока ковыляла до дома, два раза чуть не потеряла ценный груз в сугробе – обложка на морозе стала скользкой и норовила отправиться в свободное падение. Уже у таверны вспомнила, что забыла закрыть архив. Пришлось возвращаться под улюлюканье и хохот выпивох, а потом топать обратно. В избу я ввалилась злая, замерзшая и с украшением в виде сосульки на воротнике. Демон как меня увидел, чуть со смеха не помер. Я в ответ оскалилась и побежала обниматься с печью.

Что ни день, то катастрофа! Ненавижу зиму! И мороз! И снег! И особенно – ветер!

Отогревшись до состояния «могу продемонстрировать средний палец», занялась приготовлениями: одежду развесила, обувь расставила, книгу бросила на кровать. И принялась за варку новой порции глинтвейна. Потому что без этого напитка в книге ничего не разберешь! Эх, мяса бы сейчас! С картошкой жареной! Душу готова продать! Вынужденное фрукторианство очень портило мой характер. Даже больше, чем отсутствие полового партнера. Последний мужчина у меня был как раз перед побегом из дома. Всё было банально: я думала, что это на всю жизнь, он – как затаскивать меня в кровать почаще. А как узнал, что я неучтенная, так совсем думать перестал и сбежал. Я горевать не стала, собрала вещи и двинулась в Родники… Не из-за него, из-за облавы магов, но совпало красиво. Не удивлюсь, если мой последний до сих пор думает, что я сбежала из дома из-за него убогого.