Мария Меркер – Душа. Пепел несбывшихся надежд (страница 20)

– Дэн!! – истошно кричу я, один из этих людей делает выпад вперед, и тут происходит то, что и должно было случиться в подобной ситуации. Страх сам по себе очень сильное чувство. Паника и страх скорейшей смерти еще сильнее, и мой организм, получивший такую силу, просто не может не защитить сам себя. Поэтому я начинаю гореть… Огонь мощным потоком вырывается из ладоней, поражая всех, кто стоит передо мной. Рукава кожаной куртки тлеют, я чувствую запах горелого, дым застилает глаза, но я не могу остановиться. Кричу и выпускаю пламя наружу…

– Даша, Даша, пожалуйста, все, хватит! – буквально спустя несколько секунд слышу отчаянную просьбу Дэна, и стоит мне только почувствовать его рядом с собой, огонь прекращается. Он снимает с меня тлеющую куртку и бросив на землю, топчет, гася языки пламени. В лагере начинается переполох, все принимаются тушить загоревшиеся деревья и бревна возле костра. Потушив мою куртку, Дэн прижимает меня, дрожащую от ужаса и накативших слез, к себе. Успокаивает.

– Все, тише, тише. Все прошло, их больше нет.

Их больше нет. Я сожгла всех дотла, оставив не просто сожженные тела, а кучи пепла и обгоревших костей. Что это за огонь, который не сожжет дотла дерево, но полностью уничтожит человека за несколько секунд? Уверена, такой же был и у Дианы. У людей, которые попали под ее горячую руку, просто не было шансов…

Глава 16. Доверие

Потушив пламя, хантеры принимаются убирать обгоревшие останки темных, а Дэн, Карл и Олег о чем-то активно спорят. Карл обвиняет парня, что он оставил меня одну. Будь я в нормальном состоянии, подошла бы и все объяснила, но я продолжаю сидеть в куртке Дэна на бревнах, трястись от холода и пережитого только что ужаса. Конечно, это были темные. Дрожащим голосом я описала их, на что все принялись заверять меня, мол я все сделала правильно. Только вот я так не считаю. Если бы я хоть чуть-чуть себя контролировала, этого бы не случилось. Можно было просто отпугнуть их, а теперь я убийца. Сколько их было? Пять, семь или десять, неважно, они все мертвы благодаря мне. История повторяется? А хуже всего то, что, скорее всего, после этого случая мои способности постараются подавить. Как было с Максимом. Я бы не подумала об этом, если бы не он. Максим, активно поучаствовав в тушении пожара, садится рядом со мной.

– Как ты?

Пожимаю плечами. Сейчас мне не хочется разговаривать с ним.

– Ясно, – выдыхает. – Я видел мельком. Это было здорово, правда. Но им не понравилось. Смотри в оба. – После этого он уходит, оставив меня в смятении. Смотри в оба. Как будто я вообще знаю, куда смотреть.

Переговорив с остальными, Дэн подходит ко мне, берет за руку, и уводит в палатку. Я не сопротивляюсь. Нет ни сил, ни желания. Даже куртку ему не отдаю, так и ложусь в спальник прямо в ней. Он обнимает меня сзади, гладит по волосам, нежно целует в висок.

– Сильно напугалась?

– Угу, – мычу я. Боюсь, если скажу хоть слово, то расплачусь. В горле встал ком.

– Прости меня, это я во всем виноват. Не нужно было оставлять тебя одну даже на секунду.

– Ты не виноват, – отвечаю ему, с трудом прогнав непрошенные слезы. – Они как будто знали, в какой момент появиться. Зачем они приходили? Или за кем?

– Возможно и за тобой, – тихо отвечает Дэн, и у меня внутри холодеет. Зачем я им нужна? Из-за способностей? – Поэтому я и не хотел брать тебя с собой. Но теперь все позади.

– Да, только я теперь убийца, – снова тяжело говорить. На глазах наворачиваются слезы.

– Ты не кори себя за то, что случилось. Знаешь, сколько я их положил? Ты защищалась, в этом нет ничего плохого. Либо ты, либо тебя. Уж не думал, что ты будешь их жалеть.

– Я не их жалею, я в шоке от себя, – говорю я. – Что теперь вы будете делать со мной? А если я покалечу или, не дай бог, убью кого-то из вас? Я не знала, что огонь настолько мощный – за секунду убивает. Что это вообще такое? Как с этим жить?

– Когда ты научишься его контролировать, бояться будет нечего. Старайся просто не думать об этом. Сколько раз при мне ты его выпускала? Как видишь, я до сих пор жив.

– Раз на раз не приходится, – бормочу я.

– Да ладно тебе. Коль убьешь, то и умру. А потом про меня напишут: "Пал жертвой бесконечной любви". Круто же.

Поворачиваюсь к нему лицом.

– Дэн, скажи мне, ты совсем дурак?

Он издает короткий смешок.

– Нет, просто стараюсь тебя подбодрить. – И целует меня в губы. Легко и осторожно, будто пробуя на вкус. Я немного расслабляюсь, но не даю ему зайти дальше. Он все понимает и, мягко поцеловав в щеку, отстраняется. – Давай поспим, а завтра поедем домой.

– Давай, – отвечаю я. Засыпаю с мыслью о том, что нужно будет по прибытии взять у Ирины успокоительные и пить их, пока меня не научат сдерживать пламя даже в экстренных ситуациях.

Утром как назло наша поляна сияет в свете яркого и достаточно теплого солнца. Дышать правда трудновато, воздух очень влажный, но вряд ли бы это остановило меня, будь наше вчерашнее дежурство спокойным. Ушли бы на пляж сразу после недолгого утреннего сна и провели там оставшийся день до вечера. Однако сбыться этому не суждено, так что, настроения у меня нет уже с самого утра. Завтрак не лезет в глотку, как и кофе, за которым Дэн уходил в машину. Тошно буквально от всего. А больше всего от косых взглядов. Хантеры, наверное, думают, что я их не замечаю, но эти взгляды так жгут, и это чувство никак не затолкнуть подальше. Хочется убежать, зарыться в темную пещеру и не вылезать оттуда до скончания веков.

После завтрака я помогаю собрать Дэну палатку и сразу же прыгаю в пикап, а через двадцать минут мы покидаем Пандору под палящим солнцем. Чем дальше, тем прохладнее становится воздух, окна закрываются, а Дэн напоминает мне не расслабляться, едем мы не сразу домой, а в магазин мне за новой курткой и другими вещами, потому что все-таки того, что мы взяли тогда, очень мало. Мне совсем не до шоппинга, но я не возражаю. Что-что, а новая куртка мне точно не помешает, ибо старая годится только на выброс.

Дома после ужина я принимаю долгожданный душ, намылив и натерев все части тела, два раза мою голову. А потом просто стою под теплыми струями, пока не слышу стук по стеклянной дверце. Дэн принес полотенце, а я даже не заметила, что их здесь нет. Забирая полотенце, я невольно бросаю взгляд на парня. Уже разделся до нижнего белья, видимо в ожидании своей очереди. Душевая просторная, поэтому я, собираясь выходить, просто киваю, чтобы он зашел. Дэн удивленно приподнимает брови:

– Прям вот так, можно раздеться и зайти?

– А ты, что, стесняешься? – спрашиваю я. Уж сама не знаю, что со мной такое. Не то произошедшее ночью высосало все эмоции, не то от усталости, но я даже своей наготы не стыжусь, и спокойно стою перед ним в неглиже.

Не ответив, раздевается и заходит. Я решаю вытереться прямо там, в тепле, потому что за пределами душевой весьма прохладно, и делаю это очень медленно, посматривая на Дэна. Смотрю не целенаправленно, однако вскоре он начинает это замечать и, когда я уже собираюсь выйти, останавливает меня, взяв за запястье. Притягивает к себе, и я снова оказываюсь под струями воды.

– Дэн, я не могу, – выдыхаю я, несмотря на то, что животу прокатывается приятное тепло и концентрируется внизу, дальше разливаясь по всему телу.

– Почему? Никогда не делала это в душе? – улыбается одним уголком губ. Такой красивый. Зеленые глаза блестят от желания, с волос на лоб стекают прозрачные капли, бегут по лицу до влажных губ. И даже полузажившие ссадины его никак не портят, припухлость уже спала, синяки прошли почти полностью.

– Не делала, но я не этого боюсь…

– А чего тогда?

– Ты знаешь.

Какое-то время просто смотрит мне в глаза. Серьезно, без намека на улыбку. А потом говорит:

– Все будет хорошо, Даш. И со мной, и с тобой тоже. Просто доверься мне, и все. Это ведь не трудно, просто довериться?

– Наверное, нет… – шепчу я.

– Ну так доверься, – отвечает он точно так же, почти прикоснувшись губами к моим.

Мне страшно, но я доверяюсь, и все проходит так, как он говорил. Поддаюсь всем его прикосновениям, поцелуям и движениям, будто я родилась только для того, чтобы быть с ним. И, находясь на пике удовольствия, я просто закрываю глаза и максимально расслабляюсь практически до невесомости, тогда его руки подхватывают меня, и мы еще долго стоим, прижавшись друг к другу, дыша тяжело и прерывисто. И как я раньше жила без этого? Или без него…

Этой ночью меня ждет крепкий сон без сновидений.

Следующим утром Дэн привозит меня в штаб, мы прощаемся на первом этаже, и я направляюсь в больничный отсек. Дверь открыта, Ирина сидит за столом, а на стуле напротив молодая худенькая блондинка. Бросив на меня короткий взгляд, Ирина вежливо просит подождать на лавочке. Кивнув, молча присаживаюсь, и тогда замечаю, как эта девушка смотрит на меня. Лицо серьезное, аж вытянулось, а в глазах… Неужели страх? Поняв, что я все вижу, она прячет глаза и, кажется, бледнеет. Может, просто отравилась? Надеюсь, что так, ибо другое означает, что слухи уже поползли по штабу. Если раньше на меня смотрели просто с подозрением, и я еще как-то справлялась с этим, то страха в глазах смотрящих на меня я просто не выдержу.

Получив наставления, девушка очень быстро уходит, и я сразу же сажусь на ее место.