Мария Меркер – Душа. Пепел несбывшихся надежд (страница 8)

Дверь я не запирала, но, чтобы не шуметь, тихо подхожу и открываю незваному гостю. В один миг весь мой мир переворачивается с ног на голову. Это действительно он, Марк. Открываю рот, но не могу произнести ни слова.

– Привет, я Максим.

Парень протягивает мне ладонь для рукопожатия. Я машинально даю свою, не отрывая от него глаз. Какой еще Максим?

– Даша, – тихо отвечаю, и тут до меня доходит осознание происходящего. Он двойник. Такой же, как и я. Его позвали, чтобы охладить меня, не нанеся вреда. Выходит, его способность противоположна моей, и он уже хорошо ей владеет. Я должна узнать все. Сначала поесть. А потом узнать все.

– И как ты себя чувствуешь? – спрашивает он. – Я старался помочь тебе, но получилось не очень. Совсем чуть-чуть температура упала. А потом сама начала проходить. И вот, пока не прошла, мы все тут с тобой сидели. Ты бормотала что-то, какого-то Марка звала.

– Чувствую нормально. Спасибо, что поинтересовался. Долго я спала?

– Сутки. Хочешь есть, пить? Я вообще к Дэну пришел, но раз он уже спит, а ты нет, сделаю все, что попросишь.

– Есть очень хочу. Если у тебя что-нибудь есть, то скорее идем, – улыбаюсь я в ответ.

Он такой же, как Марк. Один в один. Не только внешне, голосом, но и по характеру. Марк, несмотря на свою внешне холодность и отчужденность, на самом деле был до мозга костей эскстравертом. На людях он сдерживался, но стоило им остаться наедине, он становился общительным, интересным, постоянно выдумывал им занятия, развлечения. Возможно, все это из-за его происхождения. К темным относились настороженно, следили за их поведением. Поэтому полукровкам приходилось скрываться, вести себя не вызывающе, по возможности не иметь никаких связей с обычными людьми…

– Ну, идем. Я тут рядом.

Комната Максима похожа на обычную малогабаритную квартиру-студию. Небольшая кухня граничит с гостиной, и здесь же стоит кровать, огороженная полустеной. Для одного пространства достаточно. Особенно, если здесь жить дешевле, чем снимать в городе. Он делает мне три больших бутерброда с ветчиной и сыром, наливает чай. Мне хочется многое узнать о нем, но пустой желудок отвлекает, и, прежде чем задавать вопросы, я съедаю один бутерброд и щедро запиваю его чаем. Вскоре я понимаю, что это была за таблетка, которую оставили на тумбочке для меня. Я ощущаю спокойствие и умиротворение, мышцы расслабляются, а еда и горячий чай кажутся неземным блаженством. Вероятно, мне подсунули успокоительное. Поэтому я совершенно не обеспокоена тем, что напротив меня сидит точная копия Марка.

Он в это время не молчит. Рассказывает о том, как неожиданно появился здесь год назад, как научился пользоваться своим даром. На мой вопрос, откуда он, говорит, что из Москвы. Три тысячи километров от города, где жила я. У нас двоих не было ни единого шанса встретиться до того момента, как я попала сюда.

– Значит, ты не можешь вернуться домой, – обреченно вздыхаю. Под успокоительным информация принимается не так сокрушительно.

– Может и могу. Но не хочу. Меня там абсолютно ничего не держит, – отвечает Максим. – Мать с отчимом выгнали, видите ли я мешаю их совместному счастью. Жил в общаге, среди клопов и тараканов. Девушка ушла к тому, у кого потолще кошелек. Последний курс университета пошел по одному месту. Преподаватели требовали денег за экзамены. А где я их возьму. Вот и не сдал. Если выражаться общими словами, я достиг дна. А потом раз и я здесь. Считаю, мне повезло. И возвращаться в никуда я точно не собираюсь. А ты?

– Я бы вернулась.

– Понимаю. Если есть те, кто тебя ждет, то возвращаться нужно.

– Максим? – непривычно называть его так. Я еще помню слова, слетающие с уст Дианы. "Марк". Голос ее был похож на мой, но более тихий что-ли. И он отзывался с такой нежностью во взгляде. А во взгляде Максима я почему-то вижу боль.

– Да?

– Тебе не говорили, что ты на кое-кого похож?

– Нет, – отвечает, опустив уголки губ вниз. – А тебе? Хотя, чего я спрашиваю, здесь эта история у всех на слуху. Ты не бери в голову. Может, все и не так было на самом деле. Историю часто перевирают.

Он не знает, что на него похож. И, наверное, в отличие от меня, не видел никаких снов. Иначе бы сказал об этом. Я тоже не сказала, но, несмотря на спокойствие, я чувствую, что ему нельзя доверять на сто процентов. Возможно, это судьба сыграла с нами злую шутку, решив возродить то, что так несправедливо погибло несколько лет назад. Либо во всем виновата магия, которой пропитана вся эта земля. Только почему мы оба родились не здесь, и почему наполовину темный по крови Марк заново родился вдруг человеком, совсем непонятно. Поэтому я буду осторожна с ним. Когда-нибудь обязательно расскажу ему и о снах, и о том, на кого он похож, но сначала присмотрюсь. Вдруг он уже знает, но делает вид, что нет?

Дэн по-прежнему спит, почти полностью укрытый одеялом. Я спала сутки, и, похоже, все это время он не выходил отсюда. Беспокоился за меня, или потому что у меня после пробуждения могли открыться какие-то способности? Узнаю это, когда проснется. А сейчас мне нужно умыться. Максим так огорошил меня своим появлением, что я забыла это сделать.

Раковина с зеркалом находятся в углу, там же висит настенная лампа, излучающая тусклый свет. Мне для того, чтобы разглядеть себя в зеркале, этого света достаточно. Подхожу к зеркалу, ожидая увидеть в нем огородное пугало, а вместо этого вижу смотрящие на меня оттуда два желто-оранжевых глаза и едва не теряю сознание, прежде чем понять, что эти глаза принадлежат мне.

Глава 7. Сомнения

Я не могу поверить в то, что вижу. Что это вообще такое? Откуда? Как? Зажмуриваюсь и снова открываю глаза. Вдруг причудилось? Но нет, радужная оболочка по-прежднему желтая. Как у кошки, только зрачок обычный. Мало того, они светятся! Совсем немного, но если приглядеться, можно увидеть едва заметное сияние.

– О, господи! – громко вырывается у меня. Тут же ударяюсь в воспоминания, но как ни старайся, там ничего такого нет. Я просто не видела лицо Дианы во сне. Если она и смотрелась в зеркало, то изображение в нем почему-то было расплывчатым. Внешность Марка запомнилась мне, я видела его отчетливо. И его глаза ярко-голубого цвета, каких в природе не бывает. Такие вещи легко откладываются в памяти.

Мои возгласы будят Дэна. Сперва он не может понять, где я нахожусь, и что происходит, а потом находит меня в том же положении, рядом с зеркалом.

– Даш, что случилось? Что ты так кричишь?

Поворачиваю голову в его сторону, и он, взяв мое лицо в ладони, с тем же удивлением рассматривает глаза.

– О, господи…

Можно всю жизнь знать человека и не запомнить цвет его глаз, но такие перемены не заметить просто невозможно.

– И кто ты теперь? – удивление Дэна сменяется улыбкой. Еще бы. Ему привычно наблюдать сверхъестественные вещи, это для меня все в новинку. Но я на него совсем не злюсь, наоборот, улыбка приводит меня в чувство. Пока что ничего плохого не случилось, это лишь начало перемен. Я совсем не хочу меняться, обретать какие-либо способности, особенно смертоносные, но если это единственный путь к возвращению домой, то я приму все, что выпадет на мою долю.

– Да понятия не имею, – говорю я. – Хамелеон какой-нибудь, кто еще так меняет цвет?

– Просыпается твое естество. Это нормально. Я такого раньше не видел, но, думаю, плохого здесь ничего нет, не переживай. Как себя чувствуешь?

– А Максим? Он так же…? – спрашиваю я, не намеренно проигнорировав вопрос.

– Кто его знает, к нему я не приглядывался. Так как с самочувствием?

– Все в порядке, – отвечаю я и, почувствовав желание обнять Дэна, поддаюсь ему. Парень обнимает меня в ответ. Получилось это объятие дружеским или нет, неважно. Я благодарна ему за то, что он делает для меня. Пусть это и часть его работы. – Спасибо тебе, что помог, что не бросил одну. Ты все время был здесь?

– Да, надо было отслеживать твое состояние, и чтобы ты не была одна, когда проснешься, – тихо отвечает он. Его ответ, несмотря на всю мягкость, с которой он это произнес, сеет во мне зерно сомнения. Что, если он остался только потому что я при пробуждении могла стать опасной? А он, как один из опытных хантеров, к тому же, лидер, вызвался за этим проследить? Мой внутренний голос немедленно отзывается: "Хватит накручивать себя и везде искать подвох, представь, что ты проснулась с пылающими руками, совершенно одна, твои действия? Бегать и кричать, поджигая попавшиеся на твоем пути предметы. На большее ты пока что не способна".

Дэн интересуется, не голодна ли я, на что я качаю головой и признаюсь, что меня накормил Максим. Он только рад этому. Сначала я не понимаю, почему, пока он не объясняет, что его друзья обошлись со мной весьма сурово, и ему это не понравилось. Несмотря на то, что я не планирую здесь оставаться, мое пребывание не должно вызывать стресс и самокопание.

– Мне кажется, он чувствует вину, что не смог помочь мне, – спешу огорчить Дэна, однако ему, кажется, все равно.

– Тут главное, что он сделал. Говоришь, он сам пришел? А если бы другой на его месте? Ты открываешь дверь, смотришь своими глазищами, там… ой.. – смеется, – крику бы было. А ты бы обиделась, я уверен.

Я не обижаюсь, но, в очередной раз подумав о причине странных взглядов в мою сторону, немного расстраиваюсь и настроение Дэна не поддерживаю. Но ведь Диана так давно умерла, как ее могут помнить столько времени? Хотя, если судить по меркам моего мира, многих печально известных личностей помнят долгие годы, как по их делам, так и по внешности. Мир этот, как я уже поняла, совсем небольшой, и, вероятно, таких, как Диана было здесь раз-два и обчелся. Если вообще были.